— Всегда рад помочь, миссис Грейс! Брак с вашей дочерью был самым счастливым временем в моей жизни! Боюсь, я так и не смог оправиться…
— Я вас так понимаю, мистер Уэйн! Знаете, как у нас говорят, нет такой кружки, которую нельзя было бы склеить! Джейсон так по вам скучает. Хотите я его позо…
— Нет! — рявкнула я. — Джесси с ним видеться не будет.
— Амелия! — возмутилась мама. — Ты ведешь себя неприемлемо! Сначала развелась из-за своих капризов, а теперь отказываешь мистеру Уэйну в праве увидеться с сыном — хотя он пошел тебе навстречу и разрешил забрать ребенка. Даже оставил ему свою фамилию!
— На этом его благородство себя исчерпало, — процедила я.
— Ваша расписка, миссис Уэйн.
— Мисс.
— Все время забываю. Все-таки фамилию после нашего развода ты так и не сменила.
Не сменила — потому что не хотела, чтобы Джесси нашего его настоящий отец. Думала, что выбираю из двух зол меньшее.
— Не смею вас больше задерживать, мистер Уэйн. И рассчитываю больше никогда не видеть.
— Амелия! — в голосе мамы чувствовалась настоящая ярость. — Вдруг мистер Уэйн хотел бы дать денег, чтобы позаботиться о сыне? Это было бы весьма кстати с его стороны, несмотря на твое вопиющее поведение!
Я похолодела.
— Мне ничего. От него. Не нужно. Убирайся! Иначе я снова огрею тебя кочергой, и на этот раз мимо глаза не промахнусь!
— Амелия! — судя по голосу мамы, она вот-вот готова была хлопнуться в обморок.
Повисла тишина. Уэйн, ухмыльнувшись, шагнул ко мне вплотную и втянул носом воздух, как будто нюхал мою кожу.
— Что-то в тебе изменилось… Амелия. Что-то… Мне нравится. Даже не хочется с тобой расставаться.
Глава 11
От его тона и близости меня затошнило. В этот раз Уэйн не пил, но мне все равно почудился сладкий удушающий запах алкоголя.
— Вон отсюда. Иначе я вызову полицию.
— Осмелишься? Дорогая, мы ведь не чужие лю…
— Вон! — рявкнула я, шагая к камину. Схватила с крючка кочергу и обернулась. — Ну?!
— Амелия! — возмутилась мама.
— Тридцать лет уже Амелия!
Несколько секунд мы с Уэйном сверлили друг друга взглядами, а затем он наконец соизволил убраться.
Я держала кочергу наизготовку до того момента, как услышала хлопок входной двери, а затем вернула ее на место и тут же вздрогнула.
Джесси!
Я бросилась к окну и с облегчением выдохнула. Уэйн вылетел из калитки и заспешил вперед по дороге — или не увидел Джесси, или решил не марать об него руки.
Отлично.
Надеюсь, из города он тоже уберется в самое ближайшее время. Кулаки сжались от злости.
Мерзавец. Ну какой же мерзавец! Как он посмел прийти сюда?! Моя бы воля, я бы…
— Ну — и что это было? — с нажимом спросила стоящая за моей спиной мама.
Я обернулась.
— Всего лишь светская беседа с бывшим мужем, ничего такого.
— Светская беседа? — рявкнула она, скрещивая руки на груди. Маргаритки второй свежести в ее прическе снова негодующе вздрогнули. — Что ты натворила?!
— А что?
— Ты прогнала его!
— Разумеется, я его прогнала! Надо было предложить ему чаю?
— Хотя бы! Амелия! А вдруг бы он дал нам денег?! Все-таки ты растишь его сына!
От удивления у меня даже рот открылся. Она серьезно? Сжатые губы, скрещенные руки, морщинка между тонкими, как велит мода, бровями.
Серьезно.
— Он пришел, чтобы забрать у нас деньги, мама! Забрать, а не дать! Ты вообще в своем уме?
— Разумеется, в своем! А ты?
Я неверяще покачала головой.
— Не хочу об этом говорить. У меня много дел.
Отвернувшись, я направилась к двери. Нужно забрать Джесси со двора. А потом — потом мы еще успеем все-таки поиграть. А если повезет, то и блинчики испечем.
Как же я по нему соскучилась! Кто бы раньше мне сказал, что можно так сильно скучать по кому-то?
