Мерзавка. Зря он осуждал Сейлира. Если даже его так пробрало от чужих чар.
Вместо ярости на его лице появилась растерянная и виноватая улыбка. Рука опустилась на живот.
– Ох, лесса, я должен принести вам свои извинения! Прошу вас, идите прямо, а потом – направо и ещё раз направо! Там обязательно будут адепты, – полуголые и разгоряченные оборотни, – которые вам помогут, – лишиться платья и разума, – у меня, боюсь, возникли некоторые проблемы со здоровьем! Ещё раз прошу извинить!
Мерзко притворяться. Мерзко лепетать, когда хочется с хрустом сжать тонкую шеи этой дряни.
Из-под кустов блестят глаза инкишира, мелкой твари размером с белку. Жёлтые круглые глаза нервно следят за шуршащим платьем леди. Инки обожают ткани. А зубки у них...
Коготь незаметно поманил сжавшуюся тварьку. Иди сюда, малыш. Вот и твой обед.
И прежде, чем леди успела добавить что-то ещё, Моршерр исчез в кустах.
Переход в тень дался легко, хотя тело всё ещё бил озноб.
Грудь тянуло. Горела огнём кожа.
Дурная девчонка, что опять? Ну что, а? Тьма, почему чувства – это так хлопотно?
И почему так мерзко от того, что сейчас на их месте – пустота? Вместо теплого огонька. Кто спровоцировал нестабильного юного энергата? Оторвать тому голову!
И он сам себе бы не признался, что чувство в груди называется беспокойством. И он волнуется вовсе не за будущую подчинённую. А за женщину. Его женщину. Его острый шип, который кто-то посмел обидеть.
Сссс. Как же вс-сё это!
А ведь ещё с Дайнаром придется разбираться. Пока он папашу Тхи не прикончил!
Тени подхватили, обняли, взволнованно зашумели, опознав Моршерра Декерет. Поделились последними сплетнями.
Не хотел он этого делать. Да, силы прибавилось, но до прежней... И всё же – придётся.
Вспыхнули во тьме теней алыми углями глаза. Поползло шипение. И прозвучали слова.
– Именем Первого, во Тьме рождённого. Слушайте мой приказ. Проследить за девицей Краэной Каэрси и её отцом Найджем Каэрси. Выяснить планы семейства в отношении рода Кайто. Найти доказательства их сговора с тиуром Бьюмертом Кайто и их участия в покушении на Льяну Тархи.
Заволновалась, засомневалась, заколыхалась тьма. Замерли в ней безмолвные силуэты других энергатов. Давление возрастало.
Он сжал зубы. И выплеснул все накопленные эмоции, опустошая себя.
– Я сказал – выполнять! – Холод обжёг.
Как выморозило.
– Да, господин... – шелестнули тени.
Послышался издевательский смешок Дайнара.
И умолк.
– Моршерр... – шёпот.
– Я сам! – Ответил.
Не беспомощный.
Напрягся. Ощутил вдруг волну жара. Дракон? Проснулась, ящерица безмозглая? И помчался в тенях туда, где слышался зов юного энергата.
Льяна...
Глава 6.3.
Льяна Тархи
Мир стал простым и понятным. Разделенным на тысячи запахов и эмоций. А существа вокруг – смешными, надоедливыми мушками.
Тонкие ручейки эмоций текли ко мне, свиваясь в клубки. Я знала, что могу легко выпить с десяток этих человечков, прежде, чем они вообще поймут, что происходит. Да. Я могла бы. Но надо ли было?
Краем сознания я всё ещё удерживалась в реальности. Нельзя. Нельзя себя выдать.
Почему? – искренне возмутилась голодная тварь во мне?
Что плохого, если мы просто... перекусим? Скажем, аперетив. Вкусно же? Да? Сытно?
На кончике языка растекалась кислинка. Вкусно.
– Не надо, Льяна. Себя выдашь, пожалеешь, – прошипел рядом человечек.
Рыжий. Смешной. От него тянуло мятным беспокойством. А вот от девушки рядом с ним – чем-то смутным, смешанным. Она испугалась. Но чего именно – непонятно.
Всё это не заняло и доли секунды. Липкая жидкость все ещё стекала по стенкам котла, всё ещё кружили в воздухе обрывки чужих эмоций и мыслей.
Голод сжал горло до черных точек, вырвался ворчанием. Мне не хотелось сдерживаться. Не хотелось – останавливаться. Зачем? Ведь они не остановились. Им было плевать на меня. Им всем. И сейчас готовы заклевать – рычало всё внутри меня.
