Мастер Рун. Книга 6 (СИ) - Сластин Артем

— Золотом? Золото здесь не в ходу, парень. Его только в Банке меняют на серебро. Иди туда, обменяй, потом возвращайся. Банк на третьем ярусе, в центре квартала торговцев. Не промахнёшься, здание с колоннами и гербом города над входом. Пока давай задаток в пятнадцать, и я начну работать. Мне как раз сегодня скучно.

Банк. Ещё одна задержка. Я кивнул, доставая нужную сумму и отдавая кузнецу, а затем пряча кошель обратно за пояс.

— Хорошо. Схожу в Банк, обменяю золото, вернусь и выплачу остаток. А пластины и инструменты можете начать готовить?

— Начну как ты сделаешь пару шагов от меня, чтобы не мешать разговорами, — буркнул Цяо, разворачиваясь обратно к наковальне. — Только не затягивай.

Я вышел из мастерской, чувствуя смешанные эмоции. С одной стороны, нашёл наконец того, кто может сделать то, что нужно, в нужные сроки и по приемлемой цене. С другой стороны, теперь предстоял поход в Банк. Ещё один круг по городу, ещё одна трата времени. Но выбора не было.

Путь к третьему ярусу занял больше времени, чем я рассчитывал, потому что пришлось снова подниматься по одной из очередных бесконечных лестниц, которая петляла между домами и мастерскими, уводя всё выше и выше по склону горы-города.

Третий ярус встретил меня той же чистотой и порядком, что я видел вчера, когда поднимался к Павильону Испытаний, но сейчас я обратил внимание на детали, которые раньше пропустил мимо внимания. Здания здесь были не просто богаче и крепче построены, чем на нижних ярусах, это были настоящие произведения архитектурного искусства, с резными балконами, изящными колоннами, расписными ставнями и крышами, покрытыми черепицей всех оттенков красного и коричневого цветов. Улицы были вымощены плитами светло-жёлтого песчаника, отполированными до блеска и уложенными так идеально, что между ними не было ни единой щели, куда могла бы забиться грязь или прорасти трава.

Люди здесь одевались совсем иначе, чем внизу, где я уже привык видеть настоящую смесь местных халатов, как основной одежды, так и одетых как я, в штаны, рубахи и прочее, примерно пополам.

Большинство мужчин здесь носили длинные халаты из дорогих тканей, шёлка и бархата, вышитые золотыми нитями узоры украшали края рукавов и воротники, подчеркивающие статус. Женщин практически не было видно, но и тех, кого я видел мельком, были разодеты излишне роскошно. Даже дети здесь выглядели как маленькие копии своих родителей, одетые в дорогую одежду и ведущие себя с той самой высокомерной уверенностью, которую даёт знание того, что ты родился в правильном месте и в правильной семье.

Я чувствовал себя здесь чужаком, потому что моя простая рубаха, потёртые штаны и дорожные, армейские ботинки выделялись на фоне этого богатства не самым приятным образом. Несколько раз я ловил на себе косые взгляды прохожих, которые оценивающе скользили по моей одежде, потом переходили на моё лицо и отворачивались с выражением брезгливости или снисходительной улыбки. Мне было плевать на их мнение, но раздражение всё равно копилось где-то глубоко внутри, потому что эти люди смотрели на меня так, будто я был не человеком, а каким-то насекомым, случайно заползшим в их чистый и упорядоченный мир.

Квартал торговцев находился в самом центре третьего яруса, и я нашёл его без труда, просто следуя за потоком людей, которые двигались в одном направлении. Квартал представлял собой огромную площадь, окружённую двух- и трёхэтажными зданиями, в которых располагались лавки, мастерские, конторы торговых гильдий и всевозможные заведения, связанные с обменом товаров и денег.

Банк было невозможно не заметить, потому что он возвышался над всеми остальными зданиями, массивное трёхэтажное строение из тёмно-серого гранита, украшенное колоннами, которые поднимались от земли до самой крыши, поддерживая широкий балкон на втором этаже и треугольный фронтон наверху, где был выбит герб города — стилизованное изображение дракона, обвивающего гору. Над главным входом висела огромная вывеска из позолоченной бронзы с надписью «Банк Шэньлуна».

