И даром не нужна (СИ) - Шторм Елена

— Нет, подожди!

Только прежде, чем успеваю его остановить, кристалл вылетает в окно.

Я ругаюсь. На что? Сама не знаю! Не то чтобы мне хотелось остановить духа — но он не выглядит полностью здоровым и счастливым! Только прежде, чем я успеваю подёргать волосы, кристалл делает несколько кругов за окном и залетает обратно.

Зависает в воздухе снова. Я сглатываю, делаю несколько вдохов и выдохов, выставляю руки:

— Послушай. Не жди от меня многого, ладно? Я понятия не имею, что происходит, я пока ничего не смыслю в магии! Но… если тебе стало лучше, это здорово. Очень. И если ты останешься — может, мы сможем придумать что-то ещё. Хотя если ты улетишь, я тоже пойму.

Глупо, что я продолжаю разговаривать «с санями», дух не должен понимать всю эту сложную речь.

Но, возможно, отдельные слова и интонации тоже что-то передают. Потому что кристалл ещё некоторое время парит, перебирая едва видимыми лапками — а потом начинает медленно кружить по комнате.

Я сажусь на кровать и в очередной раз крепко задумываюсь обо всём.

Как бы я ни хотела, духа привязать к себе я не могу.

Он продолжает парить в комнате. Подумав, я оставляю окно приоткрытым — на всякий случай, хотя улететь он пока больше не пытается.

Позже днём я стучусь к Скалу. Тот сидит, зарывшись в бумаги, но при виде меня быстро поднимает голову:

— Леди?

— Как у вас дела?

Управляющий некоторое время теребит листы — а потом с каким-то облегчением выдыхает:

— Я… полагал, что вы не придёте.

Невольно улыбаюсь. Молча подхожу и сажусь напротив. Чуть подумав, он рассказывает мне, что и где нужно срочно наверстать после праздничных дней — и жизнь входит в привычное русло.

На этой неделе мы посылаем гонцов в соседние деревни и небольшие города. Узнать, как готовятся к зиме там. Скал волнуется:

— Я боюсь, как бы к нам не захотело переехать слишком много людей! Им будет попросту негде жить. Ещё хуже, мы их не прокормим.

— Почему они хотят перебраться?

— Вы… уже много слышали о тёмной магии, леди. Зима будет опасной. — Управляющий вздыхает. — Здесь, на севере с каждым годом всё хуже.

Я едва ли не впервые вижу его таким встревоженным.

Может, дело в «откате» после праздника. Может — в том, что принц нас покинул, и при каких обстоятельствах.

— Погодите. Речь про тьму, которую я видела, да?

— Она всегда сильнее ночью. И когда придёт долгая ночь… вместе с ней придут призраки, Зов и беда.

Звучит жутко. Я вспоминаю гарпий — и сердце замирает, и страшные образы будто встают за спиной.

А потом я вспоминаю полубезумные глаза мужчины в постели рядом! Может, это один из немногих моментов, когда я думаю — где он и что с ним?

Но так уж получается, что скоро я слышу ещё больше. Через день управляющий раздосадованно отряхивает мокрый плащ, стучась ко мне.

— Леди Катерина… Нужно ваше содействие. Снова посланники от гарпий — и да, они снова хотят говорить либо с принцем, либо с вами.

Гарпий я не жду!

Если честно — после предыдущего опыта «общения» хочется сослаться на то, что я всё-таки не такая уж плохая жена и не лезу куда не велено.

Но Скал выглядит нервно.

А ещё я не жду, что речь действительно пойдёт о чём-то политически важном… но выходит именно так.

С гарпиями ещё и Рейварн от оборотней.

Мы встречаемся снаружи. Во дворе, где проходил пир — и птицы спустились туда явно нехотя. Им неуютно на земле, они садятся на лавки как на жёрдочки, топорщат крылья.

В этот раз их двое. Первый — посланник, которого я внезапно очень рада видеть! Парень жив и здоров — только такой же тощий, как и был.

А с ним…

Женщину я поначалу не узнаю.

Потом с изумлением понимаю, что это охотница из очарованных Тьмой!

— Мы с вами виделись, — выдыхаю.

— Да. Я… нападала на вас.

Стараюсь кивнуть ровно. Сжимаю руки за спиной, надеясь не выдать эмоций по-другому.

— В любом случае, добро пожаловать. Я выслушаю вас. Его высочество сейчас отлучился по государственным делам.

Женщина смотрит на меня долго, изучая. Очень по-птичьи склоняет голову на бок, ведёт серыми крыльями.

— Хорошо. У меня послание. У нас, — поправляется она, стреляя взглядом в Рейварна, который стоит, скрестив руки на мощной груди. — Матроны сказали, что мы будем жить зиму здесь, в ваших скалах. И Тёмный принц сказал так же.

Тёмный принц? Это официальное прозвище моего дурного супруга? Что-то сомневаюсь.

Обдумываю, медленно киваю.

— Если он согласен, значит, ресурсов должно хватить. Что вам нужно? Еда?

— С едой и жильём мы справимся! Не будем воровать ваших оленей. Чего мы действительно ждём — так это защиты от Тёмного.

Тёмного.

— Вы ведь знаете о Тёмном, леди? — подаёт голос Рейварн.

В общих чертах кое-что успела услышать! Это бог, которого тут боятся и ненавидят. Тот, против кого возносят молитвы в светлых храмах.

— Он управляет чернотой, что прокляла моих братьев, — шипит гарпия. — Приходит к нам во снах. Насылает кошмары на живых, порабощает сердца и души. И эта ночь будет дольше остальных. Если хотите пережить её, вам нужен Свет. Или драконьи сердца.

Мне не нравится её манера речи, прямиком из детских страшилок. Внезапно очень хочется взглянуть на Скала, но я усилием воли себя одёргиваю.

Разговор принял какой-то убийственно серьёзный оборот. Мой страх никого не впечатлит.

Так что я смотрю гарпии в глаза — а та дёргает крыльями, перебирает ногами по лавке.

— Драконья империя обещала защитить нас, но не держит слово! С каждым годом дни всё короче, тёмные ростки прорезают горы, призраки и Зов всё сильнее. — Женщина дёргается, амулеты на её груди дрожат и сверкают. — Нам обещали, что Тёмный принц со всем разберётся, для этого его сюда послали. Но он здесь второй год — а толку мало.

Правда? Второй год — в смысле, всего?

Почему-то я думала, что беловолосый в этих землях… дольше. А он тут тоже почти чужак? Может, тогда и не он виноват в том, как тут всё плохо?

Слишком много я отвлекаюсь во время важного разговора.

— Нам нужно драконье сердце, — продолжает гарпия. — Передайте принцу. Или… мы будем драться.

Вот теперь я вся напрягаюсь.

А это уже угроза. И очень серьёзная! К угрозам я не готова. Хочется выставить ладонь, прикрикнуть: «а ну стойте, давайте без глупостей!»

Но я только набираю воздуха в грудь.

— Вы собираетесь драться, хотя признаёте, что у нас будет общий враг?

— Мы налетим на людской город. Не на этот — на тот, что севернее и незащищённее.

Так же медленно выдыхаю.

Ладно!

Наверное, надо понимать: она доставляет послание. Может, это её даже не радует — потому что принца она помнит и боится. Но и облегчать ей жизнь я не стану.

— Передам всё слово в слово. Будьте уверены.

Кажется, она чуть дёргается — а я понимаю, почему у империи с гарпиями не заладилось.

И кроме меня это понимают и другие: и Скал, и оборотень. Рейварн делает шаг, заступает между мной и крылатой женщиной, бросает ей:

— Не нужно грызни. Леди Катерина. Что нам нужно на зиму, чего мы просим — зажгите два драконьих сердца в башнях. И тогда мы зиму переживём. Без потерь. Вы сохраните десятки, может — сотни жизней.

Я медленно киваю — в основном ему, благодаря за более разумный подход.

Уже позже, когда гарпии убираются, я более откровенна с черноволосым оборотнем:

— Рейварн. Огорошу вас, но я не знаю, что такое драконье сердце.

Он усмехается:

— Тогда самое время узнать. Это сердце дракона и есть. Когда они умирают, магия, переполняющая их души, твердеет. И создаёт источник силы. Очень мощный — такая сила действительно способна провести нас сквозь ночь.

Ого.

— Тогда я задам ещё один вопрос. Сколько драконов в империи? Живых, сейчас.

— Около сотни. Только высшие лорды.