Злость растекалась по венам.
Тонкие острые клыки кололи губы.
– Остановись, дитя, – лёгкий шёпот.
Дуновение. Тихий протяжный звук флейты остужает сознание. Ненадолго.
Присутствие предка неожиданно успокаивает, но я вижу, как напрягается резко мэтресса, подскакивая из-за стола. Она уже готова разразиться криками и обвинениями. Я... по губам ползёт недобрая ухмылка – готова ответить.
– Дева-шип, ты меня порадовала, – мурлыкнула вдруг тьма за моей спиной.
Тяжесть и голод ослабели. Прохлада знакомого присутствия была слишком нужной. Слишком приятной. Он здесь. Моршерр Декерет. Мориан Кайто. Мор... Моё бедствие. Мой. Жадно лязгнуло сердце.
Первый. Великий. Старший. Я дернулась, преклоняясь перед его силой. В ней ещё были трещинки, были изъяны, и всё же тьма всё больше наполняла тело лорда Декерет.
Ледяные ладони легли мне на плечи. Острые когти царапнули платье. Мир вокруг как будто застыл, пока хищная наглая тварь довольно меня обнюхивала. Наши тени переплелись, и старшая, кажется, готова была обласкать младшую, укутать, закрыть собой, даря неведомое чувство защищённости.
Острые зубы пробежались по моей шее, легко прихватывая кожу. Крупная дрожь сотрясла тело. С губ сорвалось довольное шипение. Тело дрожало, мечтая о танце, схватке с тенями.
– Вы пришли, – выдохнула с искренним удивлением.
– А я мог не прийти? Ведь ты моя, Льяна Тархи, – хрипловатый голос царапал душу. А когти – тело. Кажется, Ишти нас увидел. И даже пробормотал что-то про любовь энергата к сдобным булочкам – к чему бы?
– Ваша, милорд? – Я хотела подтверждения или возмущалась?
На языке таял привкус шоколада. Это – забота? А искорки, винно-пряные, хмельные – желание? Страсть? Что?
– Моя... – коготь очертил линию спины, заставил выдохнуть, – невеста. Мы же договорились, – в голосе коварной твари не было вопроса. Исключительно утверждение.
Мол, а как же иначе, да?
– Что со мной? С нами? Нас ведь не видят? – Выдавила из себя, чувствуя, что впервые полностью теряю контроль.
Над собой. Над происходящим. Мир смешал тьму и серебро, разлетелся искрами под неслышный смех ало-золотого бога из тьмы.
– Нет. Мы выпали из "здесь и сейчас", – низкий голос мужчины царапнул кожу, – никто нас не видит. И не слышит, Льяна Тархи. Кто-то сильно хочет убрать тебя, колючий шиповничек.
Ши... что?!
Я возмущенно зарычала. Тело снова содрогнулось от волны силы. Реальность трещала по швам. Но в этот момент меня резко развернули – и прижали к ледяному жёсткому телу.
Глаза Моршерра Декерет были ледяными, жадными. Холод его кожи растекался в воздухе, перебирался ко мне, проникал в меня. Тьма дарила какую-то болезненную потребность, смутное желание, яростную жажду.
– А ведь я тебе нравлюсь, Льяна Тхи, – черные глаза впились мне в переносицу.
Белое лицо казалось маской. Пальцы – длинные, увенчанные когтями, вызывали довольное урчание.
– Вы пришли ко мне за комплиментом, лорд Моршерр? – Вызов. В моём тоне. В моей улыбке.
– Я пришел потому, что ты нуждалась в помощи. Я ошибался? – Прищур глаз. – Может, ты была готова полакомиться этими человечишками? – Насмешливое. – Мне не жалко, но первое наше правило – за пределами Илдрэггонского союза – быть как можно более незаметными. Поняла? – Щелчок по носу. Почти незаметный.
– Я не собиралась никем питаться! – Глухо рыкнула в ответ.
Вру, конечно. Голод колол горло. Где-то вдалеке тихо пел колокольчик призрака.
– А придется научиться. Если не хочешь однажды закусить своим драконенком, – жёстко обрубил мужчина.
Гнев и ярость всколыхнулись – и бессильно опали.
Когти обхватили моё лицо. И глаза – черные бездны, обволакивали, затягивали.
– Я научусь, Ваше Темность, – Когтистоть и Наглейшество – добавила про себя.
– Конечно, научишься. Я сам тебя научу, – вымораживающий взгляд и лицо, по которому ничего нельзя прочитать.