Я остановился перед входом, собираясь с мыслями, потому что знал, что сейчас мне предстоит столкнуться с бюрократической машиной, которая работает по своим правилам и не делает исключений ни для кого. У входа стояли двое стражников в чёрных доспехах с алебардами в руках, их лица были скрыты шлемами с забралами, и они смотрели на прохожих так, будто каждый из них был потенциальным преступником. Я прошёл мимо них, стараясь выглядеть уверенно, хотя внутри чувствовал напряжение, которое всегда возникает, когда заходишь в место, где тебя могут остановить и задать неудобные вопросы.

Внутри Банка было прохладно и тихо, совсем не похоже на шумную суету квартала снаружи. Высокие потолки, отделанные резным деревом и позолотой, создавали ощущение пространства и величия, а стены были облицованы мрамором, на котором были вырезаны сцены из истории города, драконы, сражающиеся в небесах, величественные господа, принимающие дары от своих подданных, огромные армии, маршировавшие по степям. Пол был выложен чёрно-белой плиткой в шахматном порядке, и каждый шаг по нему отдавался гулким эхом, которое разносилось по залу и заставляло меня чувствовать себя ещё более неуместным.

В центре зала стояли длинные стойки из полированного дерева, за которыми сидели служащие Банка, одетые в одинаковые серые халаты с высокими воротниками и вышитыми на груди гербами города. Перед каждой стойкой стояли небольшие очереди, и я выбрал ту, что была покороче, встал в конец и приготовился ждать.

Очередь двигалась медленно, потому что каждый клиент требовал внимания, задавал вопросы, спорил о чём-то с служащим, и всё это занимало время, и всё это заставляло нервничать. Я стоял, переминаясь с ноги на ногу, и наблюдал за тем, как люди передо мной решали свои финансовые дела, кто-то менял медные монеты на серебряные, кто-то вносил деньги на счёт, кто-то получал кредит под залог какого-то имущества, и всё это сопровождалось подписанием бумаг, проставлением печатей и бесконечными объяснениями условий, которые служащий зачитывал монотонным голосом, не допускающим возражений.

Наконец моя очередь подошла, и я шагнул к стойке, за которой сидел мужчина средних лет с узким лицом, тонкими губами и очками в металлической оправе, которые сидели на кончике его носа и грозились соскользнуть в любой момент. Он даже не поднял на меня глаз, просто продолжал писать что-то в своей книге и только когда закончил предложение, оторвался от работы и посмотрел на меня с выражением вежливого безразличия, которое было стандартным для всех служащих такого рода.

— Чем могу помочь? — спросил он ровным голосом, в котором не было ни тени интереса или участия.

— Мне нужно обменять золотую монету на серебро, — ответил я, доставая из кошеля одну из своих золотых монет и кладя её на стойку.

Служащий взял монету, поднёс к глазам, внимательно рассмотрел обе стороны, потом положил на маленькие весы, которые стояли рядом с его книгой, и стал добавлять на другую чашу весов крошечные гирьки, пока не добился равновесия. После этого он записал что-то в книгу, потом достал из ящика под стойкой какой-то справочник, полистал его, нашёл нужную страницу и снова что-то записал, прежде чем наконец поднять на меня взгляд.

— Золотая монета варварских земель, вес стандартный, проба высокая, — произнёс он так, будто зачитывал приговор. — Текущий обменный курс составляет один к девяноста. За одну золотую монету вы получите девяносто серебряных монет. Согласны на обмен?

Девяносто серебряных за золотую? Я знал, что курс будет не в мою пользу, потому что Банк всегда зарабатывает на разнице между покупкой и продажей, но всё равно это звучало как грабёж средь бела дня.

— А сколько стоит золотая монета, если я захочу купить её обратно? — спросил я, стараясь сохранить спокойствие в голосе.

Служащий снова полистал свой справочник, нашёл другую страницу и ответил без малейшего смущения.

— Сто десять серебряных монет за одну золотую монету Императорского чекана. Курс покупки всегда выше курса продажи, это стандартная практика.