Встреча (СИ) - Видум Инди

— Черный автомобиль — для охраны, — пояснил я. — И с выигрышем не всё так однозначно. Нам уже пытались повредить автомобили этой ночью.

— Какая отвратительная подлость! — возмутилась она. — Впрочем, это неудивительно. Про Болдыревых много сплетен ходит по поводу их нечистоплотных методов соревнований. На скачках бывает, что перспективные соперники их лошадей получают то травму, то отравление.

— Но доказать причастность их людей никому не удавалось? — уточнил я.

— Да, они в этом плане осторожны. Только слухи ходят. Но авто — это не лошадка, его не отравить.

— Но поломать можно. А отравить можно и водителя.

— Чтобы представитель одного княжеского семейства отдал приказ на устранение другого? Немыслимо! — уверенно сказала Щепкина.

Мы с Наташей дружно рассмеялись.

— Они не просто отдают приказ, они убивают лично.

— Это вы про Симукова? — неожиданно спросила Щепкина. — Слухи ходят, что он лично сестру убил. Завещание было на него записано, вот и… Но это именно слухи. Папа говорит, что сестра Симукова погибла не от магии, а от яда.

— Думаешь, он ее не мог отравить? — скептически спросил Лёня, которому здравый смысл отказывал лишь в отношении избранницы. — Отравить, а потом замаскировать под нападение. Дом в Святославске — неплохой куш, а от Антона Воронова уже потребовали выселиться. А он заявил, что убийца наследовать не может и собирается судиться.

Однако, как вывернули маленькую диверсию Валерона. Слухов ходит нынче много, и часть друг другу противоречат напрочь, но это никого не смущает.

— Это не значит, что он верит в то, что Симуков убил его жену, — возразила Щепкина. И правильно возразила, между прочим. — Хотя княгиня Воронова его поддерживает. Но она поддерживает Антона Воронова всегда. Хотя Петр наверняка это всё знает и без нас.

— Не знаю. Мы не общаемся. Я отказал этим двоим от дома, — ответил я. — Правда, они уже после этого приезжали и требовали, чтобы я отдал управление остатками княжества Антону вместе с имеющимися у меня ресурсами.

— Что вы говорите?

И Щепкина принялась расспрашивать меня о причинах разрыва семейных отношений, напрочь забыв и об алхимических лабораториях, и о гонках. Ее вопросы прерывались свежими сплетнями как о Вороновых, так и о других княжеских семействах, не всегда мне знакомых. Но слушал я внимательно и, пусть сплетням не верил, но хотя бы получил представление о том, что происходит в столице, где симпатии разделились между князем Симуковым и Антоном Вороновым примерно поровну. Или, в данном случае, скорее антипатии.

Перед уходом Щепкина опять вернулась к вопросам алхимических лабораторий, я ее уверил, что непременно обдумаю, но только после гонок, вежливо попрощался и отправился в кабинет, где уже сидел мрачный Валерон.

— Ушла? — подозрительно поинтересовался Валерон.

— Она хорошая, — прозвенела рядом Хикари.

— Ее слишком много, — парировал он. — Когда человека слишком много, для меня он перестает быть хорошим. Компенсацию с нее не возьмешь.

— Зато информацию возьмешь, — возразил я.

— Там этой информации столько, что не поймешь, какая из нее имеет смысл, — возразил Валерон и выплюнул оба саквояжа. — Давайте закончим с этими жуликами.

В саквояжах ничего интересного, кроме инструментов, не оказалось. Инструментов качественных, с помощью которых собирались вывести наши автомобили из строя. Теперь они пригодятся нам, чтобы создавать новые автомобили.

— Эти подготовились не особо хорошо, — резюмировала Наташа. — Артефакты слабые, а машины собирались повреждать механически. Следующие будут посильнее, потому что Богомаз нас опасается и не хочет допускать гонки.

— Согласен. Ему нужна причина, чтобы объявить меня не явившимся на соревнование.

— Около дома есть два нехороших человека, — сообщила Хикари. — Их внимание направлено на наш дом.

— Насколько они сильные?

— Не могу сказать, добрый господин. Они рядом, но не на моей территории.

— Сегодня опять мне спать в машине, — со всем доступным ему артистизмом простонал Валерон.

