Циани. Полное издание - Блонская Александра

— Где-то между жизнью и желанием забыть о ней, — отозвался Генри и бросил на стойку монету. — Мне самое крепкое. Из того, что сегодня ещё никого не убило.

Питер прыснул. Бармен подал Генри стакан с тёмной жижей и поспешил отойти.

— Сегодня мы отдыхаем по-настоящему, как мужчины. — Томас хлопнул Генри по плечу. — Никаких заморочек. Никаких приличий.

Генри лениво усмехнулся. За этим он и пришёл.

— Тогда предлагаю пари. Как в старые добрые времена.

Генри покрутил стакан в пальцах. Томас и Питер оживились — запахло прежним разбойничьим азартом.

— Кто первым поднимется наверх… — Генри многозначительно кивнул на лестницу, которая вела к тускло освещённому коридору с комнатами.

Питер покраснел, но Генри не ждал от него возражений: комиссар всегда уступал другу. Томас хмыкнул и подхватил:

— Тот не платит за ночь. Остальные — за его развлечения. Как раньше.

— Есть условие, — тихо, почти лениво произнёс Генри, но в голосе появились жёсткие нотки. — Никаких гетер.

Томас вскинул брови.

— Принцессы, значит?

— Любая.

Генри облокотился на стойку и посмотрел в мутное зеркало за баром. Там отражалось его собственное лицо — красивое и молодое.

— Хоть баронесса, хоть кухарка. Но не гетера.

Питер присвистнул.

— Ты с ума сошёл.

— Я хочу… повеселиться, — ответил Генри и медленно растянул губы в улыбке. — Всё остальное неважно.

Томас протянул руку:

— Принимаю, Мэлфой.

Генри пожал её, не меняя выражения лица. Наконец отвернулся от зеркала и прыснул, заметив испуганный вид Питера.

— С такими глазами, как у тебя… — Генри ткнул пальцем в друга. — От тебя не то что женщины — мыши разбегутся.

Питер вспыхнул до корней волос.

— Я… на работе завал.

— Нервы ни к чёрту, господин полицейский комиссар. Выпей.

Генри махнул бармену. Тот поставил перед Питером мутный стакан.

— Залей свои страхи, дружище.

Питер послушно сделал глоток и скривился так, будто проглотил кислоту. Генри засмеялся — низко, с почти ласковым пренебрежением. Но уже через мгновение потерял к другу интерес и оглядел зал.

Гетер Генри узнавал сразу. И ни одной хотя бы из «среднего дома» — всё низшие, те, кто приходит из государственных приютов, у кого нет покровителей, кому больше некуда деваться. Их продали родители, сёстры, братья. Их выкинули покровители, наигравшись вдоволь.

Он медленно провёл взглядом по залу. Есть совсем молодые. Сидят по углам, словно торшеры. Страх от них шёл почти осязаемый. Генри задержал взгляд на одном лице — бледном, с большими лихорадочными глазами. Та девочка смотрела на руки, вытирая пальцы о подол. Он почувствовал, как что-то животное внутри шевельнулось… И тут же оттолкнул мысль. Слишком просто, да и она уже гетера, судя по метке на запястье.

— Ну и вопрос… — хмыкнул Томас и указал подбородком на женщину у дальней стены.

Там сидела прилично одетая дама средних лет, бежевые оттенки платья придавали образу мягкую строгость. Тёмные волосы собраны в аккуратный пучок, на носу очки, в руках — блокнот. Она выглядела так, будто зашла сюда по ошибке, приняв «Лисью яму» за архив или неудачно расположенную библиотеку.

— Похожа на гувернантку, сбежавшую от тоски. — Томас потёр руки. — Позвольте мне начать игру, господа.

Он направился к женщине с преувеличенной галантностью, почти танцующим шагом. Генри не сводил со знакомства глаз. Незнакомка посмотрела на него спокойно, чуть удивлённо, но без испуга. Не гетера, не пьяная и не из тех, кто ищет приключений. Опасная цель для человека, который не умеет останавливаться.

Генри хищно усмехнулся. Странная. Эта женщина — тайна, а на разгадку тайн нужны силы. Сегодня у него не осталось сил на ребусы.

— Я выйду. Проветрюсь, — бросил Генри Питеру, который уже начинал покачиваться на стуле. Перед комиссаром стояло несколько пустых стаканов.

