Маленькая хозяйка замёрзших фьордов (СИ) - Руф Оксана

В общем, у кого-то день не задался с самого утра. Я обернулась, шаря глазами по тёмным углам каморки.

— Не ищи, — одёрнул он меня. — Здесь нет трупов. Я всё проверил прежде, чем устраивать ловушку. — Он нехорошо улыбнулся, обнажая ряд полуразложившихся зубов. — Они обещали хорошо заплатить, если приведу тебя раньше рыцарей.

Значит, храмовники и рыцари действовали отдельно, но по общему приказу.

Вот же дрянь жирная.

Жадное и жалкое подобие великих правителей прошлого. И чего ей неймётся? Я ведь всё сказала уже тогда.

— Отпустите, дяденька. — Я скорчила слезливую мордашку и попыталась аккуратно высвободить руку. — Хотите, я вам денег дам? Всего-то и нужно, что на две минуточки отойти в сторону.

— Нет уж. Не нужны мне гроши, — осклабился он. — Ты, может и не знаешь, сидя в своей башне, но цена за твою голову выросла до двух золотых слитков.

Д-двух слитков?!

Я вытаращила глаза на разбойника и чуть повернула голову.

— Шутите?

— Да какие уж тут шутки. — Он сплюнул. — Не дале, как час назад вся площадь пестрела листовками. За последнюю некромантку империи дарует императрица два слитка чистейшего злата. Так что, девонька, не пущу я тебя. Я таких денег даже во сне не видел. На всю жизнь хватит.

Он потащил меня к выходу из комнаты, не обращая внимание на вялое сопротивление. На лестнице второго этажа я споткнулась о порог и едва не скатилась кубарем, но была вовремя подхвачена ещё одним мужиком.

Седым, патлатым и рябым.

Дед Петро.

— Деда, — шепнула я из последних сил. — Помогите.

— Не серчай, Соля, — повинился он, подталкивая меня к однорукому. — Моя забота — путь хранить. А ежели я тебя сейчас туда пущаю, то всех нас за это изведут. Шесть лет прятали тебя, пора и долг отдавать.

Вот оно как.

Я повесила голову и хихикнула.

Ну да. А что ещё делать людям у которых из всей собственности — раздробленные конечности, да горсть земли в качестве еды?

Если буду сопротивляться, только хуже сделаю. Трущобные не остановятся на одних ударах, могут и ноги оторвать за такие деньги. Руки-то некромантам нужны как инструменты. Их трогать не станут.

— Да не пугайся так. — Дед Петро ободряюще хлопнул меня по плечу. — Чую есть для тебя задание, вот и рвёт императрица, не сдюжит без твоей помощи.

Не сдюжит, говоришь.

Что-то не припомню, чтобы за все двенадцать лет существования закона об искуплении, императрица хоть что-то не могла сделать. Извела эта дрянь больше народа, чем проживало во всей столице. Извела и на галеры сослала. И осталась во всей империи только я.

Единственная некромантка.

Да и то с бракованным даром.

— Не надо меня дёргать, — осадила я поймавшего меня мужика, с гордо поднятой головой переступая порог. — Если не хочешь в постели с мёртвой женой нежиться, веди себя ласковее. Я всё-таки женщина, а не тюк с граблями.

— Тьху ты, гадина. Забирайте. — Он швырнул меня в ближайшего храмовника, чьи латы блестели ярче всех, и алчно потёр руками. — Где моё золото?

Ха.

Вот же дурачьё немытое. И ведь на самом деле верит, что ему заплатят.

Никогда.

Запомните.

Храмовники никогда не держат слово, и тем более, никогда и никому не дают денег.

Глава 2

Быстрый укол рапирой, по лезвию которой струилась чистая магия, заставил моего похитителя молчать. Паладин вытер острие оружия о вытащенный из-под лат платок и громко усмехнулся.

— Святой отец будет несказанно рад видеть вас дома, госпожа Исола. Вы так долго прятались от божьего взора, что некоторое время считались погибшей.

Паладин деловито застегнул на моих запястьях цепи и потащил сквозь мусор, старательно выводя зигзаги, так, чтобы мои ноги как можно чаще оказывались по щиколотку в нечистотах.

— Я некромантка, — напомнила я, переступая через крысу.

