Сердце василиска (антология) - Вудворт Франциска

Заглянув в прихваченную сумку, я тихо выругалась. Степень досады на себя значительно выросла: визитки друга Макса в ней не было. Прикрыв глаза, я постаралась припомнить название магазина, в котором мы могли встретиться. «Рамесис»? Что-то такое…

Собравшись с силами, я рванула по подворотне к другой стороне улицы. Там остановилась у дороги и, вытянув руку, принялась ждать то ли нападения, то ли остановки сердца, то ли такси. В этот раз судьба смилостивилась: транспорт подъехал раньше, чем «отъехала» я.

– Куда уважаемой надо? – спросил улыбчивый незнакомец, выглядывая из окна притормозившего магобиля.

– В «Рами́пис»! – бросила я, садясь в салон. – И поскорее.

– «Рамипис»? – удивился мужчина и поехал на разворот. – Уверены?

– А что не так? – нахмурилась я.

– Нет-нет, все так, – отмахнулся он и больше ни о чем не спрашивал. Только включил музыку погромче и иногда оглядывался, одаривая меня подозрительным взглядом.

Накрутив себя, я нашла в сумке баллончик для самозащиты. Он отправлял жертву в недолгий, но полный стазис. Макс подарил мне эту штуку в первые дни работы. Использовать ее рекомендовалось лишь в крайнем случае, ведь после попадания магического состава на человека тот мог приходить в себя больше двенадцати часов. У василисков и драконов эффект был иной: они на несколько часов теряли зрение.

Однако таксист агрессии не проявил, так что баллончик проверить не получилось. Доехав до места, мужчина взял деньги и, пожелав успехов в делах, какими бы они ни были, умчался.

Странный тип, но мало ли таких в курортном городке?

Пожав плечами, я с облегчением направилась в магазин, где меня должен был встретить друг Макса. В какой-то момент показалось, будто за мной следят. Но нервно обернувшись, я увидела лишь идущую вдалеке брюнетку, совершенно не обращающую на меня внимания.

Снова посмотрев на магазин, удивилась витринам, закрашенным черным, а еще – пудовой на вид двери с едва заметной надписью названия. Потянув на себя, я с кряхтением ее открыла и вошла в помещение, тонущее в сумеречном свете. Пахло травами и горячим воском. По стенам были развешаны амулеты всех видов, а по центру стоял дубовый стол с большим круглым кристаллом.

– Зачем ты пришла к Ра́мипис? – хрипло спросили меня из ниоткуда.

Значит, Ра́мипис не название, а имя? Я вздрогнула и принялась искать говорившего.

– Не стыдись естественного желания отомстить или дать сдачи, путница! Чего хочешь? Привороты, отвороты? – принялся перечислять голос. – Хочешь вернуть любимого? Проклясть врага? Отнять чужое богатство? Излечиться от недуга, передав его родне? Любые виды темной магии доступны Рамипис, и я готова сделать все за звонкую монету. Но помни: даже если просьбы нет, платить придется, ведь ты вошла сюда, а значит, согласилась на договор, прописанный под черной краской на внешней стене! ЧЕГО ХОЧЕШЬ?

С последним вопросом некто коснулся моего плеча, дернув на себя. И совершил тем самым роковую ошибку. Потому что я была напугана и все еще держала в руках баллончик. Естественно, он сработал!

Рядом со мной замер очень-очень удивленный крепко сбитый парень. Интеллект на его лице отсутствовал, что компенсировалось огромными мускулами. Накачанным было все: руки, ноги, спина, шея… Даже нос смотрелся большим и мускулистым. Страшный мужик – от одного взгляда на него жизнь начала быстро-быстро прокручиваться в голове. Прощаться.

А следом запричитала женщина:

– Что ты сделала с Патриком? Ты от Грязного Джо?! Я же сказала, что в среду верну долг! – из глубины помещения на меня выскочила миниатюрная дама неизвестного возраста. В длинных черных одеждах, с обильным макияжем, со множеством украшений в виде скелетов на руках и шее. Ее высокая прическа тряслась от каждого движения, а в словах сквозило отчаяние: – Сейчас у меня нет всей суммы, но я могу дать половину!

Я покачала головой и попятилась. Потом остановилась и на всякий случай уточнила, не она ли тот самый друг Макса:

– Мизи́р?