Холодный ночной воздух ударил в лицо. Генри прислонился к грубой каменной стене, почти не отходя от двери, и взмахнул рукой — в пальцах появилась сигара. Этот трюк теперь мало кому был подвластен. Взгляд Генри привычно скользнул по узкой грязной улочке. И тогда он увидел её.

У повозки неподалёку стояла девушка — тонкая и хрупкая. Руки напоминали изящные ветки, шею можно было обхватить одной ладонью, а бледное лицо почти светилось в тусклом уличном свете. Девушка упрямо цеплялась за края тяжёлых ящиков. Едва удерживала их, но упорно тянула на себя, будто боялась задержаться хоть на секунду.

Генри молча наблюдал за ней минуту, другую. И заметил главное: на запястье не было метки. Девушке на вид было около двадцати — почти взрослая женщина. Церковь уже должна была определить её в Гильдию. Должна была… но почему-то не определила. Значит, она точно не гетера.

Один из ящиков выскользнул у неё из рук. Девушка ойкнула — ящик полетел вниз. Генри успел подхватить его в последний миг. Бережно и легко, будто это был не ящик, а шляпка.

— Осторожнее, красавица.

Он улыбнулся с самым невинным выражением.

— Так можно и кого-нибудь убить.

— Простите-простите! — девушка захлопала ресницами. — Я просто… я не успеваю…

— Всё хорошо, — успокоил Генри с видом доброго старшего брата. — Помогу?

Она колебалась ровно секунду. Генри взял два ящика сразу — легко, играючи — и понёс к двери, будто таскать грязный мусор было его любимое хобби. Теперь девушка смотрела на графа с благодарностью и любопытством.

Разгрузка заняла минут пятнадцать, не меньше. Генри шутил — девушка смеялась. Он показал пару фокусов с волшебными мотыльками. В ответ она рассказала о своих планах на будущее: мечтала изучать магию, но не в роли гетеры. Неслыханная дерзость.

Поставив последний ящик в указанное место, Генри кивнул в сторону бара:

— Идём. Познакомлю тебя с друзьями. Раз хочешь учиться магии, тебе будет полезен один из них. Он инженер артефактов.

— В бар?.. Но… мне нельзя… там мой отец.

— Так даже лучше: он за тобой и присмотрит, — мягко подбодрил Генри. — Инженер сегодня с дамой сердца. Другой… — уголок губ Генри дрогнул, — не обессудь. Он рыжий. У него день рождения. И он полицейский…

Девушка смутилась. Прикусила губу. Генри знал: нужно просто выждать. Ей будет неудобно отказать, ведь он только что ей помог, был так добр, красив и вежлив, как никто в её мире. Всё это её обязывало. Он — мужчина. Он старше, выше по положению. Он — маг. Зайти за ним в опасный бар ей сейчас проще, чем сказать «нет» и почувствовать себя хамкой.

Наконец девушка кивнула и последовала за Генри. Он галантно придержал дверь и помедлил в проёме. Всё ещё мог просто уйти.

Внутрь Генри вошёл с тем самым мягким, спокойным выражением, которое никто не назвал бы хищным. Отыскал взглядом друзей. Томас и Питер уже перебрались за столик. Рядом с Томасом сидела Дама. Она держалась прямо, уверенно, и встретила Генри взглядом человека, который прекрасно понимал, куда попал и кто здесь опасен.

— Друзья, — мягко сказал Генри и подтолкнул девушку вперёд, — это Виолетта. Томас — инженер артефактов, а Питер — именинник.

— Добрый вечер. — первой поздоровалась дама и слегка кивнула.

Виолетта смутилась и улыбнулась. Томас расплылся в ухмылке. Питер же развалился на стуле, пьяный до невозможности, и, увидев девушку, всхлипнул:

— Я… я так не отмечаю дни рождения… Мне очень стыдно… Прости…

Он явно пытался поклониться прямо со стула. Генри хмыкнул:

— Питер, не позорься.

Генри подтолкнул Виолетту к свободному месту, сам сел рядом — почти вплотную — и заговорил самым тёплым, бархатным голосом:

— Виолетта — настоящее чудо. В ней есть сила. Уникальная. Она выпросила у отца отсрочку: решила пройти распределение не в шестнадцать, как все, а теперь, в двадцать один. Хотела до конца раскрыть дар. Изучать магию. И ради этого пашет здесь, как проклятая. — Генри провёл пальцем по её плечу. — Чистое, прекрасное создание, которое знает, чего хочет.

Дама наклонила голову с вежливым интересом: