Путь Строителя. Дилогия (СИ) - Ковтунов Алексей

Отошел выше по берегу, туда, где камыш рос особенно густо, и начал ковырять землю лопатой. Первый штык принес только мокрую глину и корни. Второй тоже. На третьем наконец попалась парочка жирных червяков, бледных и вялых, но вполне живых. Покопал еще и за пару минут собрал с десяток, ссыпав их в пригоршню влажной земли.

Запихнул червей внутрь верши, стараясь, чтобы они не расползлись через ячейки. Часть тут же начала протискиваться наружу, но большинство осталось на дне, зарывшись в комок грязи, который я предусмотрительно туда подложил. Может и расползутся со временем, но другого решения пока нет. Хотя парочку червей насадил на крохотные прутки и прицепил внутри, может хоть так не уползут.

Теперь место для установки. Прошелся по берегу, присматриваясь к течению. Ставить на быстрине бессмысленно, течение будет вымывать приманку и рыба на струе не задерживается. Нужна заводь, тихое место с медленной водой, где рыба кормится и отдыхает. Такое нашлось метрах в тридцати ниже по течению, за большим валуном, который разбивал поток на два рукава. За камнем образовался карман спокойной воды, глубиной по колено, с песчаным дном и парой коряг.

Зашел в воду. Холодная, ноги свело почти мгновенно и пришлось стиснуть зубы, чтобы не зашипеть от боли. Опустил вершу на дно, развернув входом против течения, чтобы запах приманки несло вниз по реке. Придавил сверху парой камней, чтобы не сносило, и отступил на берег, стараясь не мутить воду больше необходимого.

— Глянь, он ее вверх ногами поставил! — донеслось от бревна.

— Да нет, правильно вроде…

— Говорю тебе, вверх ногами! Воронкой вниз надо!

— Сам ты вниз, Герт. Воронкой по течению ставят, мой дед всегда так делал.

— Твой дед тоже был тот еще рыбак…

Я не стал оборачиваться. Пусть спорят, у меня дела поважнее. Верша стоит, приманка внутри, результат будет не раньше утра. Но сегодня надо что-то придумать с ужином, потому что желудок уже не просто урчит, а воет так, что скоро рыбаки и это услышат.

И тут взгляд зацепился за кое-что на дне. Там, где я только что стоял по колено в воде, на камнях виднелись темные продолговатые наросты. Присмотрелся внимательнее, даже нагнулся поближе к воде. Ракушки. Двустворчатые, размером с ладонь, а некоторые и побольше. Сидят на камнях целыми гроздьями, особенно там, где течение помедленнее. Пресноводные мидии или что-то очень на них похожее.

Снова залез в воду, на этот раз уже смирившись с холодом. Нагнулся, подцепил одну ракушку пальцами. Держится крепко, пришлось покачать и с усилием потянуть. Отодрал, осмотрел. Створки плотно сомкнуты, раковина целая, без трещин и дырок. Значит, живая и свежая, да и вроде тухлятиной не воняет.

— О, гляди, ракушки собирает! — снова красноносый Герт, который видимо назначил себя комментатором моей жизни, — Совсем оголодал, бедолага. Скоро траву жрать начнет.

— Ракушки вроде съедобные, — задумчиво протянул рыжебородый.

— Съедобные, если знаешь, как готовить, — Нирт, не открывая глаз, неожиданно продемонстрировал осведомленность, — А если не знаешь, так животом маяться будешь неделю. Ну или сдохнешь, тут как повезет.

— Слышь, Рей! — крикнул Герт, — Ты хоть сырыми-то их не жри! А то знаю я тебя, ты и подметку сожрешь, если голодный!

Промолчал и продолжил собирать. Отдирал ракушки от камней по одной, складывал на берег в кучку. Работа нехитрая, но мокрая и холодная. Ноги уже почти потеряли чувствительность, пальцы рук побелели от ледяной воды. Зато за четверть часа собрал штук пятнадцать, и это только с ближайших камней. Дальше по заводи их наверняка еще больше, но на сегодня хватит.

Вылез на берег, сел на траву и принялся растирать ступни, возвращая в них чувствительность. Мужики к этому моменту окончательно потеряли ко мне интерес и начали собираться. Нирт потянулся, зевнул, подхватил удочку. Рыжебородый забрал корзину с парой рыбин. Герт допил остатки из кувшина, перевернув его вверх дном и вытряхнув последние капли.