— Хочешь, я побуду с тобой? — жалостливо предложила Хикари.

— Конечно! — обрадовался Валерон и сразу же исчез, перейдя в бесплотную форму.

А потом я услышал удаляющийся топоток — два духа отправились на охрану. Особой необходимости в этом не было. На бывшем каретном сарае, нынешнем гараже, стояла Живая печать, как и на обоих автомобилях.

— Мог бы саквояжи с собой забрать, — проворчал я, но использовал на обоих Поиск тайников, который ничего не показал. Не было там ничего скрытого от посторонних глаз.

Ночью к нам всё-таки полезли. Но я даже не успел встать с кровати, как прискакал Валерон и потребовал, чтобы я не лез и не мешал Хикари питаться. Мол, толстые маги полезли, энергия с них хорошо уходит, а к автомобилям их не допустят.

— Только чтобы трупов поутру у нашего дома не было, — сонно предупредил я.

— Обижаешь, — оскорбился Валерон. — Своим ходом уйдут, мне же с них еще компенсацию брать.

Глава 13

В Святославске мы провели еще один день. На вторую ночь желающих залезть к нам в гараж почему-то не было. Возможно потому, что те, кто лезли в ночь первую, растеряли и магическую, и жизненную силу за время пребывания на нашей территории настолько, что с трудом от нас выбрались. А когда выбрались, на следующее утро обнаружили полную пустоту в своих жилищах. Валерон решил, что в крайнем случае мебелью можно топить, если она окажется тоже приметной. Путем просачивания через стены и пол он выявил несколько тайников, которые тоже очистил, так что утром злоумышлявшие на нас очнулись на голом полу в аскетической обстановке, очень подходящей для того, чтобы подумать о смысле жизни. И о том, на кого можно разевать рот, а на кого нельзя.

— Ух я и набегался между ними! — оживленно рассказывал Валерон после первого дежурства. — Они плелись еле-еле, но в разных направлениях. Приходилось постоянно бегать от одного к другому. Иначе я мог с кого-то упустить получить компенсацию, и получилось бы несправедливо. А несправедливость допускать нельзя.

— Нельзя, — умиротворенно согласилась с ним Хикари.

Кажется, вчера она объелась халявной энергии, которой раньше никогда так много не получала. Она заявила, что всё пойдет в дело и уже частично пошло: укрепляется охрана, сеть становится разветвленней и сила самого духа-хранителя растет.

— Хорошо бы и сегодня кто-нибудь пришел, — закончил рассказ Валерон. — Это же двойная польза. Нет, тройная. И мне, и Хикари, и тебе. Но пусть приходят другие. Потому что с этих брать уже нечего. Разве что тебе сходить проверить их жилища на предмет тайников? Я же не всё мог обнаружить.

Он преданно на меня посмотрел.

— Не стоит, — сказала Наташа. — Это нужно идти ночью, а утром мы выезжаем рано. Выгода сомнительная, поскольку я бы на их месте сразу поутру забрала бы ценности, если они вдруг остались, и переселилась.

— Может, они тупые? — печально предположил Валерон.

— Совсем тупых на диверсию бы не отправили, — засомневался я. — Не настолько Богомаз нищий.

— Они маги. Не самые сильные, но маги, — вставила Хикари и неожиданно громко, немелодично икнула.

Общение с Валероном как-то неправильно на нас всех влияет. Вот и из девочки-колокольчика получился обожравшийся на радостях дух, который никак не может усвоить лишнюю энергию.

— Не пойдешь, да? — печально вздохнул Валерон.

— Нам принципиальнее, чтобы с нашими автомобилями ничего не случилось, — твердо ответил я. — И, как уже сказала Наташа, я должен выспаться. Поэтому, если кто-то полезет и сегодня, меня не будить. Разрешаю даже плюнуть.

— Оу, — радостно протянул Валерон. — Но только после того, как Хикари из него энергию вытянет. Иначе столько необходимого пропадет.

— А Хикари это лишним не будет?

— Нет, добрый господин, не будет. Я сохраню и буду тратить на дальнейшее развитие. На магов посильнее меня пока не хватит. Задержать смогу, а всю энергию вытянуть — уже нет.