Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса IX - Мордорский Ваня

Нефритовый цзянши продолжал приближаться. Медленно, но неумолимо. У него просто не было выбора: либо он сейчас доберется до меня, либо я настолько истощу храм и землю вокруг, что это ослабит его сильнее, чем попытка прорваться.

Я сосредоточился и начал втягивать Иньскую Ци прямо из воздуха вокруг себя. Не из далёких потоков, а из непосредственного окружения. Каждая частица тёмной энергии, которую я поглощал, делала цзянши чуть слабее. Каждая капля переработанной Ци делала меня чуть сильнее.

Времени было мало. Цзянши приближался.

— Чунь Чу! — произнес я и знал, что она меня услышит, — Бери лис и прыгайте в храм сразу, как только цзянши окажется вблизи меня.

— Сделаю, — сказала жаба.

Лисы попытались возмутиться, но их заткнула Ло-Ло приказав слушаться старших.

Со мной оставался Лянг и Ли Бо, а вся остальная компания стояла чуть в стороне и ждала сигнала.

Я ждал… Видел каждый шаг, который цзянши делал ко мне. Но понимал: когда он будет вблизи, удерживать то хрупкое состояние, во время которого я поглощаю Иньскую Ци, будет невозможно. Потому что мне придется принять бой. Вместе с Лянгом и Ли Бо. Без их помощи я не справлюсь.

Когда между нами оставалось шагов пятьдесят, которые цзянши преодолевал всё тяжелее и тяжелее, я взмахнул рукой и Чунь Чу всё поняла. Она прыгнула.

А цзянши остановился передо мной.

Я открыл глаза и увидел его впервые по-настоящему, не духовным зрением, а вживую, как бы это ни звучало смешно по отношению к мертвецу.

Он сильно отличался от виденных прежде цзянши. Его тело действительно было нефритовым: гладким, зеленоватым, словно вырезанным из драгоценного камня. Но по этой идеальной поверхности змеились чёрные линии-иероглифы, которые двигались, переплетались, пульсировали собственной жизнью.

Искажённые знаки Фу, — понял я. — Кто-то, вероятно Культ Чёрной Луны, вырезал на его теле защитные символы, но исказил их, превратив в нечто тёмное и неправильное.

Его глаза полыхали зелёным огнём.

И в этих глазах был разум.

Цзянши замер как хищник перед прыжком. Он принюхивался, втягивая воздух несуществующими ноздрями.

А потом заговорил.

— Ты слабее, чем я думал.

Голос был… неожиданным. Мягким, вкрадчивым, почти бархатным. Совсем не такой голос ожидаешь услышать от ходячего мертвеца.

— Вся эта… — он обвел рукой окружающее пространство, — … показуха. Огромная Формация, тысячи Символов, восемь Триграмм… Впечатляюще для новичка, но это всего лишь иллюзия силы.

Я молчал, не выходя из состояния Сознания-Зеркала. Мой разум был спокоен, как поверхность озера в безветренный день. Еще рано…нужно ждать. Пока он стоит и разговаривает, он тратит силы, которые высасывает из него моя формация.

— Ты всего лишь на ступени Возведения Основания, — продолжал цзянши. — Младенец, играющий с игрушками, которые ему не по размеру. Ты создаешь ложное ощущение могущественного Праведника, но я вижу правду. Ты слаб. И в тебе страх!

Он снова принюхался, оскалил клыки и сделал шаг вперед. Вот только на земле были небольшие камни-формации. Защитные символы.

Формация вспыхнула, отталкивая его, но он устоял. Да, напрягся, я видел это, — но переступил цепочку камней.

— Твоя кровь сильна, — признал он. — Твоя Ци… необычна. Радужная, Просветлённая… редкость в наши дни. Но этого недостаточно. Как только я окажусь рядом, твоя жизнь будет окончена. Не сразу, конечно, ты пригодишься, твоя кровь.

Я молчал.

— Неужели ты думал, — он улыбнулся, обнажая ряд острых, нефритовых зубов, — что храм останется без присмотра? И что твои спутники хоть чего-то добьются?

Его голос стал ещё мягче, ещё вкрадчивее.

— Твою жабу есть кому встретить. Как и твоих… лисят. Их шкура мне пригодится, а кровь я выпью с большим удовольствием.

Внутри меня что-то дрогнуло. Тревога попыталась пробиться сквозь спокойствие Сознания-Зеркала.

Но я знал. Знал с абсолютной уверенностью: он лжёт.