— Ну, удачи тебе, рыболов, — бросил Герт на прощание и хохотнул, — Завтра расскажешь, сколько лягушек наловил!

— Обязательно, — кивнул я, не поднимая головы. — Приходите послушать.

Герт на секунду замялся, видимо, не ожидал ответа, потом хмыкнул и зашагал вслед за приятелями вверх по склону к деревне. Промысловики на том берегу тоже свернулись. У реки я остался один, если не считать пятнадцати ракушек, кривой верши на дне и дикого желания наконец поесть.

Сырыми моллюсков есть я не собирался, даже с учетом того, насколько хотелось запихнуть в рот хоть что-нибудь. Пресноводные двустворчатые могут содержать паразитов, причем самых разных. Тремотоды, нематоды, всякая нечисть, которая в сыром виде преспокойно переберется из ракушки в мой и без того измученный организм. Нужен огонь, и нужен он прямо сейчас.

Собрал ракушки в подол рубахи, подхватил лопату и двинулся обратно. По пути набрал сухих веток и пучок сухой травы на растопку. Огнива у меня нет, но в доме заказчика я видел кресало и кремень у очага, вернее у того места, где когда-то стоял очаг. Если хозяин не забрал их с собой, вечер обещает быть не таким уж голодным.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, на улице заметно похолодало, так что вернуться в дом успел как раз вовремя. Очень уж напрягает этот лес и не хочется оказаться за стенами частокола в ночное время. Мало ли какие звери тут обитают… Чего стоит тот странный олень, которого нес охотник, или сумеречные лисы, о которых рассказывал заказчик. Или теневые лисы? Впрочем, для меня нет никакой разницы, все равно в ближайшее время не планирую с ними встречаться.

Всю дорогу мучили мысли, найду ли я в доме чем развести огонь, или же придется сделать это при помощи палочек и силы трения. Опыта в этом нет, обычно пользовался или спичками или зажигалкой, но когда мучает такой голод, можно и поэкспериментировать.

Благо, кресало и кремень оказались ровно там, где я их заприметил еще вчера. Взгляд случайно зацепился за них, и вот, воспоминания пригодились.

Ну а воспользоваться правильно — это уже дело пяти минут. Почиркал немного, высек искру, затем определился с местом под костер. С этим тоже все просто, на основе печи пока разжигать ничего не стоит, все-таки она должна просыхать равномерно, а вот во дворе дома есть специальное место, где хозяин явно жег костры.

Ладно, сворую пару поленьев, заказчик не обеднеет, а я потом все равно верну. Трут лежал как раз на одном из столов, так что совсем скоро я уже раздувал тлеющий уголек и затем дрожащими руками подкладывал огонь под аккуратно сложенные дрова.

Всё, рабочий день окончен… Уселся прямо на землю в метре от костра и просто смотрел в огонь, размышляя о своих дальнейших делах. Совместимость уже почти восемьдесят процентов, а значит совсем скоро мне снова будет доступен анализ и накопление какой-то там Основы. Что это? Да не знаю, но обязательно совсем скоро разберусь. Главное, что сейчас всё хорошо. Я жив, впереди множество интересных событий, создание новых конструкций и просто яркая насыщенная жизнь с чистого листа.

Когда деревяшки уже практически догорели и остались одни угли, разложил прямо на них несколько ракушек. Сразу послышалось шипение, от температуры створки раковин раскрылись и вот уже минут через пять или десять я уплетал за обе щеки не самую аппетитную, но все равно питательную еду.

Хотя лепешка была повкуснее, конечно, но и эти ракушки сойдут. Главное, с каждым проглоченным головоногим бедолагой желудок отзывался благодарностью, а тело наливалось теплом.

[Совместимость 80%]

Совершенно сухо и холодно система сообщила мне о том, что еда действительно оказалась полезной и за это наградила лишним процентом совместимости. Тогда как я некоторое время просто сидел и хлопал глазами, а после осознания произошедшего чуть не подскочил от радости. Восемьдесят!

[Системные возможности частично разблокированы]

Ну так еще бы ты их не разблокировала! Я столько старался! Еще и накопление Основы появилось, хотя никто пока так и не объяснил, что это вообще значит. Может, мне теперь доступна сила земли? Положил ладони на землю и закрыл глаза, пытаясь впитать какую-то энергию оттуда. Но только ладошки замерзли, и просидел тут как идиот с полчаса. Ну ничего, разберемся.