Последняя жена (СИ) - Лерн Анна

Девушки переглянулись, и Фатима, не выдержав, прыснула.

— Такое снадобье совсем не проблема. Оно подействует быстро и надёжно, но как заставить раджкумари выпить его?

— Я приглашу её в свои покои. Пари ведь моя сестра. Мы выпьем по чашечке ароматного шербета. А вы тем временем приготовите «подарок» для моей дорогой родственницы, незаметно подмешав этот настой в её бокал. Никто не заподозрит злого умысла. Может, съела что-то не то…

Служанки захихикали, и я прижала палец к губам, намекая, что сейчас не время для громкого проявления эмоций. Девушки притихли, поглядывая на меня озорными глазами.

— А теперь возвращаемся. У нас много дел.

Глава 18

К Пари я отправила Майю. Вернулась она довольно быстро. Девушка прикрыла за собой дверь и с улыбкой произнесла:

— Госпожа, раджкумари Пари приняла ваше приглашение. Она сказала, что скоро придёт и с радостью составит вам компанию за чашечкой шербета.

«С радостью составит мне компанию…». Как же. Я была уверена на сто процентов, что Пари просто хочет как-то почваниться передо мной. Что ж, я позволю ей отыграть свою роль.

— Принцесса, мы принесли настой!

Я вынырнула из своих мыслей и повернулась к служанкам. Фатима достала из кармана флакончик тёмного стекла и слегка потрясла им:

— Всего несколько капель и дело сделано. Через несколько часов кое-кто испытает на себе все прелести сенны и касторки!

Пари пришла примерно через полчаса. Она ступала с такой надменностью, с таким царственным видом, словно уже была главной супругой падишаха, гордо несущей своё звание. Мой взгляд скользнул по наряду сестры. Пари опять выбрала платье по моде моголов. Богато расшитое и тяжёлое, полностью скрывающее её фигуру. Девчонка отчаянно пыталась вписаться в новую культуру, угодить Повелителю, его матери, забыв о своих корнях.

«Как же ты пытаешься выслужиться… Как желаешь чужого признания. И как это жалко выглядит.», — подумала я, а вслух сказала:

— Проходи, сестра. Присаживайся.

С небрежным величием Пари опустилась на мягкие подушки. Я присела напротив.

— Не ожидала, что ты пригласишь меня после вчерашнего происшествия, — произнесла она, чуть склонив голову, и в её голосе прозвучали нотки фальшивой искренности. — Прости меня, Налини, я действительно позабыла о твоём недуге.

Ну конечно… Верю… Однако я не подала виду, что вижу насквозь её происки.

— Ничего, Пари, я всё понимаю. Давай забудем об этом. Глупые обиды не должны портить сегодняшний день.

В этот момент в покои бесшумно вошла Зейнаб. Она несла на широком лакированном подносе две чаши с шербетом и десерт. Это были шарики из теста, обжаренные до золотистой корочки.

— Госпожа, гулаб джамуны* пропитаны сахарным сиропом, а не мёдом, — сразу предупредила она. — Вайдья уже всё проверил.

Я кивнула, и служанка принялась расставлять угощение на низком столике.

Отпив глоток ароматного шербета, Пари с притворной мягкостью произнесла:

— Сестра, не обижайся, но дабы нам больше никогда не спорить и жить в мире, тебе лучше уйти в сторону.

— Что ты имеешь в виду, Пари? — недоумённо поинтересовалась я.

Вот это наглость! Причём в купе с глупостью — это страшная смесь.

В глазах сестры зажёгся хищный огонёк. Она стала ещё более участливой, почти ласковой, наклонившись к тебе.

— Выслушай меня, дорогая сестра, — заворковала Пари. — Тебе стоит обратиться к падишаху с просьбой: мол, готова стать третьей женой и уступить место своей сестре. Ты ведь должна понимать, Налини, что с моей внешностью и утончённостью я добьюсь больших высот. Повелитель непременно воспылает страстью ко мне после первой же ночи. И тогда ты тоже будешь жить в радости и спокойствии. Ведь я стану любимицей Шаханшаха, а ты, конечно же, будешь осыпана милостями и защищена. Разве это не прекрасно?

Она смотрела на меня с такой наигранной заботой, словно предлагала нечто, от чего невозможно отказаться.