Техника Чистого Сердца, полученная от духа праведницы у Синего Лотоса, работала даже сейчас, даже в этом измененном состоянии сознания. Я чувствовал ложь так же ясно, как чувствовал потоки Ци вокруг себя.

Цзянши блефовал.

Он хотел, чтобы я запаниковал. Чтобы выскочил из центра своей Формации, бросился спасать друзей. Чтобы покинул место силы, где я был защищён тысячами Символов и восемью Триграммами.

Умно. Как для мертвеца.

Я не поддался. Кроме того, я видел, что как только Чунь Чу прыгнула к храму, железные цзянши перестали биться о формацию и развернулись обратно, значит другой охраны кроме них у нефритового не было. А уж задержать железных цзянши Чунь Чу сможет.

Но я сделал вид, что взволнован. Слегка напрягся, сжал кулаки, позволил тревоге проскользнуть в глазах.

Цзянши заметил это. Его улыбка стала шире.

— Ох, как легко тебя задеть, — протянул он. — Ты переживаешь за своих зверьков? Как… трогательно.

— Ты… — начал я, делая вид, что с трудом подбираю слова. — Ты блефуешь.

— Блефую? — он наклонил голову, и черные символы на его шее извились сильнее. — Может быть. А может, и нет. Хочешь проверить?

Он сделал еще шаг. Теперь между нами было шагов двадцать пять.

Вместо этого я внимательно изучал его. Несмотря на ослабление от Формации, он всё ещё был невероятно опасен. Источник его силы — само его тело. Нефритовое, прочное, пропитанное Иньской Ци настолько глубоко, что он сам будто бы стал её источником. Хранилищем темной силы.

А искаженные знаки Фу… их было сотни. Может, тысячи. Они покрывали каждый сантиметр нефритовой кожи, переплетаясь в сложнейшие узоры.

Я догадывался, что каждый искаженный Символ Фу усиливал тело, делал его прочнее, быстрее и сильнее. Защищал от таких как я, Праведников.

— Как звали тебя при жизни? — спросил я неожиданно глядя прямо в его полыхающие зеленым глаза.

В этом существе была душа, запертая или нет, я не знаю. Может, он добровольно выбрал этот путь, может нет.

Цзянши застыл. В его глазах промелькнуло что-то — удивление? Боль? Он не ожидал такого вопроса.

— При… жизни? — переспросил он, и в голосе впервые послышались нотки неуверенности.

Хорошо, чем дольше он тут разговаривает и возится со мной, тем больше шансов у Чунь Чу.

Глава 10

Извиняюсь за то, что продолжения пришлось ждать аж целый месяц. Виноват. Знаю. Но прошу сильно не ругать, в этом месяце 9 том я закончу. Больше таких перерывов не будет.

Цзянши застыл, а чёрные иероглифы, вернее символы Фу на нефритовой коже перестали извиваться и замерли, как насекомые, пойманные янтарём. Зелёный огонь в глазах дрогнул и я понял, что попал своим вопросом куда-то в его суть. Вопрос лишь в дальнейшей реакции — он разозлится? Повлияет это на него, заставит что-то вспомнить или нет?

Вот только зря я на это надеялся. Всё это замешательство длилось всего лишь одно мгновение.

А потом он рассмеялся. И от этого смеха по спине пробежали мурашки: это был смех мертвеца, лишенный эмоций и жизни. Это было жутко. Предыдущие встречи с цзянши были иными.

— Имя! — выдохнул он сквозь смех. — Ты спрашиваешь моё имя⁈

Я молчал, продолжая втягивать Иньскую Ци через Формацию. Каждая секунда разговора — это секунда, которую я отнимаю у него.

— Какая нелепая попытка, — цзянши наконец успокоился, но улыбка осталась. — Заставить меня вспомнить и разбудить человеческое. Праведник, ты разочаровываешь меня. Думаешь, если я вспомню имя, то во мне что-то изменится? Как наивно! Ты действительно слишком молод и неопытен.

Он сделал шаг вперёд. Между нами было двадцать три шага.

— Я помню всё, — сказал он. — Каждый день той жалкой жизни, каждую болезнь, боль и страх перед неизбежным концом. И знаешь что?

Ещё шаг. Двадцать два шага.

— Я отказался от этого добровольно.

Слово «добровольно» ударило меня сильнее, чем я ожидал. Все цзянши, которых я встречал раньше, были жертвами. Это были души, запертые в мёртвых телах против их желания — марионетки чужой злой воли. Я мог их «бить», изгонять, и сочувствовать тому, что они попали в такую ситуацию и застряли в Поднебесной, а не отправились дальше. Но тут…тут была совсем другая история.