Нежеланная невеста. Наследница Черного дракона. Книга 1 - Джейн Анна

Дорогой способ — порталы. Они мгновенно переносили в столицу, на одну из шестнадцати улиц, но стоили немалых денег — целых двести двенадцать крон туда и обратно! Для адептов вроде меня — целое состояние. Ну ладно, не состояние, но четверть стипендии точно! Однако Дэйрил выбрала именно порталы и даже слушать нас с Элли не хотела.

— На трамвае будем тащиться вечность! — заявила она сердито. И мы не стали с ней спорить.

Глава 8

На площади перед Главными воротами, которые нам предстояло миновать, чтобы попасть на портальную станцию, что-то происходило. Там собралось множество людей, и все радостно шумели и что-то кричали. Заинтересовавшись, мы с девчонками подошли ближе и поняли, что толпа адептов окружила принца. Вместе со своей охраной и свитой он возвращался то ли после прогулки по лесу, то ли после полета на снежных птицах. И был замечен адептами, которые вечером высыпали на улицу. Пройти мимо учащиеся академии не могли. Еще бы: для многих принц Даррел был олицетворением короны, будущим правителем, которому мы все (и даже я, к сожалению) будем служить до конца жизни. Ему хотели выразить почтение — правда, получалось это громко и хаотично. Хотели, чтобы он запомнил их. А потом обступили Даррела и его свиту и не давали прохода.

— Ваше высочество, мы вас любим! Мы так рады видеть вас лично! Мы клянемся служить на благо империи и вам! — то и дело раздавались голоса.

— Давайте подойдем поближе! — воскликнула Дэйрил, у которой тотчас загорелись глаза. — Это же принц! Это принц Даррел! Светлые боги!

Я хотела было возразить, сказать, что в таком случае мы не успеем попасть к нужному времени в кофейню, где для нас забронирован столик, однако Дэйрил, а следом за ней и Элли бросились к толпе, а я, вздохнув, осталась стоять под заснеженной сосной — в гущу народа лезть ради Даррела не хотелось. Забавно: если бы не случайная встреча в аудитории темных, я бы никогда не узнала, какой принц на самом деле, и наверняка сейчас тоже находилась бы в этой толпе, восторженно выкрикивая его имя.

Снег все падал и падал, путался в распущенных волосах, выглядывающих из-под голубой шапочки, которую связала бабушка. А я пинала сугроб носком ботинка. Интересно, сколько Дэйрил и Элли собираются там торчать? Мы должны успеть в кофейню, а потом нам нужно вернуться до десяти часов вечера — иначе нас накажут.

Впрочем, ждала я недолго. После короткой речи принца его охрана решительно отодвинула адептов, и Даррел со свитой направились в сторону замка. Получилось так, что они шли мимо той самой сосны, у которой стояла я, сложив руки на груди. Меня и принца разделяли несколько жалких лэров и парочка гвардейцев. Я надеялась, Даррел пройдет мимо, ничего не заметив. Однако, как назло, он посмотрел в мою сторону и, разумеется, узнал. Может, меня и правда прокляли?

В его глазах мелькнула насмешливая угроза. Замедлившись, он вдруг улыбнулся — вернее, ухмыльнулся — и словно невзначай провел ладонью по шее, типа, напоминая о сегодняшнем столкновении. Как же этот невинный жест меня разозлил! Я по-детски оттянула нижнее веко и показала кончик языка. Так в детстве я дразнила братьев, после чего спешно убегала, чтобы не получить от них подзатыльник.

Даррел смерил меня очередным уничижительным взглядом и отвернулся. Он и вся его свита направлялись в замок, и я с облегчением выдохнула. Иди, иди, куда шел. Не обращай внимания на тех, кого считаешь ниже себя, милый принц. Мы всего лишь твои рабы, жалкие и никчемные. Нас даже замечать не нужно. Спустя полминуты вернулись Дэйрил и Элли. Обе сияли.

— Вблизи принц еще красивее, чем на фотокарточках! — заявила Дэйрил, и Элли согласно кивнула.

— В нем чувствуются стать и сила. Вот бы его потрогать, — добавила она мечтательно.

— За что ты там его потрогать хочешь? — захихикала Дэйрил. — Я бы вот не отказалась пощупать пресс…

— Что ты несешь! Я хочу коснуться его высочества, чтобы почувствовать энергетику! — тотчас принялась оправдываться Элли. — Я никогда не касалась драконов, мне интересно, какие они внутри…

У всех менталистов действительно была такая особенность: они любили дотрагиваться до людей, чтобы попрактиковаться, только вот не любили, когда их касались другие.

— У Даррела силы столько, что тебя бы насквозь пронзило, если бы ты до него дотронулась, — заявила Дэйрил.

