Глава 6.4.
– Я не из пугливых, – сорвалась с моих губ дерзость.
Его лицо было совсем близко. Между нами – одно дуновение ветра. И я вдруг увидела то, чего не смогла разглядеть раньше. Черные вены на шее и лице. Холод, смешанный с яростью и болью. Едва заметную дрожь в гибком хищном теле. Проступившую на лбу морщинку усталости.
Моршерру было тяжело здесь находиться. Очень тяжело.
Кто из нас потянулся первым? Его поцелуй не был жадным. Неторопливым. Долгим. С привкусом крови. Наша тьма, наша сила, наша суть смешивались воедино, перетекали, закручиваясь круговоротом, спиралью, неведомыми мне фигурами.
Длинный язык слизывал капли крови с моих губ. Сильные жёсткие пальцы ласкали тело, играли на нём одну ему известную мелодию.
Тьма скрыла аудиторию, разрушила границы, увлекла в самые бездны теневых лабиринтов. Здесь спину горячил камень, мелькали искаженные лики теней, слышался смех. Здесь можно было вынырнуть у водопада и замереть на берегу лавового озера.
Мы неслись вперёд – и оставались на месте. Мои пальцы жадно дёргали жёсткие черные волосы, ласкали резкие скулы, когти поглаживали черные чешуйки на лбу.
– Зачем всё это? – Мой ли это был голос?
– Твой огонь души горит ярко, Льяна Тхи, – голос лорда Моршерра мягко мурлыкал. Почти мягко. Как будто когтями по камню скребли. Алмазными, – но хватит ли его, чтобы моя тьма не поглотила тебя?
Мы распались на две половинки. Губы саднило. Тело дрожало от восторга и хотелось змеей обвиться вокруг моего темного тварь-лорда и шипеть на всех, кто посмеет пожелать его коснуться.
– Мы, кажется, решили, что нас связывает только дело, лорд Моршерр, – мой голос звучал уважительно.
Никакой насмешки. Да-да. Совсем никакой. Точно все поверили? Я же белая и пушистая. И даже не издеваюсь. Почти.
Когти запутались в моих волосах и оттянули голову назад. Глаза в глаза.
– Делос-с? – Прошипела тварь.
Недовольная. Злая. Коготь упёрся мне в подбородок, ласково щекоча.
– Не играй с-со мной, Льяна, – тьма глаз тоже может... сиять.
По правой руке лорда Моршерра скользнули тени, уплотнились, образуя перчатку с длинными загнутыми когтями.
– Я не люблю игры, лорд Моршерр, – я облизнула губы. Кто-то очень кусачий. Был.
Его взгляд прикипел к моим губам. Чернота глаз вдруг сменилась ослепительным алым сиянием. Вертикальный зрачок разрезал радужку. Моршерр стал выше, раздался в плечах. По его лицу поползли полосы чешуи.
– Ты всегда останешься только моей, Льяна Тархи. И чем раньше ты это запомнишь, тем лучше. Я уничтожу любого, кто посмеет к тебе прикоснуться. Ты сама подарила мне Поцелуй магии, – древний энергат – а сейчас это был он – показал в улыбке клыки. Острые. Сокрушительно опасные, – так прими же ответственность.
– Сама, – усмехнулась, больно дёргая черную прядь волос.
Лицом к лицу. Шипим, как две гадюки.
– И я от неё не отказываюсь, лорд Моршерр Декерет. Ответственность – это даже прекрасно. Но избавление меня от проблем со стороны лорда Сейлира и других тварей... например, поклонниц Кайто, – теперь ваша забота, – цокнула языком.
Тьма обнимала меня за плечи, шипела и смеялась. В ней мелькали зелёные искры.
Тень удивления промелькнула и исчезла. Ждал криков и ярости? Слишком сыто мне сейчас, слишком спокойно рядом с этой тварью, слишком... что? Уютно?! Так и есть. Уютно. Свободно. Нет лишних мыслей. Сомнений. Печали. Ничего нет.
– Ты мне нравишься, Льяна Тархи, – спокойный низкий голос заставил вспыхнуть, как девчонку.
В глазах мужчины напротив – мягкая безбрежная темнота. Здесь нет ветра, но наши волосы колышутся.
– Ты мне тоже, когда не пытаешься меня сожрать, Мориан Кай... – договорить я не успела.
– Нет. Назови меня моим настоящим именем, – тихий приказ. Коготь ложится на губу, надавливает, – Мор-шер-рр... – перекатывается эхом.
– Мор-р-шер-ррр, – из моего горла вырывается рык, – мой лор-ррд!
