Мастер драгоценных артефактов 4 (СИ) - Майерс Александр

Я достал короткий лук и наложил стрелу. У каждого следопыта Первого отряда был такой же.

Мастер Гаврила постарался — сделал новенькие превосходные луки из того самого мракодуба. Гибкие, мощные, просто загляденье.

Каждый наш следопыт теперь владел двумя моделями луков. Длинные, для боя в строю вместе с гвардией, и короткие, для вылазок и ближнего боя.

В рукоятках у каждого лука Первого отряд были вставлены камни, которые я лично зачаровал. Само собой, кто бы ещё мог это сделать…

По сути, это было артефактное оружие. Выпущенные стрелы слегка напитывались магией, летели быстрее, били сильнее. И, что самое приятное, слегка подправляли траекторию, если стрелок правильно фокусировался на цели.

Я объяснил это следопытам, и они немало тренировались. Теперь отрабатывали на практике.

Первого кузнечика я снял точнехонько в голову. Стрела вошла между глаз, тварь дёрнулась и затихла.

Тетива зазвенела с разных сторон. Кузнечики были быстрые, но от стрел, выпущенных исподтишка, увернуться не успевали. Мы работали с крыш, а они метались внизу, не понимая, откуда прилетает смерть.

Я перепрыгнул на соседний дом, выпустил ещё три стрелы. Два попадания, один промах — кузнечик дёрнулся в последний момент. Ничего, Герман добил его с соседней крыши.

Краем глаза я следил за общей картиной. Следопыты работали грамотно. Двигались парами, прикрывали друг друга, не тратили стрелы впустую и били метко. Первый отряд оправдывал своё название.

По сравнению с вчерашним громким сражением это просто развлечение, как в тире. Расслабляться нельзя, конечно, но между делом я успевал ещё и думать.

Нам определённо нужны башни. Одна небольшая башенка на дороге перед деревней уже есть, но это так, больше для проформы. Надо построить пару хороших, каменных, с бойницами и всеми делами. Чтобы в случае чего вся деревня находилась под перекрёстным обстрелом.

Когда осталось только три инсектоида, я решил размяться. Спрыгнул с крыши, обнажил клинок и свистнул, привлекая внимания тварей.

Кузнечики бросились на меня. Пришлось и правда попотеть, потому что поразить тварей в мечом в открытом бою оказалось не так-то просто.

Но я, конечно, справился. Отличная вышла утренняя зарядка.

Я и оглядел деревню и убедился, что урон — минимальный. Пару телег сломали, двери исцарапали, заборы кое-где повалили. Более или менее серьёзно пострадал только один склад, куда жуки сумели вломиться. Но там лежали инструменты, а они у нас теперь металлические. Рукоятки погрызли, сволочи, а с металлом не справились.

Из домов начали выходить люди. Степан подошёл ко мне и низко поклонился:

— Спасибо, господин. Вовремя вы, как всегда.

— Не за что, — я хлопнул его по плечу. — Обошлось.

Староста вздохнул и нахмурился, глядя на разворошенный склад.

— Я виновных найду, кто дверь на ночь не закрыл. Накажу, чтоб неповадно было!

— Не надо наказывать. Инструменты целы, рукоятки заменим — делов-то. Поругай их маленько, — махнул рукой я. — Пусть учатся на опыте, это полезно.

— Как прикажете, — пожал плечами Степан.

Я прошёлся по деревенской улице, осматривая туши кузнечиков. Хитина на них почти не было — так, тонкая оболочка, из которой доспех не сделаешь. Взять с них особо нечего. Разве что задние лапы, на которых имелись характерные зубчики, как у обычных кузнечиков.

Я наклонился, провёл пальцем по зубчикам — острые, твёрдые. Можно эти лапы использовать как одноразовые пилы. Лесорубам и плотникам может пригодиться.

— Степан! Видишь лапы? Срезать аккуратно, высушить, проверить, как дерево пилят. Если подойдут — раздать кому надо. Всё остальное — сжечь подальше от деревни.

— Сделаем, — кивнул староста и тут же принялся раздавать указания.

Я оглядел деревню ещё раз. Солнце вставало над лесом, окрашивая небо в розовый цвет. Блин, ещё только рассвет, а у меня такое ощущение, что я вымотан до предела.