Я едва не закатила глаза и буквально взмолилась:

— Девочки, я вас прошу, давай говорить о ком угодно, только не о принце!

— Это еще почему? — удивилась Дэйрил.

— Все вокруг только и делают, что о нем разговаривают, — выкрутилась я. — Надоело.

Дэйрил и Элли нехотя согласились, и я потащила их дальше, аргументируя, что мы можем не успеть попасть в кофейню в нужное время и наш столик отдадут другим.

Портальная станция, на которую мы вскоре пришли, оказалась полупустой — много народу тут было лишь в начале и в конце семестров, когда адепты уезжали и приезжали, а в остальное время царила полусонная тишина, несмотря на то что до столицы было рукой подать. Станция представляла собой симпатичное двухэтажное здание в бело-синих цветах короны, где на первом этаже находились кассы и входы в порталы, а на втором — кабинеты служащих, несколько лавок и магазинчиков, а также маленький ресторанчик, который часто посещали преподаватели, а вот адептов туда не пускали.

Пройдя сквозь огромные двери, предназначенные будто для великанов, мы попали внутрь, и я торопливо, пока не растаял, начала смахивать снег с волос, шапки и пальто. Девочки последовали моему примеру. Отряхнувшись, мы прошли на кассу, купили билеты, которые по внешнему виду ничем не отличались от билетов на трамвай, и нашли нужный портал — на Большой императорский проспект. Всего за несколько мгновений мы должны были оказаться в столице, в самом ее центре.

Портал скрывался за дубовыми дверями, рядом с которыми стоял сотрудник станции в темно-зеленой форме. Он вежливо поздоровался, проверил билеты, оторвал корешки и отдал обратно.

— Пожалуйста, по одной, — дежурно улыбнувшись, сказал сотрудник, и мы кивнули в ответ.

Первой была Дэйрил. Она привычным жестом приложила билет к специальной выемке в стене, и дубовая дверь сама собой распахнулась, словно предлагая подруге зайти. Улыбнувшись нам, она скрылась за дверью. Через пару ударов сердца она будет в Тайлерисе. Второй была Элли. Третьей — я.

Порталами я пользовалась буквально несколько раз в жизни и немного волновалась, но все прошло отлично. Я вошла в портал, который был похож на узкую комнатушку без окон, и нажала на рычаг в стене. Воздух засеребрился, стал словно стеклянный, виски сдавило, а грудь сжало — так, что я не могла вдохнуть. Вспыхнул яркий свет, и я сама, казалось, стала этим светом, понеслась куда-то, крепко зажмурив глаза, но через мгновение все прекратилось — так же внезапно, как и началось.

Толкнув дверь, я вышла из портала. Но оказалась уже не на академической портальной станции, а на другой, располагавшейся на Большом императорском проспекте. Тут было огромное множество людей — и не только. Я увидела целую делегацию эльфов — высоких, прекрасных и длинноволосых; заметила семью троллей, которые громко разговаривали на своем грохочущем языке; а потом и вовсе уставилась на фею в белоснежном манто в сопровождении молчаливого охранника. Фею я видела впервые — она была такой же воздушно-прекрасной, как на картинках в книгах. Ожившая идеальная статуя с белоснежной кожей, васильковыми глазами и голубыми локонами.

Фея поймала мой взгляд и улыбнулась. Я вежливо кивнула ей в ответ и поспешила к подругам. Радостно смеясь, мы с девчонками вышли со станции и оказались в начале широкой улицы, мощенной белоснежной брусчаткой. Все вокруг было в огнях: белых, красных, синих, зеленых, желтых…. Да так, что было светло как днем. Я остановилась, замерев от восторга и не замечая толпы.

Нежно мерцала подсветка деревьев. Величественно сияли украшенные фасады зданий. Изящно, словно серебряные звезды, нанизанные на нить, сверкали натянутые между домами гирлянды. Блестели елочные игрушки в окнах витрин. И даже высокие дома, обступавшие дорогу, словно перемигивались огнями окон. Из соседней кофейни пахло облепиховым сбитнем — точно такой же холодными зимними вечерами готовила моя бабушка. Слышались смех и звонкие голоса детей, которые всегда больше остальных радовались красоте, а еще в отдалении звучал уличный проигрыватель — играла какая-то праздничная, легкая, как перо, мелодия. Над улицей то и дело пролетали дирижабли, и я всякий раз, заметив их, задирала голову и провожала восхищенным взглядом. Все так же искрился снег, но не падал на брусчатку и на людей — таял в воздухе, будто бы специально, чтобы на дорогах не было льда и грязи. И все было так красиво, так нарядно, так по-настоящему волшебно, что на моем лице сама собой появилась улыбка.