Я же с трудом сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Ну и деятельная особа! Во даёт!

Сохраняя абсолютно серьёзное выражение лица, я спокойно произнесла:

— Я подумаю над твоим предложением, сестра.

Эти слова подействовали на Пари, как волшебная палочка. Она мгновенно засияла, пряча торжествующий взгляд. Больше её, похоже, уже ничего не интересовало. Пари быстро допила свой шербет, поднялась с подушек и, сказав, что хочет спать, попрощалась. Задерживать её я, естественно, не стала. Пришло время готовиться к «неожиданной» встрече с падишахом.

Сначала служанки помогли мне омыться в благоухающей воде, настоянной на лепестках роз и ароматных травах. Затем заботливо высушили волосы, расчесали их до блеска и вплели в них тонкие нити жемчуга. На моих руках и стопах расцвели изящные сложные узоры из хны. Тонкой палочкой из слоновой кости Фатима подвела мне глаза сурьмой. Затем слегка припудрили лицо сандаловой пудрой. Губы мне подкрасили воском, смешанным с гранатовым соком.

Майя надела на меня поясную цепочку из полированного золота, настолько тонкого, что она казалась почти невесомой. А на щиколотки — такие же тонкие золотые браслеты с маленькими колокольчиками. Запястья тоже украсили множество колец филигранной работы, позвякивающих при каждом движении.

Как только последние лучи заходящего солнца начали окрашивать величественные стены дворца в пылающие оттенки красного и золотого, в покои забежала запыхавшаяся Зейнаб. Её глаза горели от возбуждения.

— В комнатах раджкумари Пари переполох! Туда вызвали лекаря!

— Замечательно, — усмехнулась я и добавила: — Теперь мне нужно незаметно пробраться в сад.

Майя накинула на меня тёмный плащ и, убедившись, что коридор пуст, служанки повели меня по извилистым коридорам в Сад Тысячи Роз.

Фатима осталась снаружи, а я с Маей и Зейнаб вошли в купальню. Служанки зажгли светильники, и помещение наполнилось мягким тёплым светом. Мой взгляд скользнул по ажурным решёткам, которые отделяли купальню от внешнего мира. Меня интересовала стратегическая позиция. Выбор пал на небольшую мраморную скамью, расположенную чуть поодаль от бассейна, но достаточно близко к одному из окон. Здесь свет будет падать под идеальным углом, мягко освещая фигуру. Узор решётки, с его сложными переплетениями сделает мой образ загадочным, не позволяя разглядеть все детали.

В купальню вихрем ворвалась Фатима.

— Повелитель в саду! Он идёт сюда!

Я сбросила с себя плащ. Тёмная ткань мягко скользнула на мраморный пол. Полностью обнажённая, я присела на скамью. В воздухе повисла тишина, послышались размеренные, неторопливые шаги. С каждым мгновением они становились всё ближе. Повелитель несомненно обратит внимание на свечение из купальни, которой давно никто не пользовался. Так и случилось. Шаги вдруг резко затихли: падишах остановился.

Зейнаб откинула мои волосы, обнажая изящную линию спины. Теперь каждый изгиб позвоночника, каждая нежная ложбинка были видны в мягком свете светильников. Служанка зачерпнула ковшом воду, и по телу полились серебристые потоки воды. Они стекали по коже, струились, собирались в небольшой ложбинке у основания спины… Я приподняла руки, и браслеты на запястьях мелодично зазвенели.

В моей голове, словно вспышка молнии, пронеслась шальная мысль. Соблазнять издалека — это, безусловно, хорошо, но для достижения истинной цели нужен был контакт. План созрел в тот же миг: чёткий и дерзкий. Я плавно поднялась со скамьи и, сделав шаг, упала на холодный мраморный пол.

— Принцесса! — испуганно воскликнула Майя. И в этот момент я услышала быстрые шаги. А спустя мгновение надо мной нависла большая фигура. Я подняла взгляд и сразу же встретилась с глазами Повелителя, горящими ненасытной жаждой, полными волнения и вожделения. Он старался не смотреть на моё обнажённое тело, но глаза словно жили своей жизнью, скользя по каждой линии, каждому изгибу, задерживаясь на округлых бёдрах и тонкой талии, на влажных волосах, разметавшихся по полу…