Правду говорят, что многое понимаешь только после того, как заводишь своих детей. Настоящая любовь и настоящий страх появляются в жизни именно в этот момент.
До того, как у меня появился Джесси, я совсем этого не понимала.
— Нет, ты послушай! — затопала вслед за мной мама. — Сначала мы с отцом приложили все усилия, чтобы выдать тебя замуж, несмотря на все твои недостатки…
— Не смей называть Джесси моим недостатком! — обернувшись, выпалила я. — Он мой любимый сын!
Мама поджала губы, но упрямо продолжила:
— Приложили столько сил, чтобы выдать тебя замуж и замять скандал, а в итоге что? А в итоге ты нас всех опозорила и развелась. Чтобы что? Чтобы растить ребенка одна и работать целительницей в этой задрипанной…
— Я не хочу этого слушать, — махнула рукой я, сходя с последней ступеньки лестницы в холл.
— Нет, не уходи от меня, когда я с тобой разговариваю! Амелия! А все ради того, чтобы ты работала в этой задрипанной больнице, как какая-то нищенка!
— Если ты не заметила — мы и есть нищенки!
Я осеклась. Семья Амелии происходила из побочной ветки баронского рода и никогда не отличалась достатком — но все-таки могла считаться аристократической.
Слово “нищенка” в таких кругах считалось страшным оскорблением, даже если было правдой.
Но маму Амелии, как выяснилось, сбить с пути было не так уж просто.
— А все потому, что ты не смогла сделать выгодную партию! Зачем мы с отцом собирали деньги и отправляли тебя учиться в военную академию?
— Чтобы я стала целителем? — спросила я, открывая входную дверь.
— Чтобы ты удачно вышла замуж! — отрезала мама, прижимая створку двери рукой к косяку. — А ты мало того, что не обзавелась женихом, так еще и развелась с тем, которого мы для тебя подобрали!
— Хватит!
— Мы можешь хотя бы сказать, что тебе не понравилось? После шести лет брака ты вдруг ни с того ни с сего решила, что…
— Может, я просто была несчастлива. Разве этого недостаточно?!
— Несчастлива? Дорогая, нет такого несчастья, из-за которого стоило бы расторгнуть брак, тем более, такой удачный. Что ты о себе возомнила? Вот мы с твоим отцом…
Сжав кулаки, я зажмурилась и рявкнула:
— Стоп! Я не хочу об этом говорить. Это в прошлом! В прошлом, и я не хочу это ворошить!
Повисла звонкая тишина, нарушаемая только шумом ветра и гулом насекомых в саду.
Мама не знала, конечно. Ничего не знала о том, что на самом деле произошло с Амелией. Я ни о чем не говорила.
Мама замолчала. Несколько секунд мы буравили друг друга взглядами, а затем она отвернулась.
— Ладно. Хватит. Ты права, это прошлое, что его ворошить…
— Спасибо.
— Тем более, Уэйн так и не дал нам денег!
— Вот именно.
— И отказался прощать нам долг! А мы с твоим отцом, упокой господь его душу, на это рассчитывали!
— Да, вопиющее бесчестье.
— И вообще — он позволил тебе от него уйти, забрав сына! Разве порядочный мужчина так бы поступил? Он бы оставил себе ребенка и заставил тебя быть его женой!
Какой ужас.
— Рада, что мы друг друга поняли.
Я вышла на крыльцо и улыбнулась Джесси, который рядом со скамейкой перекладывал камушки.
— Да, ты права, — задумчиво проговорила мама. — Пора оставить его в прошлом, хотя…
— Какое — хотя? — обернулась я.
— Хотя это, конечно, очень жаль.
— Что?!
— Девушке полагается иметь поклонников, если она хочет удачно выйти замуж, — задумчиво покусав губу, выдала мама. — Даже если в числе ее поклонников — бывший муж. Это даже пикантно. Может привлечь кавалеров. Тем более, в твоем возрасте быть девственницей уже неприлично. Амелия, я перенесла визит мистера Хиггинса на…
— Господи-боже, — ругнулась я и побежала, как к спасительному бастиону, к Джесси.
При нем мама обычно переставала вести разговоры о моем замужестве и переключалась на то, что я неправильно воспитываю сына.
— Амелия, подожди. А что у тебя с герцогом? Он дал тебе деньги? Он в тебя влюблен? Амелия, куда ты? Поставь сына на место! Амелия!
Я отвернулась, чтобы мама не заметила, как загорелись мои щеки.
