Счастье за гроши, или Трюфельный бизнес попаданки (СИ) - Боярова Мелина

— Убирайся отсюда, пока цела! — прорычал Тарвек, приблизившись и обдав запахом чего-то кислого и прогорклого. — Тебе не место в Норграде, поняла? Только попробуй сманить хоть одного клиента, и я тебе такой ад устрою!.. Пожалеешь, что не сдохла в той роще! И чего милорду в своем поместье не сиделось? К весне бы от тебя даже косточек не осталось!

Невольно вжалась в пыльное ложе, осознавая, что не в состоянии дать отпор такой агрессии. Угроз я достаточно наслушалась от коллекторов, и не к такому привычна. Но какие клиенты? Куда сманить? Что за абсурд?

— Я не понимаю… — пискнула, пытаясь разобраться, чем вызвана такая злоба незнакомца.

— Не понимаешь? — мужик зарычал набычившись. — Пошла вон, говорю! Чтобы духу твоего в Норграде не было! Только попробуй открыть трактир, Верлиана! Я тебя разорю и на улицу вышвырну! Будешь побираться, как бездомная собака!

— Пошел вон! — процедила я, собрав остатки воли. — Не смей мне угрожать! И оскорблять тем более! Вон, я сказала! Пока жандармов не позвала!

Я понятия не имела, откуда в наше время возьмутся жандармы, но раз уж граф Эстариан о них упомянул в качестве угрозы, то и мне поможет.

— Нашла чем напугать! — фыркнул Тарвек, медленно отступая к двери. — Ты тут одна! Нищая побирушка, которую бросил муж. Приползешь еще кусок хлеба клянчить. Так и быть, выкуплю твой трактир за два золотых. Отличная цена за такую развалюху!

— Пошел! Вон! — процедила, усилием воли приподнимаясь на локтях. Меня накрывало ощущением чего-то необратимого. Я еще толком не понимала, где оказалась и что случилось, а этот упырь сыпал угрозами и издевался.

— Я буду следить за тобой, Верлиана! Учти! Надеюсь, ты сдохнешь тут от голода, и тогда трактир достанется мне бесплатно! — Глумливо расхохотался и ушел, бухая сапогами по деревянным скрипучим ступеням.

Бессильно откинувшись на пыльное ложе, я учащенно задышала, как будто не хватало воздуха. В голове роилась куча вопросов. Я не понимала, что за бред творится вокруг. Что это за место? Почему этот мерзкий мужик дважды переиначил мое имя, назвав Верлианой? Дурацкий розыгрыш? Съемки третьей части «Крепостного слуги»? Откуда в родном Новолюбинске взялся целый граф и эта деревянная развалюха? А этот Тарвек — актер? Сыграл очень убедительно. Но, хоть убей, не припомню такого!

Немного отлежавшись в звенящей тишине и покое, которым, казалось, был напитан пыльный воздух, я предприняла еще одну попытку подняться. С огромным трудом и мушками, летающими перед глазами, мне удалось сесть. Первое, что бросилось в глаза, — мои собственные руки! Я помнила натруженные мозоли и выступающие вены на широких ладонях, а теперь видела перед собой хрупкие девичьи пальчики и нежную кожу. Царапины и грязь под обломанными ногтями их не красили, но не отменяли того, что это были не мои руки! Правая до сих пор сжимала что-то в кулаке. Пальцы так сильно свело, что мне с трудом удалось их разжать и вытащить клочок полотнища с плаката.

Это был обрывок того самого баннера с изображением кошеля, который… От осознания того, что произошло, меня пробило ледяным ознобом.

Неужели?

Я ощупала дрожащими пальцами лицо, понимая, что оно не мое. Как и тело, которому навскидку лет двадцать.

— Не может быть, чтобы неосторожное желание, высказанное вслух, так быстро сбылось! — Новость меня пришибла, и прежде всего тем, что в родном мире я, скорее всего, умерла. — Точно! Я умерла или лежу в коме, а мне все это снится! Что там положено делать? Ущипнуть себя за руку? Ай, больно!

И больно, и голодно, и тяжко от гудящей головы и слабости в мышцах! Так, может, тому причина, что тело не мое? Попала ты, Верка! Ой, как попала!

