Фунт изюма для дракона (СИ) - Мун Лесана

— Не получится отстирать?

— Что? — переспрашиваю.

— Ну вы так тяжко вздохнули, я подумал, что не получится отстирать, — повторяет генерал.

Вот, ёк-макарёк, я, оказывается, вслух страдала?!

— Не волнуйтесь, все получится.

Почти выхватываю у него одежду и быстро отхожу в дальний угол магазина, выписывая себе мысленный подзатыльник. Так, Варвара, соберись! Да, у тебя не было мужика больше тридцати лет, но не стоит себя вести, как девочка-подросток, ты взрослая женщина и со своим либидо вполне можешь справиться! И вообще, с чего оно, вдруг, проснулось, либидо это??

Бросаю осторожный взгляд на генерала, который как раз прохаживается по магазину, рассматривая лепнину на полках, лестнице. Не, ну так-то понятно, почему либидо проснулось… мужчина-то хорош, даже очень хорош.

Сообразив, что опять пялюсь на его спину и то, что ниже ее, поворачиваюсь к миске с чистой водой и прикусываю язык. Больно, но мозги прочищает! Ужас какой! На старости лет совсем стыд потеряла!

Потом вижу перед собой тонкие девичьи руки, застирывающие ткань, и такая… ну не совсем старости… Прямо зло берет! И вообще, а чего он пришел? Мы от генерала этого бегом бежали, а теперь здрасьте-пожалуйста, прибежали просто к нему!

— Кхм… а вы какими судьбами к нам? Магазин еще закрыт, — подаю голос.

— Да вот… не успел вернуться в город, а мне уже сообщают, что у нас снова открыт дом, где начались все проблемы общенародного масштаба. Решил наведаться, посмотреть что да как. С вами познакомиться.

— Да? Ну знакомьтесь.

— Генерал в отставке, Эйнар Хейминг. Возглавляю совет города, прибыл к вам как должностное лицо, но что-то пошло не так…

На этой фразе мужчина слегка улыбается и я, не сдержавшись, улыбаюсь в ответ. Наташ продолжает молча вытирать пыль. Мне кажется, в том месте, где она сейчас стоит уже можно даже не полировать.

— Еще раз простите за мое неожиданное приземление, — говорю, рассматривая камзол. Вроде, отстиралось все мыло.

— Ничего. Это и моя вина тоже. Я как-то не подумал, что в общественное место нужно заходить со стуком. Распахнул дверь и получил… интересный опыт.

С моих губ срывается смешок. Мне это генерал нравится все больше! И красавец, и юмор приятный.

— Не такой интересный, как я, — отвечаю.

И затыкаюсь, потому что понимаю, что только что кокетливо стреляла в него глазками. Алло, Варя?! Ты в курсе, что он представляет власти в этом городе? А тебя, дуру, разыскивает полстраны за огромный список противозаконных нарушений!

— А мы — Барбара и Натали, — наконец-то просыпается внучка. — Были в вашем городе проездом и случайно зашли в этот дом. А потом выяснили, что он — местная достопримечательность. И теперь вот… обустраиваемся.

— Ну что же, я рад, что вы решили обосноваться в Соврасе. Мы тут рады новым гражданам, тем более, если они распечатали светлый дом.

— Мы нечаянно, — шучу и получаю генеральскую улыбку, от которой хочется растечься лужицей, но я крута — держусь.

— Скажите, а мы с вами прежде не встречались? — неожиданно спрашивает, всматриваясь в мое лицо.

— Нет, — резко хватаю камзол и почти впихиваю в руки его владельца. — Я бы запомнила.

— Да и я провалами в памяти не страдаю… Но почему-то у меня странное ощущение, что я уже слышал ваш голос и видел лицо.

— Не знаю, — деланно пожимаю плечами, — у меня такого ощущения нет.

— И у меня нет, — вякает Наташа. Уж лучше б сидела тиха, как раньше.

Генерал бросает быстрый взгляд на мою внучку, потом надевает камзол. По всей передней полочке которого теперь огромное мокрое пятно.

— Извините, — говорю.

— Не страшно, — отмахивается мужчина, а потом делает нечто, что заставляет меня замереть с открытым ртом.

Он поднимает руку, прикладывает к мокрому. По магазину словно пробегает волна теплого воздуха, а в следующее мгновение, генеральский камзол становится абсолютно сухим. Вот это да! Вот это я понимаю — полезное в быту умение! Не то, что мое «Всем спать!».