— Господь не делает различия между своими детьми. Все твари земные в его сердце.

— Храм не получит от моей поимки никакой пользы. А вот лично вы смогли бы. — Я выдержала паузу и продолжила: — Хотите воскресить кого-то из близких или избавиться от смертельного смога в келье?

— Замолчи. — Он дёрнул меня в сторону и я успела заметить блеснувшие ненавистью глаза. — Святой отец избавит тебя от разъедающего душу дара. Оставит только свет.

— А он, случайно, не говорил, останусь ли я при этом в своём уме и вообще живой?

Ну, это чтобы сразу понимать масштаб проблемы. Хотя мой вопрос и не был праздным, паладин предпочёл оставить его без ответа, как и все остальные выходки, на которые была способна свежепохищенная некромантка.

Поднятую в нежить крысу он пнул острым носком железного сапога. Выпущенный в забрало скелет голубя оказался в то же мгновение стёрт в пыль. Мой конвоир не слишком церемонился и с трупом бывшего рабовладельца, оставленного недалеко от стены в качестве назидания.

Меня и мои навыки, оттачиваемые в течение шести лет жизни в трущобах, наглым образом проигнорировали.

Но я была бы не я, если бы не попробовала самый действенный некромантский способ. Вы когда-нибудь видели фамильяров, которых используют поклонники кладбищ и смерти? Честно говоря, их никто не видел.

Потому что их изобрела, или точнее будет сказать — воссоздала — я.

Первым из-за воротника платья выпрыгнул Фель. Весьма тяжёлый на руку и скорый на расправу скелет. Или скелетик.

Недомерок, в общем.

Фель не любил, когда его призывали, поэтому всеми силами пытался доказать свою никчёмность и безалаберность. Лентяй и бывший фей, уроженец империи Крестоф, где при жизни работал доставщиком фейской пыльцы, долгое время отказывался быть порядочной нежитью. Но в ситуациях, подобных этой, он был незаменим.

— Фель, — шепнула я под нос, зная, что помощник слышит и внимает. — Если мы сейчас же не сбежим, то нас заставят работать. Бесплатно, — трагическим шёпотом добавила я. — Святой отец не будет разбираться, кто из вас и для какой работы подходит. Отправит пахать всех… — Фель от страха дёрнул меня за волосы и возмущённо клацнул челюстью. — Возьми ребят и скажи Дрыгу, что я разрешу покататься верхом на голубе, если он сможет как следует наподдать вот этому человеку. — Я показала пальцем на надменного паладина и дружелюбно улыбнулась, когда он обернулся на меня, словно предчувствуя пакость. — Господин паладин. — Я ускорила шаг, чтобы оказаться вровень с рыцарем. — А вы знаете, о том, что сказала мне императрица после смерти матушки?

— Нет.

— Она сказала… — Я вновь ускорилась, так как этот нехороший человек стал идти быстрее. — Что если я захочу, то она станет моим опекуном.

Мужчина споткнулся и едва не потерял меч. Это очаровашка Дрыг, со всей своей любовью к блестяшкам, пытался оторвать заклёпки у ножен.

Ну, здесь я, конечно, приврала. Основательно так. На самом деле, императрица пообещала оплатить мне обучение в одной из школ магии в обмен на некоторые услуги для императорской семьи. Её даже не смутило то, что это именно она стала причиной смерти моей матушки.

Гадина отравила Святую Ахарбы из зависти к её силе и красоте.

А потом, когда стало слишком поздно, пришла ко мне. За помощью. Кто-то из тех, кого она преследовала и отправляла умирать на галеры, наложил проклятье на её дорогого сыночка. А потом и на второго, и на третьего. И даже дочерям досталось.

Так что вымирал имперский род.

Но об этом никто не знал.

Кроме меня и святого отца.

Ага.

Я остановилась и зашипела от боли, когда не ожидавший этого паладин слишком резко натянул цепь.

Теперь понятно, почему меня ищут. Проклятие некроманта может снять только сам проклявший или другой некромант. А я такая в империи осталась одна. И за помощью в другое государство обратиться нельзя, сразу же кто-нибудь затеет территориальную войну. Поэтому меня ищут днём с огнём, а ночью с магией.

Святой отец хочет добиться каких-то преференций для своей религии и храма в частности. Императрица — вернуть былую силу семье.