Молот Пограничья. Гексалогия (СИ) - Пылаев Валерий

Пропустить такое я, конечно же, не мог. И тут же загрохотал к лестнице, жестом приказав Жихарю идти следом. Через полминуты мы поднялись наверх и прошагали по длинному узкому коридору к единственной открытой двери.

За которой, похоже, располагался кабинет. И выглядел он, пожалуй, как если бы именно здесь мне случилось сражаться с Зубовым и его телохранителями. Полки с книгами стояли на своих местах, зато кресло – обитая кожей громадина весом в полсотни килограмм – лежала примерно в центре помещения, как раз рядом с расколотым надвое дубовым письменным столом.

Однако главным «украшением» кабинета были не они, а здоровенная прямоугольная дыра в стене с неровными краями. И еще одна – раза этак в три больше, вдруг появившаяся на месте окна напротив, о котором теперь напоминали только остатки рамы наверху с торчащими осколками стекол. Выглядело все так, будто сюда только что угодил то ли артиллерийский снаряд, то ли боевое заклинание не ниже третьего ранга. И швырнуть его, конечно, было кому, но Горчаков заниматься такой ерундой бы точно не стал.

Во всяком случае, без крайней на то необходимости.

По обе стороны дыры в фасаде застыли две фигуры в броне и камуфляже. Которые, заметив мое появление, еще больше съежились и даже принялись горбиться, будто примериваясь сигануть на улицу прямо со второго этажа – лишь бы не пришлось ничего объяснять. Седой при этом продолжал тихо бормотать ругательства себе под нос, а Иван…

У Ивана был вид сильно нашкодившего кота – одновременно удивленный и жалобный.

– Ма‑а‑ать… – простонал я, шагнув вперед. – Вы чего тут наделали?

Глава 11

– Так это, ваше сиятельство… – нерешительно протянул Иван. – Тут такое дело…

– Да я уж вижу, что делов вы уже наворотили, – усмехнулся я. – Давай рассказывай.

Впрочем, стоило подойти к окну – точнее, к месту, где оно только что было – все и так стало яснее некуда. Картина, открывшаяся моему взгляду, говорила сама за себя.

Прямо под окном лежал здоровенный металлический ящик. Который по странному совпадению и размерами, и даже формой полностью совпадал с дырой в стене. Приглядевшись, я сумел рассмотреть на нем дверцу, колесико с цифрами по кругу и блестящую ручку – то ли из латуни, то ли из бронзы. К ней была привязана толстенная веревка. Кто‑то изрядно постарался, наматывая узел за узлом – чтобы точно выдержала.

Витые петли беспорядочно валялись на снегу, а второй конец веревки был так же крепко и основательно прикручен к слегка погнутому бамперу грузовика. Сама машина стояла задом к усадьбе и до сих пор сердито тарахтела. Судя по перепаханным колесами сугробам, шоферу пришлось изрядно постараться перед тем, как…

– Мда‑а‑а… – вздохнул я. – И какой молодец до этого до этого додумался?

– Я, ваше сиятельство. – Иван еще больше втянул голову в плечи. – Отец ящик этот железный нашел. Ну, мы сразу и смекнули, что там внутри непременно что‑то ценное должно быть.

– Сейф, – автоматически поправил я. – Это называется – сейф.

– Ага, – кивнул Иван. – Раз в кабинете, да еще и прямо над столом, в стену замурованный – значит, там‑то его сиятельство Николай Платонович самое дорогое держал.

– Может, и держал. – Я прикинул в уме, успел ли младший Зубов обчистить сейф до того, как удрал, оставив брата оборонять отчий дом. – А чего не открыли?

– Так его попробуй открой, ваше сиятельство. – Иван развел руками. – Там железо крепкое, как бы не в палец толщиной. Ну и, может, еще магия какая есть…

– А я говорил! – наконец, подал голос Седой. – Что не надо туда вообще лезть, пока вы в подвале, Игорь Данилович. Вас‑то чары не возьмут, а мы если сунемся – так шибанет, что потом человека только в совок с пола метлой собирать.

Я молча кивнул. Действительно, опасность была – и еще какая. Старик Зубов мог не слишком переживать за усадьбу, которую еще совсем недавно защищали не только он сам с Одаренными отпрысками, но полсотни с лишним отборных бойцов. Однако в сейфе наверняка хранились сокровища. Золото, ассигнации, ценные бумаги…

И жив‑камни – из тех, что почему‑то забыли дорогу в Таежный приказ.

