И в груди всё ярче горел опасный огонь восхищения. Пожалуй, в этот момент я была почти влюблена. Немного. Совсем чуть-чуть. Правда-правда.
– Пора возвращаться, – вырвал меня из раздумий неожиданно мягкий шёпот.
Темные глаза смотрели на меня, не отрываясь. Пульсировал нитью вертикальный драконий зрачок.
Моя сила мягко и спокойно струилась по венам.
– Руку, – я тут же вложила свою ладонь в его.
Как девчонка сущая. Но себе не солжешь, Льяна. Ненависть к этому мужчине давно переплавилась в нечто иное.
– Мою пропажу точно никто... не заметил? – Деликатно уточнила.
Ни тревоги, ни страха из-за проведенного испытания не было. Пусто.
– Нет, – короткий ответ, – ни о чем не беспокойся, Льяна. И... – я видела, как он заколебался, но всё же неохотно бросил: – Никому не доверяй. Ограниченно – Даласскому. Но более – никому.
– Хороший совет, – заметила без улыбки.
Мы замерли у самой границы тьмы. Мне казалось, что сквозь темную холодную плёнку я уже вижу очертания сидений. Ещё один шаг, и...
В спину ударил вопрос:
– Эльяаннэ Шаан'Соэн из рода Тхи, согласна ли ты добровольно стать моей спутницей и невестой?
Я обернулась. Он замер в самом центре непроглядной темноты. Высокий, чуждый этому миру, опасный, ядовитый и хладнокровный.
Зловредный капибар собакой жался к его ноге. Тьма глаз уступала место безбрежной синеве. Яркой, летней.
Напряжённо дрожала наша связь. Переливалась, звенела тонко-тонко.
Я уже знала, что отвечу.
Глава 6.6.
– Да, мой лорд, – прошептала, опускаясь на одно колено. В платье так не делают? Плевать. – Я, Эльяаннэ Шаан'Соэн, урождённая Тхи, стану вашу невестой... если вы обещаете уничтожить того, кто сейчас называет себя моим женихом.
Если кто-то думает, что я страдаю всепрощением – нет. Моя отягченная наследственность со всех сторон мне бы этого не позволила. Хватит. Уже достаточно я спускала в своей жизни всё на тормозах.
Глаза в глаза. Мы пьем друг друга – и не можем напиться.
– Согласен, – отрывистый кивок.
– Скрепляю именем рода и благословляю, – тихий звон колокольчиков и короткий свист флейты.
Силуэт Ллиатароэна Шаан'Соэн, истинного владельца сида, на миг проступает во тьме. Его алые волосы змеями обвивают белое лицо. Во взгляде – тепло. Бархатное. Странное.
– У тебя всё получится, дитя, – смеётся призрак.
Миг. Удар сердца.
Реальность плывет, колышется – и выплёвывает меня назад во внешний мир под тысячи злобных взглядов – многие отвлеклись на меня и упустили зелье, и вопли горгоны.
– Вы вылетите с треском из академии, Тархи! Я об этом позабочусь! – голос мастера срывается на визг.
Глупо. Непрофессионально. И очень подозрительно.
Только почему-то никто не стремится ей возразить. Странно, неправда ли?
– Ей намеренно испортили зелье, магистр, – вдруг раздался в полной тишине голос, – вызовите службу безопасности академии.
Самый обычный голос, мужской, со странным ощущением акцента. Как будто ему, как и мне, местный язык не родной и даётся с трудом.
Я резко развернулась назад.
И с размаху наткнулась на умный любопытный взгляд темно-лазоревых ярких глаз. В них было не видно белка.
Лицо адепта пересекал белый шрам с рваными краями. А сквозь густые иссиня-лазоревые волосы проглядывало удивительное ухо-плавник.
– Морской лорд, – разнёсся тихий шёпот.
И аудитория погрузилась в напряжённую тишину.
Глава 7. Подстава.
– Лессу подставили. И я могу это доказать, – морской тварь-лорд как будто совсем не стеснялся чужого внимания.
Холодные, изменчивые, опасные, как окенские воды, его глаза смотрели прямо на меня.
Не мальчишка. Молодой мужчина. Да и молодость – обманчива.
– Вы это сейчас... серьезно говорите, адепт Мьянкори? – Магистр Лаунра Горго́ поджала губы. – Вы понимаете, что будете нести ответственность за ваши слова?!
