Я рухнула вниз. Прямо над моей головой загудела стрела, впившись в толстое дерево. Я отползла назад, вжимаясь боком в стену. Здесь же меня не достанут? Плечо полыхало огнем, я провела по нему рукой и нащупала острый кончик стрелы. Небеса! Меня хотят убить! Стрела прошла сквозь мое тело и застряла.
От Ми-Ми пришла волна тревоги и ужаса. Я метнулась в сторону. Еще одна стрела впилась в пол там, где я только что была. Но этот выстрел прилетел с другой стороны! Стрелков несколько! Так куда же бежать? Я находилась на длинной террасе, открытой со всех сторон. Невысокие перила да столбы, поддерживающие крышу, не защитят меня от стрелков.
Моя Ми-Ми пискнула и побежала по перилам в дальнюю часть сада. Я встала на четвереньки и поспешила за ней. Когда меня охватывала дикая волна ужаса, я нелепо отпрыгивала, порой цепляясь торчащей из плеча стрелой о дерево, глотала слезы и ползла дальше.
Этот кошмар длился целую вечность. Терраса закончилась, и я, собрав последние силы, бросилась вперед, обогнула толстый ствол старой вишни и упала. Ми-Ми привела меня сюда! Если и тут меня смогут достать, то пусть уж убивают. У меня больше не осталось сил для побега. Меня трясло! Я не чувствовала правой руки. Кровь пропитала одежду до самого пояса. А еще стало холодно, так холодно, словно в Линьцзин пришла зима. И хотя повсюду росла зеленая трава, мне казалось, что я сижу на снегу посреди лютой метели, и белые хлопья медленно покрывают мое тело.
Сквозь холод и ветер пробивался чей-то голос, но я не могла разобрать, кто это. Потом метель подхватила меня и понесла к себе в логово…
* * *
1 Ди Женьцзе — чиновник времен Династии Тан, прославившийся честностью и умом.
Глава 13
Сначала были лишь боль и холод. Потом холод отступил, сменившись опаляющей жарой, а боль осталась. Жара иссушала мое тело, выжигала всю воду и кровь, и лишь изредка я чувствовала прохладные прикосновения, что дарили мгновения спокойствия.
Я очнулась ночью — в комнате было темно, и лишь одна свеча горела в дальнем углу. Это была моя комната. Я сразу узнала резные столбики из сандала и тонкие занавеси между ними. Что-то коснулось моей руки, я пошевелила пальцами и почувствовала гладкую шерстку моей Ми-Ми. Медовая ласка ощутила, что я проснулась, подошла к моему лицу и ласково потерлась о щеку.
— Ми-Ми, не буди Лань-Лань, — прошептал кто-то.
— Писк! — пронзительно высказалась Ми-Ми.
Женщина в углу поднялась, подошла и хотела взять ласку на руки, как увидела, что я открыла глаза.
— Лань-Лань, ты очнулась! — прошептала мама, потом поняла, что уже незачем говорить тихо. — Где болит? Как себя чувствуешь?
— Пить! — с трудом сказала я. Во рту всё пересохло, и язык едва ворочался.
Мама наполнила маленькую чашку, помогла приподняться и поднесла воду к моему рту. Я пила, словно иссохший на солнце куст: жадно и нетерпеливо. Мама наполняла чашу снова и снова, пока я наконец не опустилась на подушки, чувствуя, как вода плещется в животе.
— Что случилось? — я вдруг вспомнила произошедшее и расплакалась: — Меня хотели убить, мама. В меня стреляли! Я так испугалась. Если бы не Ми-Ми…
— Твоя Ми-Ми умница! — ласково сказала мама, вытирая мое лицо. Она не замечала, что по ее щекам тоже текли слезы. — Она привела нас к тебе.
— Нет, не только. Она дернула меня, и стрела попала не в сердце, а в…
Я потрогала рукой раненое плечо. Оно было перемотано шелковыми лентами и почти не болело.
— А потом она помогала уворачиваться от стрел. Мне было так страшно! Почему меня хотели убить? Кто? Неужели Ли Жуй…
Мама нахмурилась:
— Не наговаривай на него. Он, конечно, не лучший человек на свете, но точно не убийца и не подлец.
— Но я не понимаю…
— Ш-ш-ш, отдохни, моя Орхидеюшка. Я все расскажу тебе завтра, а пока спи.