Все, чем запросто мог заинтересоваться не только враг, но и кто‑то из прислуги, гостей или некстати нагрянувших в усадьбу государевых чиновников. Будь я на месте хозяина – непременно поставил бы дверцу пару‑тройку охранных заклинаний и хотя бы одно боевое. Не обязательно из высокоранговых или особо убойных, однако достаточно мощное, чтобы отпугнуть кого угодно.

– Ну я и подумал, что нечего тут рассусоливать. Времени мало, надо хватать, что не приколочено, – продолжил Иван. – И раз открыть так запросто не выйдет – значит, можно вместе с ящиком утащить – а там уж дома разберемся, как этот орех расколоть.

Я молча улыбнулся. Идея и правда в каком‑то смысле была дельная – жаль, реализация подкачала.

– И тогда я и сообразил – надо бы эту самую железяку тросом дернуть. У человека такой силы нету – ну мы и привязали к грузовику. Чтобы аккуратно из стены выдернуть, а там уж волоком по полу как‑нибудь на первый этаж бы спустили. И сразу в кузов. – Иван жестом изобразил, как лихо собирался укладывать тяжелый трофей в машину. – А дальше Степан трос притащил, мы его тут обвязали, там обвязали – и давай тянуть. А этот ваш сейф никак не лезет. Крепко в стене держится, собака! Мы и так, и этак пробовали – ни в какую. Ну я и говорю: давай‑ка с разгону, вдруг да получится? Степан чуть ли к самой стене встал, потом как рванет…

– Вот тут эта бандура и выскочила, – мрачно подытожил Седой. – Кресло опрокинула, стол пополам, Ваньке чуть голову не пробила – и в окно. Только мы ее и видели.

– Ага… Хорошо хоть внизу никто не стоял. – Иван съежился и осторожно посмотрел на меня снизу вверх. – Простите, ваше сиятельство. Больше не повторится.

– В следующий раз без меня не лезьте. Или точно весь дом развалите… Ладно! – Я махнул рукой. – Пойдем‑ка лучше глянем поближе, что там за железяка.

Винить тут было, в общем, некого – разве что самого себя. О том, что в мои планы входило не только захватить и разграбить Гатчину, но и остаться здесь хозяином, знали немногие. Горчаков, Полина, дядя – который, конечно же, вчера не раз и не два пытался взывать к моему благоразумию и умолял не пороть горячку.

Теперь знал еще и Орлов. А остальные…

Остальные в лучшем случае догадывались. И действовали, как и положено лихим захватчикам – пр заветам славных предков. Во времена конунга Рерика гридни, которым посчастливилось одолеть недоброго соседа, наверняка точно так же хватали все ценное и спешили убраться до того, как на горизонте появится подкрепление в виде родни, друзей или союзников павшего князя.

И если бы прошлым утром на том берегу Невы старик Зубов не лишился вместе с головой всего своего воинства, я, разумеется, и не думал бы рисковать. Но так уж вышло, что от когда‑то могучей дружины осталось всего ничего, и лучшего момента расширить свои владения нельзя было и придумать.

Главное – занять село и усадьбу. А дыру в стене можно заделать и потом.

– И правда – чары тут есть, – тихо проговорил я, склоняясь над сейфом. Который, казалось, до сих пор едва слышно гудел от удара. – И непростые.

По всему выходило, что вскрыть железяку я мог. Просто‑напросто разрезал бы Огненным Мечом или разнес изнутри Зарницей, даже особо не рискуя поймать ответный удар от охранной магии. Однако все драгоценное содержимое сейфа в этом случае непременно превратилось бы в ошметки, торчащие из расплавленного металла – что меня, разумеется, категорически не устраивало.

– Ладно, поднимайте его в кузов. – Я легонько хлопнул по металлическому боку. – Дома поглядим, что тут можно сделать.

Гридней не пришлось просить дважды: они мигом налетели со всех сторон, облепили сейф, как муравьи, и потащили. Через минуту рессоры сердито скрипнули, и край кузова опустился к сугробу. Грузовик чуть сдал вперед, будто пробуя силы, и снова замер. Я краем глаза заметил, как еще несколько человек тащит к машинам собранное в усадьбе оружие, кто‑то неторопливо выкатывал из гаража по соседству очередной трофейный внедорожник… Похоже, здесь мы свою работу закончили.