Она его сейчас уговаривает отказаться от своих слов? Как это понимать?!
– Я должен буду сообщить тирлесу Си-Шаону, что вы, мастер, препятствуете правосудию? – И вроде бы тон адепта почти не изменился.
Но его взгляд. Его осанка. Его манера держаться. Едва заметно приподнятая бровь и искривлённые губы. Такое приобретается только соответствующим воспитанием.
– Я должна буду сообщить, что вы посмели угрожать своему преподавателю? – лесса Лаунра гордо и величаво повернула голову, глядя в упор... на меня.
– Согласно пятому подпункту шестого параграфа второй части уложения о правилах академии, непредумышленное нанесение ущерба академическому имуществу в ходе урока может караться отработкой на кухне, в загонах либо иной несложной работой по усмотрению преподавателя. В случае, если ущерб был нанесен в ходе проверочной либо контрольной работы – наказание то же. Если же в случае нарушения виновен посторонний объект либо другой адепт – вина ложится на них. Ряд случаев может разбираться на преподавательском совете в индивидуальном порядке, – на одном дыхании отчеканила я.
Я могла бы собой гордиться. Настолько досконально устав академии ещё не додумался выучить никто. А мне было нужно... Нужно знать, чего ни в коем случае делать нельзя, чтобы не вылететь. Впрочем, это было давно.
– Считаете себя самой умной, адептка Тархи? – Взъярилась Горго́.
Пальцы сжала, сминая перо, и буравит меня настолько ненавидящим взглядом, что хочется передернуть плечами. Да что я ей сделала?
– Ни в коем случае, мастер. Устав академии должен знать каждый учащийся, – с мягкой улыбкой ответила я.
Поправочка. Попыталась ответить. Вместо улыбки, кажется, вышел оскал. Фейская магия очарования выдавливаться из меня и вовсе отказалась. Тьма энергата была сытой и сонной. Жрать эмоции мастера ей хотелось меньше всего.
– Индивидуальность случая определяется преподавателем, – с неприятной усмешкой презрительно парировала лесса Лаунра, – а я вижу лишь неподготовленную адептку, которая не сумела выполнить задание и теперь пытается выгадать себе что-то. Уже не брезгуете ничьим вниманием, адептка Тархи? – Прошипела мне в лицо.
И скосила взгляд в сторону морского.
Черную ярость удалось подавить с трудом. Зубы так и чесались.
– Нарушение преподавательской этики. Оскорбление адепта. Урон чести благородной леди. Халатное отношение к обязанностям преподавателя. Вы наговорили уже на увольнение. Или мне продолжить? – Оллеар не изменился в лице, когда это произносил.
Друг – а теперь я точно могу называть его так. Только так. Встал рядом со мной. Его глаза холодно блеснули.
Таким – собранным, строгим, величественным – я видела его, наверное, впервые. И не могла не задаваться вопросом. Как вообще и он, и морской попали к нам? Какие у них могут быть проблемы с магией?
Я повернула голову – и заметила краем глаза непонятный взгляд Тайли.
Девушка прикусила губу и, нахмурив брови, сверлила взглядом Оллеара.
– Это неслыханная дерзость, адепт... Даласский! – Глаза горгоны. Истеричные, выпученные, бешеные.
Как будто сейчас покусает.
– Видя нежелание признавать очевидные истины, мастер, я могу сделать вывод, что вы желаете провала адептке Тархи вполне осознанно, – гулкий звонкий голос морского, адепта Мьянкори, привёл спорщиков в себя.
Ненадолго.
– Да зачем мастеру это делать? Бредишь? А то, что эта Тархи ни одних штанов не пропустит – давно известно, – яростно фыркнул дружок исчезнувшего Линоша. Худой, с неприятным лицом и запавшими глазами, Ярош.
– Поединка хочешь, дурак? Так на местном кладбище благодаря Кайто скоро мест не будет, – шёпотом буркнул кто-то.
– Вы идиоты! Как девушка красивая, так сразу – гулящая! А сами глаза стерли, обзавидовались! – вступился кто-то.
Раздался грохот.
Глава 7.1.
– Ой, – пискнул женский голос, – я нечаянно, простите!
– Нечаянно мне на ногу уронила с "Полный справочник лечебных растений" О. Травителя? – Заверещал паренёк из местных горожан.