Тело наполняется лёгкостью. Рядом с древнейшим. Рядом с тем, кто являл и являет собой средоточие силы нашего народа. Я сказала – нашего?
– Элья-аннэ, – жадной песнью отдался в ушах холодный голос.
Он впитывал мою радость и восхищение – жадная моя тварь. Сильный, отчаянный, безумный– Считай, что ты меня убедила, дочь фейри. – Драконьи глаза пристально следили за мной.
Его руки оплели меня крепче. Его пальцы обняли меня, обхватили, впились в кожу.
– В чём именно убедила? – Голова немного кружилась – но и только.
Мне почему-то казалось, что энергаты не должны "питаться" друг другом. Но этот у нас неправильный. Древний – и начисто лишенный совести.
– Я прослежу за тем, чтобы никто из твоих врагов не добрался до тебя. И оторву голову твоему жениху, – бесцветное лицо лорда Моршерра тронута слабая усмешка.
Длинные пальцы очертили мою переносицу. Коснулись лба. Эта ласка стала неожиданностью для нас обоих.
– Ой, милуйтесь уже! Тьху, тень комки позорные, – чихнула тьма.
Что-то зашуршало. Блеснуло. Откуда-то вынырнула смешная кривоухая морда, похожая на капибару.
Вместо шерсти ее тушку покрывали плотные длинные иглы стального оттенка. Только морда была лысая – и до жути наглая.
– Слушьте, а травушки не найдется? – Басом поинтересовалась капибара, близоруко щурясь. – Клевера там четырехлистного, на удачу? Не?
Под нашими взглядами упитанная нечисть замерла, блеснув ядовито-желтыми глазами.
Во тьме прошуршало что-то похожее на змеиный хвост.
По губам лорда Моршерра проскользнула улыбка. Но я бы не хотела, чтобы мне так улыбались. Как паук мухе, прежде, чем её сожрать.
– Клевера, значит, хочешь? – Мягким предупреждением шквала потёк голос. – Может, ещё и двуюшника золотого, который силу увеличивает?
Близорукий капибара запоздало понял, что кормить его не будут. Скорее – наоборот. Но поздно.
Глава 6.5.
Тени колыхнулись, удлиннились, лорд Моршерр посерел – от усталости?! – но через мгновение темная рука резво потащила к нам упитанное извивающееся животное.
Теперь у капибары были отчётливо видны три змеиных хвоста, на кончиках которых сидели и шипели возмущенным хором змеиные головы.
– Тихрус Эфа. Тварь пятого уровня опасности, – невозмутимо заметил Моршерр Декерет, – любит подкарауливать слабых жертв, пугать и гонять по темноте. Может загнать и до смерти, так что не обольщайся его видом. Зато прекрасно чует магов и может легко определить уровень их силы. Иначе бы не выжил.
– Я буду жаловаться! Теневым грухам! В божественную канцелярию! Владыке тварей! – Вопил капибара, плюясь и шипя, – да я! Да я до самого Палача дойду! – Пискнул, ошалев от собственной храбрости.
Искомый Палач нехорошо усмехнулся. Подтащил хвостатого поближе.
– Жалуйся, – опутал паутиной вкрадчивый голос тварь-лорда, – можешь приступать. Я внимательно слушаю жалобу на самого себя, – длинный коготь лениво пощекотал мохнатое брюшко.
– А-а-а... – Писк. Фырк. Неприятный резкий запах.
– Ой, какая незадача, – разжалась страшная рука, – свои отходы сам убирать будешь, понял? Какие у нас-с жалобы, больной? Обещаю вылечить быстро, эффективно и летально... Я хотел сказать – фатально. Для болезни.
Теплый комок метнулся от лорда Моршерра ко мне.
Тварь-лорд веселился. От души.
– У нас всё хорошо, о Великий и Ужаснейший, мой блистательный, хищный, великолепный господин! Я просто хотел припасть к краешку вашей невероятной силы! – Капибара распростерся по невидимой мне земле, елозя пузом.
Все три змеиные головы кивали ему в такт, высунув от усердия языки.
– Пойдешь со мной, – ткнул коготь мохнатую шкурку. – Будешь делать то, что я скажу. И сцедишь мне своего яда, который ослабляет и блокирует магические способности.
Сейчас, здесь, я видела, как спокойно и естественно получалось у этого мужчины отдавать приказы. Он не сомневался в том, что их выполнят. Его уверенность не была напускной, он не пыжился, не пытался стать тем, кем не является. Он просто – был.