Мама замурлыкала старую колыбельную, и я, убаюканная знакомой мелодией, уснула.
* * *
Когда я проснулась, комната была залита солнечным светом — за окном стоял ясный день. Ши Хэ, едва завидев, что я проснулась, подбежала, помогла сесть, принесла воды. Я захотела встать, но она встревоженно замахала руками:
— Госпожа Ли строго-настрого запретила вставать юной госпоже Ли.
— Тогда помоги мне одеться и уложить волосы.
Ши Хэ проворно умыла мне лицо, сделала легкую прическу и помогла накинуть домашнее платье. Раненое плечо ныло и кололо при резком движении, поэтому я старалась не шевелить правой рукой вовсе.
— Господин Ли желал навестить юную госпожу Ли, когда та проснется. Позволь оставить тебя, чтобы сообщить господину радостную весть.
Получив дозволение, Ши Хэ убежала. А я почувствовала сильный голод и пожалела, что не взяла еще одну личную служанку после того, как Лили вышла замуж. Бедняжке Ши Хэ, наверное, приходилось нелегко: она всюду ходила за мной, выполняла поручения, убирала комнату, меняла белье, следила за одеждой, укладывала волосы… Я решила взять еще одну девушку и переложить все домашние хлопоты на нее.
Вскоре ко мне вошли сразу и мама, и папа. Мама, к счастью, принесла на подносе несколько блюд. Мне на кровать поместили столик, и я с позволения родителей принялась за еду, неловко держа палочки левой рукой.
Папа смотрел на меня с улыбкой, но за напускной безмятежностью чувствовалась тревога.
— Мама, ты обещала рассказать, кем были те стрелки. И почему они хотели убить меня? Их поймали? Допросили? — спросила я, утолив первый голод.
— Подожди, — сказала мама. — Выпей сначала успокаивающий отвар.
Она помогла отпить горькой жидкости из небольшого кувшинчика. И всего через несколько вдохов внутри меня словно распустилась туго натянутая струна.
Увидев, что отвар подействовал, заговорил отец:
— Твой Тан У схватил одного, но он сразу же покончил с собой: проглотил яд. Второй сумел уйти. Ты выбрала хорошего воина, достойного. Никогда бы не подумал, что люди из Крысиного угла могут быть столь хороши. Воистину таланты могут скрываться повсюду: и в нефритовом дворце, и в навозной куче.
Один ушел? Мне вспомнился свист пролетающих стрел, глухой стук, с которым они вонзались в деревянные полы террасы, и я содрогнулась от ужаса. Но несмотря на страх, я все же спросила:
— Воин, заранее готовый к смерти? Это ведь не простой наемник. Вряд ли такого можно купить в гильдии.
— Верно. Скорее всего, это чьи-то личные воины, взрощенные для такой работы. Но ни их одежда, ни оружие, ни стрелы не смогли дать подсказки. Наконечники обычные, сделанные по стандартам войск Поднебесной. А вот их душевные звери явно были подобраны под скрытое нападение, иначе бы охранники заметили их.
— Они прятались на крышах? Средь бела дня? — спросила я и покосилась на открытое окно. — Сколько они там пробыли? Я ведь нечасто выходила из покоев в последнее время. Значит, они могли прождать день или два.
Я отложила палочки. Есть левой рукой было слишком утомительно, и голова вдруг закружилась.
— Если бы Тан У мог входить на женскую половину, этого бы не случилось, — заявила я.
— Так-то оно так, но я не могу этого позволить.
— Тогда нам нужны женщины-воительницы. Я… я не знаю, смогу ли теперь гулять по нашему саду, не оглядываясь по сторонам и не ожидая смерти. Ши Хэ при всей своей преданности всего лишь служанка, не приспособленная к бою.
Ши Хэ всхлипнула и повалилась на колени перед моей кроватью:
— Госпожа Ли, я так виновата! Не надо было мне уходить! Если бы я была рядом, хотя бы прикрыла госпожу собой! Я подвела госпожу!
Я попыталась погладить ее по голове, но Ши Хэ была по правую руку, и я не дотянулась до нее. Если бы не выпитый отвар, я бы тоже разрыдалась вместе с ней.
— Не говори так, малышка Хэ. Это я тебя прогнала, а ты все сделала верно. Ты бы наверняка погибла на той террасе.
