Тем неожиданнее было получить вопрос:
– Та девчонка, первокурсница из общников... Она правда подарила тебе Поцелуй магии? – Далирий смотрел доброжелательно, но цепко. И с лёгкой иронией.
Какие же эти люди сложные. Сто смыслов в одном вопросе. С тварями было проще. И скучнее. Потому что предсказуемо. Потому что там его знали и боялись.
– Ты лезешь не в своё дело, – Моршерр резко сократил дистанцию. Улыбнулся лениво и холодно. Гадость, что ж ты такой любопытный.
– Пусть ты и смог сдать экзамены на старший курс, но можешь не знать некоторых магических... нюансов. Судя по всему, отец тебе многое не рассказывал, верно? – Креонский не сдавался.
Глава 6.1.
– Пусть ты и смог сдать экзамены на старший курс, но можешь не знать некоторых магических... нюансов. Судя по всему, отец тебе многое не рассказывал, верно? – Креонский не сдавался.Какой интересный тип.
– А ты решил просветить? – Ленивый лязг челюстей. – С чего бы? Вряд ли нас можно назвать друзьями...
– Твоя мать приходилась моему отцу троюродной сестрой. Довольно близкое родство. В детстве мы с тобой часто виделись на общих праздниках. Но, – впился в Моршерра насмешливый взгляд, – похоже, ты об этом забыл.
Память Мориана и не могла усвоиться полностью. Слишком уж они разные.
– Когда это было, Креонский, – тварь в Моршерре сыто потянулась. Сегодня пир. Пир таких незнакомых, удивительных, сладких эмоций...
– Ты вроде пока не выглядишь разваливающимся стариком, Кайто, – поддел его... кузен? Или как там это у людей называется? – Но я не об этом, – Далирий резко стал серьезным, – пойдём, пройдемся, Кайто. И поговорим.
Жизнь становилась всё более интересной. Ну, поговорим... Почему бы и нет, мальчик?
Они медленно удалялись от полигона по аллее. Шли занятия, адептов было мало. Краем сознания Мор следил за строгой и колючей дочкой Дайаарта Тхи. Льяна была занята зельеварением. И, кажется, какой-то самоубийца снова посмел её задирать. Гнев вспыхнул спичкой – и так же быстро погас. Лишние эмоции. Он просто найдёт эту тварь и оторвёт ему язык. Больше не станет говорить им глупости.
– Что ты сказал? – Переспросил, выплывая в реальность.
– Сказал, что Поцелуй Магии – это не просто ритуал намерений. Не просто маленькая прихоть девицы, которая связывает двоих крепкими узами, – терпеливо повторил Далирий.
Креонский вообще любил объяснять. Привык возиться со своей клановой мелочью.
– Я тоже могу три часа ходить вокруг да около. Так, что забудешь, что вообще у меня спросил, – блеснул клыком Мор.
Раздражает. Словесные кружева. Человеческие потуги на интриги. Это Сейлир такое любит. А Мору давно надоело.
– Ладно, скажу прямо, – Креонский откашлялся и потёр лоб. Забавно, я слышал, что твой дядя хочет твоего брака с Краеной Каэрси. Но есть проблема. Я вижу, да и любой, кто может видеть потоки магии, поймет, что ты связан с другой и не против этого. Ваши магии... – Далирий на миг запнулся, но лицом он владел в совершенстве, – сплетаются. Очень гармонично. Эта девушка, она может стать тебе хорошей спутницей. Я понимаю, что нарушил все возможные границы, говоря это, – церемонный поклон, – но должен был сказать.
Испытующий взгляд. Острый. С какой-то глубинной тонкой ноткой. Внутри Креонского сияет бездна. И если Вириан – могила, которая манит уставшего путника, то Далирий – хищные черные пики на дне пропасти без дна.
Выгорел мальчишка. И прячет это под семью слоями.
Новая заметка. Новое понимание. Забавно, но мажонок чем-то напоминает Сейлира. Когда этот дурачок увивался за своей ведьмой, а та его предала.
Моршерр ощутил незнакомую неприятную тяжесть на сердце. Она мешала. Злила. Нагоняла... тоску?
– Говори или уходи, – прошипел безапелляционно.
