Академия волшебной лингвистики (СИ) - Лебедева Жанна

Лара и Лорна пошли по узкой, засыпанной гравием дорожке меж потемневших памятников к дальнему краю Мерита-Волли. Туда, где стояли фамильные склепы именитых династий. Удивительно, но самый большой и вычурный, с не слишком уместной античной колоннадой принадлежал Лирам.

Заметив мое недоумение, Лара разочарованно покачала головой.

— Господин Лир целое состояние в этот склеп вбухал. Раньше их только знать себе позволить могла, а ваш папенька всегда за благородными гоняется. Вот и отстроил сооружение, чтобы богаче и роскошнее, чем у остальных выглядело. Родителей своих сюда перезахоронил и прадеда. И жену.

— Понятно.

Я с трепетом вгляделась во мрак, открывшийся за массивной дверью, с которой Лорна только что сняла громоздкий навесной замок.

— Пойдемте, — подбодрила меня Лара. — Не бойтесь, сейчас я зажгу свет.

Свет и вправду зажегся после того, как служанка коснулась незаметной выемки в каменной стене. Цепочка тусклых желтых шаров протянулась вниз. В глубину. Под землю. Заплясали на гладких ступенях нервные блики. Розы из белых стали кремовыми.

— Туда? — спросила я, растерявшись.

— Да.

Лорна пошла первой. Я двинулась следом. Шествие замкнула Лара.

Лестница показалась мне очень длинной, хотя на самом деле спустились мы не так уж и глубоко. Там свет стал ярче. Большой осветительный шар под потолком отхватил у тьмы большую часть пространства. Взгляду предстали четыре плиты с высеченными на них именами почивших представительниц и представителей моего нового семейства.

— Давно никого не было, — с грустью выдохнула Лорна, бережно снимая с надгробия Мирей Лир засохшие цветы.

Я передала ей свежие — больше половины неохватного букета. Немного роз оставила для прочей родни. Разорвав на части кусок старой рубахи, я раздала тряпицы своим спутницам, и мы принялись дружно протирать пыль с потускневших плит. Закончив с этим, мы сложили ветошь в корзину, собрали с пола немногочисленный мусор и остатки предыдущих букетов отправили туда же.

Уже собрались уходить, когда сверху, от входа, наполз на нас искристый голубоватый туман. Едва я вдохнула его, как в голове помутилось. Будто алкоголь в мозги ударил. Перед глазами все поплыло, веки налились свинцовой тяжестью, а из рук и ног моментально исчезла вся сила. Я закачалась, теряя равновесие, но отчего-то не упала. Будто в киселе завязла. И чей-то голос, очень приятный и мелодичный, заговорил со мной:

— Пойдемте, дорогая. Вам следует идти за мной.

Голосу невозможно было сопротивляться. Ноги сами понесли меня к лестнице, наружу из фамильной усыпальницы, а потом по тропе вдоль соседних склепов к самому дальнему и неприметному из них.

Тот, кто говорил, шел впереди. Его силуэт был зыбок. Он расплывался и покачивался в воздухе, как мираж.

Я попыталась собраться, прийти в чувства.

— Куда мы идем? — с трудом сорвалось с непослушного языка.

— Никаких вопросов. Так нужно, — прозвучал непреклонный ответ.

И я вдруг осознала — да! Нужно! Просто необходимо идти за стройным силуэтом с манящим голосом туда, куда он велит. Без вопросов. Без сомнений. Без сопротивления… Где-то в глубине души билось смутное осознание опасности, но наваждение топило его, загоняло все дальше, намереваясь окончательно свести на нет.

Можно слушать только приказы волшебного голоса.

Так хочется слушать!

Таинственная фигура нырнула в разверзнутый зев очередного подземелья, стекла по ступеням и слилась с мраком внизу. Я покорно спустилась следом, заторможенная, с затуманенным разумом, будто пьяная.

— Зачем я здесь? — попыталась задать новый вопрос.

— Чтобы ждать, — прошелестело над ухом. — Вас заберут.

А потом я услышала, как тяжело захлопнулась входная дверь склепа. Меня окружила абсолютная темнота. Пьянящее наваждение отступило, и страх заполнил легкие, скрутил их тугим спазмом, лишив возможности дышать.

Следовало немедленно взять себя в руки и как-то разрешить ситуацию. Я стала успокаивать себя: «Я пришла на кладбище не одна. Меня вскоре хватятся и начнут искать. Обыщут соседние склепы — это же логично. И найдут».

Нащупав руками мраморный саркофаг, я села на его краешек, предварительно извинившись перед лежащим внутри мертвецом. Так, на всякий случай. Поежилась — было холодно. И зачем я тут? Странно все это, конечно. На покушение не похоже. Какой смысл запирать меня? Уж если бы хотели убить, пристукнули б сразу…

Голос велел ждать. Зачем ждать? Кого? А главное — сколько? Тут холодно, голодно и неуютно. Хотя стоит отдать должное Лунгрэ: после его занятий я стала спокойнее относиться к трупам. Еще бы — один из их живет теперь у меня дома…

Зря я не взяла с собой разговорную книгу. Впредь буду носить ее постоянно.

В душе пламенела оптимистическая надежда на то, что удастся отсюда выбраться. Обязательно!

Выставив перед собой руки и ступая маленькими шажками, чтобы не споткнуться, я наугад двинулась к лестнице. Поднимусь по ней и буду колотить что есть силы в дверь. Быть может, кто-то из посетителей услышит. А еще на кладбищах обычно бывают смотрители или сторожа.

Воплотить этот нехитрый план в жизнь мне не удалось. Дверь распахнулась, когда я сделала первый шаг на нижнюю ступень лестницы. Тусклый свет серого дня неожиданно ослепил. Послышались звуки борьбы, возня, а потом чье-то худое, длинное тело полетело прямо на меня.

— Ай! — вскрикнула я и отскочила в сторону.

Незнакомец распластался возле моих ног, зашипел по-змеиному.

— Не двигайся, — приказал ему кто-то сверху.

На миг в проеме выход застыл черный силуэт. Спустя секунду он мягко двинулся вниз. Зажглись в полумраке алые огоньки — глаза. Я попятилась от жуткого незнакомца, но он вдруг обратился ко мне:

— Адепка Лир, вы в порядке? Не ранены?

— Не-е-ет, — растерянно протянула я, узнав голос Лунгрэ. — А вы что здесь делаете, позвольте узнать?

— Работаю, — отозвался некромант. — По своей прямой и непосредственной специальности. Слежу за порядком на городских кладбищах. Сегодня как раз здесь был с обходом и увидел, как вампир заманивает вас в склеп. Пришлось оглушить его

— Вампир… — Я пораженно уставилась на лежащего мужчину. — Он хотел выпить мою кровь?

— Непонятно, — донеслось в ответ. — Сейчас мы его самого расспросим обо всем в подробностях. Слышите меня? — обратился Лунгрэ к моему похитителю. — У вас большие проблемы. Охота на людей, да еще и с применением зова, в Ландрии запрещена. Вы понимаете, какие последствия вас ждут?

— Я не охотился, — испуганно прошептал вампир. Он был морщинист и сед. Худ до хрупкости. Серый костюм его был цвета пыли. — Поверьте! Я не… Не… — Он снова болезненно зашипел. Бросил зло, обращаясь к некроманту: — Ты ведь тоже носишь в себе вампирью кровь. Ты должен чувствовать, что я не лгу…

— Похоже на то, — кивнул Лунгрэ, проницательно глядя в запавшие глаза своего пленника. — Тогда зачем?

— Потому что… С-с-с-с… Проклятье! — Вместо ответа вампир еще громче зашипел и схватился обеими руками за нижнюю челюсть. — Я не могу… Не могу! — почти выкрикнул он, на что некромант разочарованно ответил:

— Печать неразглашения. Все понятно. Давайте руку. — Это уже было адресовано мне. — Идемте отсюда. — Лунгрэ повел меня к выходу, интересуясь: — Голова не кружится? Стоять можете? Не падаете?

— Все в порядке, — удивилась такой заботе я. — Этот вампир ко мне пальцем не притронулся.

— С вашей травмой в анамнезе возможны осложнения после зова. Головокружение, обмороки, судороги. Зов ведь не просто так запретили. Это опасная магия.

Впечатленная, я прислушалась к своим внутренним ощущениям. Чувствую себя более-менее сносно. Падать замертво точно не собираюсь.

— Спасибо, что предупредили.

Ступив на вымощенную дорожку, я аккуратно вытянула руку из пальцев Лунгрэ. Встревожилась:

— Мои спутницы Лара и Лорна остались в фамильном склепе. Надеюсь, они в порядке.

— Были оглушены, — озвучил некромант неприятную истину. — Я снял с них заклятие. Они скоро должны уже прийти в себя.