– Что? – не поняла женщина. – По-вашему, полсуммы – это ми́зер? Знаете, как тяжело в моем бизнесе? Сколько рисков и неудач? Патрик каждый день вынужден применять силу! Я не могу дать больше. Так и передайте своему начальству. О, мой Па-атрик…

– Ладно, – кивнула я, разворачиваясь и мигом открывая тяжеленную дверь. Видимо, на адреналине появились силы, о которых я не знала.

Покинув жуткое заведение, ринулась налево. Нужно было пройтись, чтобы подумать. Вскоре свежий воздух подействовал, и до меня дошло важное: я явно ошиблась с названием магазина. Но как было вспомнить правильное?

Заметив рядом милую кофейню, свернула туда и заказала себе чайник мятного чая с круассаном. За едой мне всегда думалось хуже, зато на душе спокойней. Пока не спеша ела, размышляла о важном: о жизни, которую пустила под откос из-за привязанности к начальнику. Нужно было бежать от него, еще когда появились первые «звоночки» о любви. Но как уйти от того, с кем сердце поет?

Я ведь понимала, что тогда больше не смогу жить рядом, видеть сонного Макса по утрам, обедать и ужинать с ним; не смогу засыпать, зная, что он за стеной – в гостиной – читает любимые детективы… Ходить с ним по магазинам, вести с ним расследования, обсуждать общих знакомых, которых появилось немало… Даже напрягать фантазию, чтобы приготовить ему новые вкусные и разнообразные блюда. Помогать завязывать галстуки… Я полюбила все это и не готова была прощаться. Пока не поняла беспросветную безнадежность своего положения.

– Глупая, глупая Анна, – пробормотала я.

Чай уже остыл, и я призвала стихию, чтобы вскипятить воду в чайнике. Уже хотела налить себе чай, когда напротив меня на свободный стул села та самая женщина, что недавно прогуливалась рядом с тем жутким магазином! Сверкнув глазищами, она повесила на спинку стула зонт-трость и заговорила знакомым по подворотне голосом, только с изрядной долей злости и презрения:

– Думала, мы ничего не узнаем, птичка? О твоей страсти к особой магии и запрещенным напиткам? Теперь у меня есть подтверждение. Я видела тебя у черной ведьмы. Что, запасы зелья кончились? Твоя песенка спета, и Макс больше не сможет помочь.

Женщина была красивой. Легкая полнота ей даже шла, а круглое личико могло бы излучать добро и радость, но… сейчас полные губы искажал нехороший оскал, а большие карие глаза обливали меня презрением.

– Меня зовут Ари́ция, и я менталист. Знаешь, на что мы способны? Я уничтожу твои воспоминания и поставлю точку в этой гнилой истории! – со зловещей снисходительностью сообщила женщина, подхватив мой чайник. Затем завершила монолог, угрожающе протянув по слогам: – Конец.

Ариция усмехнулась, заметив на моем лице неприкрытый страх.

Увы, за год рядом с опекающим Максом моя храбрость, если таковая и была, улетучилась. Дело в том, что боевой факультет я окончила весьма посредственно, потому что в физических навыках и боевых искусствах так и не преуспела. До третьего курса мне прочили карьеру перспективного стихийника, но куда дальше идти с таким образованием, не имея жилья, связей и стабильного дохода? То ли дело – диплом боевика. С ним легко принимали на работу в полисмагию, где давали служебные квартиры, платили отличное жалованье и полагались различные приятные привилегии. Так что при распределении на четвертом курсе я решила действовать с умом и выбрала боевой факультет.

И просчиталась.

«Слишком худая», «слишком мелкая», «слишком молодая», «да в чем там вообще душа держится?» – это лучшее из услышанного мной при попытках устроиться на вакантные места после выпуска. Оставалось вернуться в родной городок и попытать счастья там. Перед самым отъездом мне и попалось объявление Макса. Он искал помощника. С опытом и стажем, конечно. Но я как-то смогла убедить его принять именно меня. Вообще, подозреваю, что дело в жалости. Я ворвалась в кабинет Макса без стука и с ходу начала тараторить, рассказывая, как великолепно стану ему помогать. Вот просто во всем! Хотя практических навыков и опыта у меня нет, но с каким рвением буду учиться – он увидит и обалдеет. По мере моей речи лицо Макса вытягивалось все сильнее, а к концу он поднялся и заявил: