Я подождал секунд тридцать, пока свет кристаллов не погас, а банка не остыла. Потом ткнул в стенку киркой.
Железо вошло в камень почти без усилий, на полную длину. Я усмехнулся. Отлично.
Вот теперь можно добывать!
Через десять минут я уже стоял по колено в каменной крошке, а передо мной зияла широкая ниша. И в её глубине тускло поблёскивало то, что я искал.
Из размягчённой породы, как изюм в булке, торчали несколько магических кристаллов.
— Ну вот, уже что-то, — проговорил я, выковыривая первый кристалл.
Раз, два, четыре… семь. Неплохая добыча.
Большинство — тусклые кварцы или непонятные обломки без выраженного аспекта, годные разве что как резервуары для маны. Но среди них мне попался небольшой, размером с фалангу пальца, гранат насыщенного оранжевого цвета.
Опа, прекрасно. То, что нужно.
Такой гранат не редкость в мирах с активной тектоникой. Он идеально сочетался с зачарованиями на физическое усиление.
Из него можно было бы создать классный артефакт для моих гвардейцев. Но, увы, пока он нужнее мне самому.
Я устроился поудобнее на холодном камне, положил гранат на ладонь и принялся накладывать зачарование. Простое, даже грубоватое, но эффективное.
Гранат на мгновение ярко вспыхнул ярким, а затем потускнел, став тяжелее и горячее на ощупь.
Дальше предстояло самое неприятное. Я посмотрел на камень, потом на потолок шахты, вздохнул.
— Твоё здоровье, Леонид, — сказал я сам себе. — Ну, или приятного аппетита.
Ничего приятного в том, чтобы глотать камни, конечно, нет. Но это был самый быстрый и действенный способ «встроить» эффект в собственную энергетику. Зачарованный камень не повредит желудок, а будет медленно, в течение нескольких часов, разлагаться на магические составляющие, которые впитаются в тело.
Я закинул гранат в рот и сделал большой глоток воды из фляги. Давиться пришлось изрядно. Но в итоге он проскользнул вниз по горлу.
От разрыва кишок я, конечно, не помру — зачарование об этом позаботится. Но часа через три, когда действие закончится, голова будет раскалываться.
Однако это того стоило.
Эффект наступил почти сразу. Тёплое ощущение из желудка разлилось по всему телу. Усталость будто рукой сняло. Мышцы наполнились силой.
Идеально. Теперь я могу пахать как вол.
И начал пахать.
Артефакт-размягчитель свой ресурс исчерпал и превратился в бесполезную жестяную банку с потускневшими камушками. Но порода на участке, где я работал, всё ещё была податливой.
Я схватил кирку и начал долбить. Фигачил как бешеный, останавливаясь только затем, чтобы сунуть в карман очередной кристалл.
Среди кучи мелочи мне попалась несколько довольно крупных, годных камней. Чёрные турмалины, которые мне очень пригодятся. И один весьма крупный опал — на него прекрасно ляжет зачарование воздуха.
Чувства подсказывали, что эффект граната продержится ещё часа полтора. И я решил потратить это время на другое полезное дело.
Шахты — это хорошо, это основа будущего. Но про мясо забывать нельзя. Особенно когда оно является валютой.
Я быстро собрал добычу в мешок, прихватил инструменты и выбрался на поверхность. Небо было затянуто тучами, но я прихватил с собой артефактные очки. Нацепил их, и всё стало прекрасно видно.
Я двигался бесшумно благодаря наложенному заклинанию, а благодаря «Кошачьим глазам» видел всё, что нужно. Вскоре я обнаружил свежий след.
Ого, кабан. И не мелкий. Судя по ширине следа и глубине вдавливания — матёрый секач, центнера под три весом.
Идеальная добыча. И дьявольски опасная.
Я пошёл по следу. Через полчаса услышал характерное чавканье. Кабан копошился в небольшой ложбинке, заросшей папоротником, и что-то с аппетитом уплетал.
Зверь был великолепен. Здоровенный, мощный. Такого хрен убьёшь, он тебя первым убьёт.
При условии, что у тебя не припасён сюрприз. А у меня-то он как раз имеется.
Я снял с плеча арбалет и прицелился.
Кабан поднял голову, принюхался и заметил меня.
Ой-ой.
Секач фыркнул и ринулся вперёд. Я отскочил в сторону в последний момент. Клыки пронеслись в опасной близости от моего живота.
