Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

Вот ты сволочь какая!

Встал, утер лицо рукавом и отступил обратно на твердую землю. Жгутики из этого места ушли, волосянка сейчас занята бревнышком и рыбкой, но потом расползутся обратно в засаду, так что лучше в этой жиже не стоять. Выплюнул остатки болотной воды, и вкус, надо отметить, на редкость омерзительный.

Перетянуть не получилось, и мало того, эксперимент стоил мне куска веревки. Не самого длинного, но и не самого дешевого. Обидно, как минимум.

Постоял и подышал, глядя на болото. Оно ответило равнодушной тишиной и легким запахом гнили. Прикинул в голове варианты. Силой тянуть бесполезно, тварь добавляет волоски быстрее, чем я тяну, и в итоге рвет любую привязь. Значит, подход нужен другой. Не грубая сила, а хитрость, и желательно такая, которая не стоит мне каждый раз по куску веревки.

– Ну ничего, – пригрозил пальцем болоту. – Я тебя инженерным мозгом размотаю. – Развернулся, но сделал всего пару шагов и замер, а на лице появилась злобная ухмылка. – Точнее, намотаю…

Обратно шел заметно бодрее, чем в первый раз туда, и на это имелась веская причина. Голова уже не думала ни о веревке, ни о болотной жиже во рту, а переключилась в режим, который я, то есть Сергей, когда‑то называл инженерным запоем. Это когда мозг цепляется за задачу и не может отпустить, пока не прокрутит все варианты хотя бы в первом приближении.

Итак, что мы имеем? Волосянка сидит в болоте и тянуть ее грубой силой бесполезно, это я уже выяснил на собственной морде, в самом прямом смысле. Чем больше тянешь, тем больше волосков подтягивается на помощь, и рано или поздно тварь попросту рвет любую привязь. Казалось бы, задача нерешаемая, вот только в голове уже родился вполне здравый и рабочий на первый взгляд план.

Даже придумал, как его реализовать и сделать это быстро, а то со временем у меня не так уж все и хорошо. Вот только в одиночку быстро не получится, потому стоит заказать минимум одну деталь у специалистов.

А волоски эти нужны, хотя я пока и не запускал анализ, но вот сейчас верчу в руках и понимаю, что покрепче капрона будет. Да и вроде бы говорили, что с ними не будет как с железном дереве, при отрывании от основного тела они не становятся трухой и вполне служат какое‑то время. Главное добыть, а применение уж точно найдем.

Может даже на тетиву такие нити и не пойдут, тут спорный вопрос, все‑таки тетива требует определенной упругости, а волоски, насколько я заметил, тянутся слабо. Хотя кто знает, может после обработки и скручивания свойства изменятся.

Но как минимум в стройке их использовать можно смело, а стройке прочные веревки нужны позарез. Подъемные механизмы и такелаж, полиспаст для тяжелых блоков, и это только навскидку. Каждый раз, когда я использую обычную пеньковую веревку, где‑то внутри скрипит зубами инженер, потому что волокна гниют и узлы ползут, а вся конструкция держится на честном слове.

Минут через сорок вышел к броду. Вода по‑прежнему холодная, камни скользкие, но перешел не замочив ничего выше колена, хотя с моим ростом это скорее везение, чем мастерство. Выбрался на берег и сразу увидел рыбаков.

Народ, надо отдать должное, наконец‑то занимался делом, а не отирал бревно задницами. Верши стояли в воде, и мужики их как раз вытряхивали, проверяя улов, рядом на берегу расстелен бредень, судя по мокрым камням им тоже уже прошлись. Молодцы, освоили технологию вершей, хотя бредень на такой реке тоже вполне себе снасть, просто сил больше требует и участия в процессе.

– Мелкую не выкидывайте, мне живец нужен! – бросил на ходу, не останавливаясь.

– Ты чего там мастеришь опять? – крикнул в ответ один из них, разгибаясь от верши. – Рыбное место нашел, что ли?

– Ну, почти, – отмахнулся я, потому что объяснять некогда и незачем. – На болоте балуюсь.

Рыбаки разом перестали копошиться с вершами и посмотрели на меня. Лица поменялись мгновенно, будто кто‑то невидимый щелкнул переключателем с положения «лениво‑добродушно» на «ты совсем дурак?».

– Ой, слышь, ты к волосянке не лезь, – один из рыбаков распрямился и выставил палец в мою сторону. – Серьезно говорю, оно того не стоит. Там даже лягушек нет, понимаешь? Вообще ничего живого. Как эта дрянь от голода не сдохла, никто не знает, но лезть туда точно не надо.

– Ты хоть кормить ее не вздумай! – поддержал второй. – А то вырастет сволочь, потом вообще до реки доберется.

Ну да, все в курсе про волосянку, а я вот нет. Очередное напоминание о том, что Рею стоило бы получше интересоваться миром, в котором он жил, а не только посиделками у костра. Местные с детства знают, куда не ходить и чего не трогать, а мне приходится добывать информацию ценой мокрой морды и поцарапанного пальца. Неудобно, что уж тут.

Отделался от их предупреждений, пообещал быть осторожным, хотя рыбаки явно не поверили, и припустил дальше. В голове уже окончательно сложился план, оставалось только реализовать. А мне нужны бревно потолще жерди подлиннее, и какой‑нибудь упор. Собственно, все это можно добыть за пару часов, если не отвлекаться. Попробовать в любом случае надо, а то болотная тварь будет думать, что победила, а я такого терпеть не собираюсь.

Пролез через южный проем в частоколе и тут же уперся лбом в латный доспех. Хорошо хоть не лбом в буквальном смысле, шишку бы набил, но между моим носом и гвардейским нагрудником оставалось пальца три, не больше. Поднял взгляд и посмотрел на закрытый шлем, но ничего полезного там прочитать не удалось, потому что стальная маска с узкими прорезями не располагает к чтению эмоций.

Впрочем, сдается мне, что и без шлема ситуация не сильно улучшилась бы. Командир гвардейцев, а теперь и всех солдат в деревне, не из тех, кто разбрасывается выражениями лица.

– Рей, – гулко пробасил голос сквозь сталь.

– Ну да, я, – пожал плечами. – Чего хотел? Пусти, я тороплюсь, если что, – попытался обойти, но гвардеец переступил в сторону и перегородил проход.

– Староста сообщил, что ты ценный работник. Впредь тебе не стоит выходить за пределы поселения.

– Сам как‑нибудь решу, хорошо? – скривился я. Понятно, что хамить закованному в рунированную сталь практику не самое благодарное занятие, но и прогибаться тоже нельзя, потому что потом не разогнешься. Я же не хамлю, в конце‑то концов, просто обозначаю позицию. А вот доспехи его надо будет еще посмотреть внимательнее, точно чувствую, что внутри течет Основа и я обязан изучить как она там течет.

– Сам понимаешь, это опасно. Не то время, чтобы гулять за частоколом, – гвардеец не сдвинулся ни на шаг. – Но если есть какое‑то важное для обороны дело, сообщи мне или старосте, чтобы тебе выделили сопровождение.

– Ой, будто я настолько ценный кадр, что меня прямо вот так серьезно охранять будут, – отмахнулся я.

– Это мое распоряжение, – прогудел шлем. – Господин поручил мне охрану деревни, и ты к этой деревне тоже относишься, так что не зазнавайся, юнец.

– Да шутка это была, – сделал успокаивающий жест, потому что спорить с этим забралом можно до вечера и все равно ничего не добьешься. – Все, хорошо, я понял. Мне скоро обратно к болоту надо будет идти, и что, куда отпрашиваться? К старосте топать?

– Что собираешься делать?

– Веревки добывать, особо прочные, – развел руками, но никакой реакции не последовало, шлем смотрел на меня с прежним безразличием стальной маски. – Ну для осадных орудий как минимум нужны, и для подъемных механизмов, полиспаст без них не сделать, может даже на тетиву сойдут!

– Принял, – он даже не кивнул, но по едва уловимой смене позы стало понятно, что информация легла куда надо. – Дело важное, можешь идти. Тебя здесь будут ждать, не опаздывай.

– Но мне сначала нужно подгото… – договорить пришлось уже ему в спину, потому что гвардеец спокойно развернулся и зазвенел доспехами прочь. Ну ладно, подготовлюсь и пойдем тогда, чего уж. Хотя мысль о том, что рядом будет маячить молчаливый стальной болван, не то чтобы вдохновляет. С другой стороны, если что‑то пойдет не так, лишний практик у болота точно не помешает.