Гонец. Том 2 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич

Беру его на руки и крякаю от натуги. Батон уже потяжелел весьма прилично. На усиленном пайке он прибавляет по килограмму в день, не меньше. Я тащу оглядывающегося лосенка, пока Дима собирает и несет его скромные пожитки, скинутые в таз. Туда же мы отправляем недожеванную ленту и немного сена для подстилки.

Наши повозки уже выехали наружу за ворота. Приходится тащить Батона через весь двор. Я выхватываю взглядом ту телегу, которой управляет Тимур, опускаю сохатика за высокий деревянный борт и строго приказываю ему сидеть, не выпрыгивать. Следом мы с Димой быстро сбегаем на склад за кувшинами с молоком и сгружаем их туда же, обеспечив сохатого провизией.

— Батончик, ты не волнуйся, поедешь с папой, всё будет хорошо, — Кира подходит к повозке и начинает успокаивающе гладить лосенка, который с любопытством крутит головой, выглядывая из-за борта.

Рита заглядывает внутрь и замирает.

— Это что… моя лента⁈ — она шокированно смотрит на обмусоленный кусок ткани, лежащий в тазу.

— Эммм… Кажется, нам уже скоро отправляться, время не ждет! — я перевожу тему, отступая от телеги. — Кстати, может быть, кому-то нужно забрать свои личные вещи из казармы?

Гворк хлопает себя широкой ладонью по лбу.

— Точно! Надо же за кружкой сгонять, что мы стащили из столовой!

— Тише ты! — шепотом рычит на него Тимур, озираясь по сторонам, а Лина сужает глаза.

— Вы стащили кружку?

— Временно позаимствовали для нужд группы, — философски поправляет Тимур.

— Как и кувшин морса, — без задней мысли кивает Гворк, сдавая нас с потрохами.

Теперь уже мы с Тимуром чуть не хлопаем себя по лбу. С Гворком определенно надо будет провести серьезную воспитательную беседу на тему словесной сдержанности. Парень он правильный и верный, но катастрофически словоохотлив. У него что на уме, то и на языке. Вон, недавно он точно так же по простоте душевной сдал Битчу наш с Линой маршрут. Сделал он это, конечно, без злого умысла, просто не подумав, но нам от этого факта тогда легче не стало.

Серж выезжает из ворот верхом на вороном жеребце, окидывая взглядом сформированную колонну.

— Трогаемся, — коротко кивает он сержантам и первым выступает вперед по дороге, задавая темп.

Колонна приходит в движение. Новики и подавляющее большинство старшаков-Бегунов идут пешком. Исключение составляют лишь Рана на своей стройной лошадке и еще трое незнакомых мне Бегунов, тоже получивших верховых животных. С Раной всё понятно: она лекарь отряда, ее главная задача — беречь ману и физические силы для экстренной помощи раненым, а не стаптывать ноги в пыли. А вот чем именно заслужили лошадей те трое старшаков — вопрос интересный. Скорее всего, это дальний дозор или разведчики, которым нужна мобильность.

Наши же новоиспеченные сержанты топают пешком вместе с нами. Это логично: их задача — контролировать пехоту и задавать ритм своим десяткам. Позади пешего строя тяжело скрипят загруженные повозки.

Наша группа берет быстрый маршевый шаг, держась левой обочины. Дрокср уходит в голову нашего десятка и молча шагает вперед, ни разу не обернувшись, чтобы проверить, поспевает ли за ним его «малышня».

— Система, проложить маршрут.