Кувыркнувшись, я мигом распрямился и выстрелил.
Вспыхнуло, и в шее кабана появилась аккуратная сквозная дыра размером с монету. Зверь пробежал ещё несколько метров десять по инерции, затем его ноги подкосились, и он рухнул.
Всё, готов.
Хорошо, что я заранее подготовил особый болт. Нанёс пару маленьких рун на наконечник, наложил зачарование и усилил всё это дело небольшим обсидиановым осколком.
Примитивно, но эффективно.
Энергии граната во мне ещё хватало, так что я спокойно взвалил здоровенную тушу на плечи и потопал обратно к своей лошади.
По пути удалось подстрелить ещё пару тетеревов. Приятный бонус, на закуску сойдёт.
Растущую армию-то надо кормить!
* * *
На следующий день егерь Трифон подошёл ко мне, пока я чистил свой арбалет и вместе с тем раздумывал, как превратить его во что-то более убойное.
Ведь зачем мучиться и зачаровывать каждый болт, если можно зачаровать арбалет? Конечно, придётся постараться, и материалов нужных у меня нет, но кое-какие идейки имеются.
— Ваша милость, разрешите поинтересоваться… — начал Трифон, снимая свою потёртую шапку. — Как это так везёт вам на добычу? Сначала олень, теперь вот кабан этакий…
— С оленем просто повезло. Шёл мимо, он стоял. А кабан… — я многозначительно понизил голос. — Думаю, его кто-то другой подстрелил. Только тушу почему-то бросил. А я просто нашёл.
— А кто ж это мог быть? Бандиты? — Трифон почесал в затылке. — Так они бы не бросили, кабан-то хороший. Да и дыра у него в шее такая… Такую арбалетным болтом, даже тяжёлым, не проделаешь. Это магия, наверное.
— Наверное, — как ни в чём не бывало, согласился я.
— Везёт вам, господин, ничего не скажешь. Уже от смерти не раз сбежали, теперь и дичь сама вам в руки идёт. Так, глядишь, по-новому заживём! Мужики вон как воодушевились. Работать стали бодрее.
— Да уж, — согласился я. — Мясо — великий мотиватор. А ты давно здесь служишь, Трифон?
— С детства, ваша милость. Отцу вашему ещё служил, земля ему пухом. Окрестные земли как свои пять пальцев знаю! — как доказательство, егерь растопырил мозолистую пятерню.
Мы поговорили ещё немного о повадках местной дичи, о том, как изменились звери после Падения, а потом я оставил его возиться с кабаном, обещав выделить хороший кусок за труды.
Дальше я решил пройтись по своим людям, поговорить. С памятью-то у меня и вправду были проблемы, и неплохо бы освежить в голове, кто есть кто. Да и узнать, что у них на душе.
Первым зашёл к деду Макару. Он сидел в своей каморке рядом с кухней и чинил башмак.
— Макарыч, — позвал я, прислонившись к косяку. — Как тебе тут? Не тяжко?
Старик отложил работу, уставился на меня своими выцветшими глазами.
— В каком это смысле, господин?
— Я к тому что, может быть, тебе на старости лет поспокойнее место найти?
— Да как же так, ваша милость! Где мне, старому пню, ещё быть-то? Я ведь вас с пелёнок нянчил. Помню, как вы на горшок учились ходить, — он усмехнулся. — Батюшка ваш делом больше был озабочен — имением, шахтами, долгами. Так что моё место тут. Пока не помру. А тяжко… Да когда легко-то было? После Падения только и знаем, что выживать.
— Приятно слышать, Макар. Ну ладно, не буду тебя отвлекать, — сказал я и отправился дальше.
Нашёл Ильдара. Он проверял оружие у новобранцев, сурово покрикивая на тех, кто неправильно держал копьё.
— Ильдар! — окликнул я его. — Как дела?
— Отлично, ваша милость. Тренируемся.
— Молодцы. Слушай, я чего спросить хотел… Не думаешь уйти? Времена-то нынче не самые сытные. Мог бы в городе наняться в охрану к купцам, платили бы больше.
Гвардеец оскорблённо вздёрнул подбородок.
— Ваша милость, я присягу давал! Пока живой — буду вам служить. Да и здесь своя земля, свои люди. В городе — одна грязь да алчность.