Скомкав изображение дурацкого кошеля, швырнула его на деревянный пол. Бумажный комок покатился, а у меня от простого движения вновь закружилась голова, и все поплыло перед глазами. Я зажмурилась и помассировала пальцами виски, ощущая зудящее покалывание от приятного прикосновения, будто через меня пропустили слабенький разряд электричества. Когда распахнула глаза, чувство легкой дрожи в руках не исчезло. Наоборот, они будто подсвечивались изнутри золотистой энергией, которая проникала в голову и облегчала мое состояние.

— Чудеса какие! — прошептала изумленно, пристально рассматривая собственные пальцы.

От напряжения глаза даже заслезились, смазывая четкую картинку. Но самое интересное происходило на полу, куда я бросила скомканный кусок плаката. Он растекался, меняя форму и делаясь более объемным. Тусклые выгоревшие цвета становились насыщенными, приобретая неестественный яркий оттенок. Разум отказывался принимать происходящее, а сознание неотрывно следило за метаморфозами. На секунду возникло ощущение, будто схожу с ума. Мир, который я знала и помнила, с железными законами физики и логики, рушился, превращаясь во что-то необъяснимое и пугающее. Затаив дыхание, я смотрела, как нарисованный кошель превращается во что-то нереальное, чего не существовало в природе.

— Что это? — выдохнула изумленно. — Вернее, кто?

Меньше чем за минуту обрывок плаката превратился в удивительного и забавного розового поросенка. Крошечного, размером с мои две ладони, с озорными глазками и аккуратным розовым пятачком, который смешно подрагивал. На вид его короткая шерстка выглядела мягкой и нежной, а заостренные ушки мило торчали в разные стороны, придавая живому существу невероятно милый вид. Зверек забавно хрюкнул, издавая тоненький звук, и посмотрел на меня умными, любопытными глазенками.

Кошель с плаката? Поросенок? Бред же! — Мозг отказывался принимать подобные метаморфозы и кричал об абсурдности происходящего.

Однако мини-пиг стоял передо мной, такой розовенький и умилительный, что не оставалось никаких сомнений, будто он не настоящий.

— Кто ты? Иди ко мне, малыш! — ласково позвала поросенка, и он радостно ринулся навстречу, тыкаясь розовым пятачком в ногу.

Я позабыла о плохом самочувствии и о том, что недавно кружилась голова, когда наклонилась его погладить.

Живой! Теплый и невероятно маленький! — Прикоснувшись к нему, ощутила, как по телу пробежала трепетная дрожь, будто столкнулась с неведомым волшебством.

— Ты настоящий! — прошептала предательски дрогнувшим голосом и осторожно, опасаясь спугнуть это чудо, погладила кончиками пальцев по спинке поросенка.

Его щетина оказалась бархатистой и удивительно приятной на ощупь, а в ответ на прикосновение зверек радостно взвизгнул, издав тоненький мелодичный звук, полный чистого восторга и удовольствия. Наверное, в этот момент я остро осознала, что прошлое с его долгами и безысходностью осталось далеко позади. Мне повезло попасть в другой мир и молодое тело. Мир, в котором случаются чудеса, а рекламный баннер может превратиться в живого розового поросенка. Понимание, что назад уже ничего не вернуть, обрушилось на меня с ошеломляющей силой, но вместо ужаса и паники принесло странное чувство облегчения.

Быть может, именно здесь возможно то самое счастье, обещанное за гроши?

Я подняла зверька и крепко прижала к себе, обнимая, словно саму судьбу, и радуясь этому маленькому теплому комочку счастья.

— Привет, Грошик! — Имя для поросенка так и напрашивалось. — В другом мире меня звали Верой, а здесь — Верлиана. Это непросто принять, но я постараюсь. И обещаю, что никому не дам тебя в обиду!

Глава 2

Меня захлестнуло изумление и полное замешательство, бурной волной смывая остатки прежних представлений о мире. Я пыталась ухватиться за прежнюю реальность, но тщетно. У меня в руках находился живой дышащий мини-пиг, и его появление было таким абсурдным и невероятным, что разум завис. Происходящее походило на волшебство, о котором читала только в сказках. Невидимая сила ворвалась в мою жизнь, встряхнула и перевернула с ног на голову, поставив перед фактом существования чуда. Если из куска старого плаката может получиться такое существо, то нет ничего удивительного, что я сама оказалась в чужом теле.