— Еще увидимся, — говорит генерал, поворачиваясь на выход. И уже возле самой двери добавляет. — И, кстати, мне очень нравится ваш наряд для уборки.

Мужчина выходит, дверь закрывается. И только тут я понимаю, что все это время я стояла с подолом, подвязанным к талии, обнажая веселые чулочки до самых колен.

— Да уж… такую встречу он точно не забудет, — комментирует Наташа.

Глава 10

— Знаешь что… займись-ка лучше другой полкой, а то в той уже дыру натерла! — слегка вспыхиваю от замечания внучки.

Понимаю, что на нее шипеть не надо было, но я перенервничала, а тут еще и она умничает. При том, что в трудной ситуации вообще стояла и не мычала. Хоть бы словом помогла.

Ладно… Делаю глубокий вдох, стараясь погасить в себе вспышку несвоевременного раздражения. Надо вернуться к уборке, а вечером, если еще будем в состоянии, прогуляться по окрестным магазинам, посмотреть, что из хлебобулочного пользуется спросом.

Увы… заканчиваем мы глубокой ночью, единственное на что есть потом силы — это быстро обмыться едва теплой водой в тазу и вырубиться, даже не долетев до подушки.

Утро начинается рано.

— Пора вставать! Пора вставать!

Поднимаю голову. На тумбочке, рядом с кроватью сидит пончик, выглядящий все так же ужасно, и бьет чайной ложкой по блюдцу.

— Ты обалдел? — спрашиваю у него.

— Вы булочную держите, или в пожарники готовитесь? — отвечает с возмущением. — Уже восемь утра! Я и так дал вам поспать лишние два часа!

— Спасибо тебе, добрый ты наш, — говорю язвительно, но Алик успешно делает вид, что не слышит яда в моем голосе.

— Всегда пожалуйста, обращайся в любой момент.

— Обязательно. Причем, сегодня же… часиков так в два часа после полуночи.

— Э-э-э…

— Ну чтобы ты почувствовал всю прелесть раннего подъема, если лег спать примерно в это время!

— Я понял… мне тут не рады… а я, между прочим, огонь в печи уже растопил и чайник вам поставил, а вы… противные! Уйду я от вас!

Пончик спрыгивает с тумбочки и на тонких ножках топает на выход, таща за собой столовые приборы. Медленно и печально. Думает, я окликну? Обойдется! Манипулировать пусть идет в другое место, с меня Наташи хватает.

Встаю злая, как собака. Громко топаю к внучке в спальню, открываю дверь и громко сообщаю:

— Доброго утра! И у тебя есть полчаса на сборы. Жду на кухне. Успеешь — позавтракаешь. Нет — пойдешь голодная!

— А чего это ты такая злая… не хочу я…

Но я уже не слушаю, закрываю дверь и возвращаюсь к себе, чтобы переодеться в платье и идти готовить завтрак.

Думаю, учитывая обстоятельства, обойдемся и омлетом с бутербродом. Надо сказать, готовить на печи или в очаге — это вам не на газовой плите. Пока приноровишься, пока поймешь что и как… Это еще хорошо, что меня в детстве в деревню отправляли и я видела, и знала, как топить печку. А вот Наташа — дитя города и прогресса, печь видела только на картинках в книжках.

Внучка спускается к столу надутая и невыспавшаяся. Я делаю вид, что ничего не замечаю. Быстро и в полной тишине завтракаем, моем посуду. Перед выходом на улицу натягивает чепцы, чтобы минимизировать возможные осложнения, и идем с экскурсией по булочным.

У меня мысль, что надо прощупать конкурентов. Посмотреть, что пользуется наибольшим спросом у покупателей, а потом приготовить такое же, но лучше, или чуть измененное. И желательно все это сделать сегодня, заодно докупив продукты, чтобы завтра уже открыться. Время — деньги. А их в украденном мной кошельке становится все меньше.

Так вот, загримировавшись под вражеских шпионов, мы с Наташей забегаем в четыре булочных, одну кондитерскую, шесть кафе и восемь пекарен. Оказалось, что в этом городе народ очень любит поесть. Что нам, конечно же, на пользу.

В одном из кафе, мы едва не сталкиваемся с генералом и какой-то дамочкой. Они как раз усаживаются за столик возле окна, когда мы, купив очередную вкусняшку, отходим от прилавка. Приходится срочно спасаться бегством, надвинув чепцы по самый нос. Если он увидит нас в этих головных уборах, то сразу вспомнит «великую слепую, мадам Паниковскую», блин!