Свистнул Громилу, забрался в седло и поехал в имение. Надо вздремнуть хотя бы до обеда. Потому что если жуки начнут приходить каждую ночь, то придётся пересматривать график. И строить эти чёртовы башни быстрее, чем я планировал.

В имение я вернулся, когда солнце уже встало. Глаза слипались, тело ломило после двух ночей без нормального сна. Но я перекусил и подумал: а почему бы перед сном немного не поработать? Всё равно дел накопилось столько, что хоть разорвись.

Поэтому после завтрака я умылся ледяной водой из колодца, выпил кружку травяного отвара и поднялся в мастерскую.

Там меня ждали пространственные кристаллики. Я сел за стол, разложил инструменты и принялся за работу.

Обрабатывать пространственные камни — это вам не просто руны наносить. Тут нужна тонкая настройка. Каждый кристаллик надо изучить, понять его структуру, подровнять форму, наложить зачарование. И всё это — не повреждая и без того хрупкую основу.

Когда сотый кристаллик лёг в ящик к остальным, я откинулся на спинку стула и потёр виски. Перед глазами плыло, но останавливаться не хотелось — я поймал вдохновение, а упускать его нельзя.

Я достал заготовки для защитных амулетов. Пальцы двигались почти автоматически — закрепить камень, нанести руну, замкнуть контур, проверить целостность чар.

К вечеру я сидел, уронив голову на скрещённые руки, и тупо смотрел на недоделанный артефакт.

Всё. Больше не могу. Ещё немного — и отрублюсь прямо здесь.

Я сгрёб всё со стола в ящик, кое-как дополз до кровати и рухнул лицом в подушку. Сон поглотил меня мгновенно.

Проснулся я от того, что кто-то тряс меня за плечо.

— Господин… Господин!

Я открыл глаза. За окном было темно, но небо уже светлело. Скоро рассвет, судя по всему. Сощурившись, я перевёл взгляд на будившего и понял, что это Макар.

— Что там? — буркнул я, садясь.

— Снова деревня, господин, — доложил старик.

Я вздохнул и с силой протёр лицо рукой.

— Опять жуки? Мне что, жить там теперь, чтобы ничего не случалось?

— Нет, ваша милость, не жуки. Там люди.

— Люди? Бандиты напали?

— Нет-нет! — замахал руками Макар. — Там мирные люди, господин. Староста Степан просит прощения за беспокойство, но велел срочно отправить за вами.

Я выдохнул. Мирные люди — это уже интересно. И раз Степан решился меня будить, значит, там что-то серьёзное.

— Ладно, — я натянул обувь и встал. — Поедем, посмотрим.

Умылся у колодца. Вода была ледяная, обжигала лицо, но хоть немного приводила в чувство. С кухни пахло свежей выпечкой — повара уже встали и готовил завтрак. Меня угостили тёплой булочкой и налили во флягу свежего морса из лесных ягод. Я сел на Громилу и не спеша поехал в деревню, завтракая на ходу.

Утро было тихое, ясное. Лес только просыпался, птицы начинали пересвистываться, где-то в чаще стучал дятел. Я ехал и жевал булочку, наслаждаясь редкой минутой покоя.

Когда я въехал в деревню, то сначала даже не понял, что происходит. Перед домами стояла целая толпа.

Когда мне сказали, что прибыли мирные люди, я представил семью, ну или там группу людей человек десять. Но этих только на первый взгляд больше сотни!

Мужчины, женщины, дети, старики. Все грязные, уставшие, в потрёпанной одежде. У некоторых за спиной висели тощие мешки с пожитками, кто-то катил деревянную тачку, кто-то вёл под уздцы пару ослов, навьюченных поклажей. Ни телег, ни лошадей.

Я спешился, передал поводья подбежавшему парнишке и пошёл к толпе. Степан уже спешил навстречу.

— Простите, господин, что разбудил! — затараторил он. — Но тут такое дело…

— Вижу, — перебил я. — Кто это такие?

Из толпы вышел старик, изрядно потрёпанный жизнью. Одежда латаная-перелатаная, а в глазах такая вселенская усталость, что непонятно, как он вообще сюда дошёл. В руках — старая шапка, которая старик нервно мял.

— Меня зовут Евсей, — представился он, поклонившись. — Староста деревни Выселки. Это мои люди.