– Поцелуй магии связывает лишь тех, кто подходит друг другу. Если эта связь пустила корни – её разрушит только смерть одного из пары. – Голос Далирия Креонского сорвался. На долю секунды. Черты лица похолодели. – Если не хочешь хоронить эту девочку – женись на ней и убери соперниц. Если тебе наплевать – считай, ты станешь её убийцей. Решай сам. Это всё, что я хотел сказать, Кайто. Если тебе вдруг понадобится моя помощь – ты знаешь, где меня искать. Будь осторожен.
Моршерр всё ещё стоял, невидяще глядя перед собой, когда Креонский развернулся и поспешил в сторону общежития.
Мозаика с хрустом, кровью, выворачивая прежние фрагменты и разрушая камень, вставала на место.
Вчерашнее покушение. И до этого – на практике. Льяна Тархи не стала невезучей. Просто появился противник, которому, в отличие от заговорщиков, она не нужна была живой. Этому противнику не нужна была женщина, которая могла претендовать на роль жены Мориана Кайто, и...
– Лорд Мориан! Тирлес Мориан Кайто! О, я приношу свои искренние извинения, что разрушила ваше уединение. – Тихий голос.
Красивый, нежный, певучий. И сама девица – хороша. Среднего роста, изящная и хрупкая, как статуэтка. Густые темные брови. Полный красивый рот – соблазнительная вишня. Ягодка – маленькая родинка на щеке. Удлиненный разрез глаз, тёмных, влажных, таящих неведомые глубины.
Длинные роскошные волосы уложены в прическу. Жгуче-черные.
Роковая красавица с видом ягнёнка.
– Вы не помешали мне, лесса, потому что я уже ухожу. Не имею чести знать ваше имя, – заметил равнодушно.
В груди всё клокотало. Первую минуту. А потом воцарился холодный штиль. Такого штиля пуще бури боятся в океане моряки.
– Простите! Краена. Лесса Краена Каэрси, – девушка виновато потупилась. ***Автор имеет, что сказать: Мор, как тебе новая порода гадюк? Правда, миленькая?Мор: я как раз хотел себе пояс из змеиной кожи...
Глава 6.2.
Лёгкое светлое платье девице очень шло. Кружева подчеркивали высокую налитую грудь.
– Лесса Каэрси, – усмехнулся Мор про себя.
Ноздри жадно втянули воздух.
Так и есть. Пустота. Почти. Сколько глушащих амулетов! О, они бы помогли. Но не от него.
Расчет. Что-то холодное и склизкое. Интерес. Его оценивали, как породистого жеребца. Тупая девка. Жадность. И тщательно запрятанное презрение. Вот на такое когда-то повёлся Сейлир? Впрочем, не стоит их равнять. Владыка Сейлир тогда был почти мальчишкой. Юным, глупым и неискушенным. Против него амулеты работали безотказно. Были раньше мастера.
– Лесса, рад был увидеть вас. Но мне нужно готовиться к занятиям. Вы приехали поступать? Пока набор закончен, но у вас есть все шансы успеть к следующему году, – равнодушная улыбка на лице.
Растерянный чужой взгляд. Не ожидала? А чего ожидала?
Ноздри забил неприятный сладковатый запах, от которого помутнело разом в голове и начали резаться когти.
– О, простите, лес, не хочу вас задерживать, – облизала губы. Красивые. Он бы с ней позабавился, – вы не проводите меня... к господину ректору? Никого не могу найти, не хватало мне заблудиться!
Голос тёк нежно. Он усыплял бдительность, делал странно безвольным.
– Если только к ректору, – хрипло прозвучал собственный голос, – лесса?
– Благодарю вас, лес Кайто. Простите, что потревожила, слышала, как к вам обращался ваш друг...
Голова налилась тяжестью. Теплая ладонь в его руке. Манящая полоска белой кожи на шее, к которой клонится голова.
В груди вдруг стало тесно. Зарычал со дна души дракон. Гневно, зло.
Вены обожгло огнём. Отчаянье. Безысходность. Ярость. Боль. Решимость. Гнев. Голод.
Не его чувства. Чужие. Льяна?!
Тьма, куда опять успела влезть эта девчонка?!
Он резко вырвал свою руку из руки ведьмы. Мерзкая тварь. Свернуть бы ей шею – прямо здесь и сейчас. Или нет. Это слишком быстро. Обхватить ладонями её хорошенькое личико, гнилое, как перезрелая груша, и пить, пить её силу, душу, эмоции, магию до тех пор, пока не останется одна высушенная оболочка!
Голод удавкой сжал шею.
– Лорд Мориан? Что случилось? – Искреннее недоумение в голосе.
