Банный бизнес попаданки (СИ) - Иконникова Ольга

Я не была уверена, что он ответит и на этот вопрос. Он мог просто сказать, что меня это не касается вовсе. Но он ответил.

— Король привез его сюда, надеясь, что старый маг Блез Лабарош сумеет ему помочь.

— Тот маг, который поселился на старой мельнице в паре лье от дома мадемуазель Донован? — спросила я.

— Тот самый, — подтвердил граф. — Его когда-то изгнали из гильдии магов за противоречащие магическому кодексу опыты над людьми.

— Опыты? — вздрогнула я. — И такому человеку его величество доверил своего сына?

— Боюсь, у него не оставалось другого выбора. Сейчас, когда его высочество еще не стал взрослым, еще есть возможность незаметно осуществить обратную замену. Достаточно будет отправить фальшивого принца из столицы в провинцию или вовсе за границу, например, на обучение в какой-нибудь элитный пансион. Из дворца выедет фальшивый принц, а в заграничный пансион приедет уже настоящий. А через пару лет его высочество вернется обратно. Дети в таком возрасте сильно меняются, так что даже если кто-то из придворных не узнает его, это не покажется странным. А вот когда мальчики вырастут, устроить подобный трюк будет уже невозможно.

— А сами вы видели когда-нибудь этого мага? — полюбопытствовала я.

— О, да, — когда-то я учился в академии, в которой он преподавал. — Нет, не в магической, в самой обычной. Я учился на факультете права, и Лабарош преподавал у нас то самое магическое право, которое, как потом выяснилось, он с такой легкостью нарушал. Собственно, наверно, именно поэтому он и приехал именно сюда — понимал, что я не откажусь дать ему приют. Но заброшенную мельницу он выбрал сам — я предлагал ему поселиться прямо здесь, в поместье. Но он предпочел уединение. Правда, я всё равно взял с него слово, что никаких противозаконных опытов ставить он больше не будет. А теперь от этого слова его освободил сам король.

— Но не опасны ли такие опыты для маленького ребенка? — забеспокоилась я. — Тем более, что там, на мельнице, они будут только вдвоем, и принца некому будет защитить.

— Уверен, Лабарош понимает, что речь идет о сыне короля. Но, собственно, именно поэтому я и решил вам всё рассказать, мадемуазель, — признался он. — Ваш дом находится ближе всего к старой мельнице. И я подумал, что если бы вы могли хоть изредка бывать там… Чтобы убедиться, что с его высочеством всё в порядке… Надеюсь, я не слишком о многом вас прошу?

— Я с удовольствием выполню вашу просьбу, — заверила его я. Тем более, что это вполне согласовывалось с моими собственными желаниями. — Но не рассердится ли старый маг, если я появлюсь возле его жилища?

— Если вы сможете сделать вид, что оказались там случайно, — пробормотал граф, — то с чего бы ему сердиться? Если бы я мог, я бы сам ездил туда хоть каждый день. Но вот мое появление как раз может вызвать негодование Лабароша. Он сразу поймет, что я приехал с проверкой. А мне хотелось бы этого избежать.

Мы проговорили о маленьком принце не меньше двух часов. И только когда я увидела, что за окном стало темнеть и засобиралась домой, его сиятельство спохватился и вернулся к первоначальной теме беседы.

— Я непременно займусь и нашим прожектом, мадемуазель! — сказал он мне, провожая меня до экипажа. — Я сегодня же напишу письмо в столицу к своему старому другу и попрошу его поискать в Эмсворте толкового инженера.

— Да, — согласилась я, — хороший специалист нам совсем не помешает. Но согласится ли он приехать сюда?

— А почему бы и нет, мадемуазель? — рассмеялся граф. — Вопрос будет лишь в цене вопроса.

Его слова заставили меня смутиться.

— Но вы же понимаете, ваше сиятельство, что ни у меня, ни у мадемуазель Донован нет средств, которые мы могли бы вложить в это дело. И земля, на которой будут вестись работы, принадлежит вам.

Тут я замялась, не зная, как сказать ему о своих сомнениях и при этом его не обидеть. Но он понял меня без слов.

— Не беспокойтесь, мадемуазель, я не собираюсь присваивать себе всю прибыль от прожекта и никогда не забуду, что это была именно ваша идея. И мы непременно отразим это в договоре.

Глава 35

Для приличия я выждала несколько дней и лишь потом отправилась в сторону старой мельницы. Мне не хотелось показывать свой интерес именно к персоне его высочества, поэтому я решила сделать вид, что приехала туда, чтобы насобирать кедровых шишек.

Я взяла с собой мешок, большую корзину и Дженнифер. Посчитала, что если я приеду с ребенком, то буду выглядеть менее подозрительно. Если мы живем поблизости, то почему бы нам и не проехаться по старой дороге?

Уже неделю стояла сухая погода, но даже при этом наш экипаж с трудом пробирался по заросшей колее. И я почти с ужасом думала о том, что будет, если мы застрянем где-нибудь в чаще. Успокаивало меня только то, что Нинелла знала, куда мы поехали, и если мы не вернемся домой к вечеру, то она отправится нас искать.

В этом случае я попросила ее сообщить о нашей пропаже графу, но по упрямому выражению, появившемуся на ее лице, я поняла, что делать она этого не будет. Впрочем, она хорошо знала здешний лес и наверняка придумала бы, как нас отыскать.

Расстояние до старой мельницы было небольшое, но из-за плохой дороги поездка заняла не меньше двух часов. И когда я услышала шум речных перекатов, а впереди показалось здание мельницы, было уже время обеда.

Даже издалека было видно, что старое здание давно уже нуждалось в ремонте — деревянные стены потемнели от непогоды и покосились, а крыша, пусть и застеленная свежей соломой, в дождливую погоду наверняка протекала.

Интересно, с чего вдруг маг выбрал именно это место для своего жилища? Да, его изгнали из столицы, но он наверняка мог найти для себя куда более комфортный дом хотя бы в том же Ланжероне. Неужели ему настолько надоело людское общество, что он предпочел уединиться в лесной глуши? Или это нужно было ему для того, чтобы он мог продолжать свои противозаконные эксперименты?

При этой мысли мне стало страшно. Но я сказала себе, что если бы Лабарош и в самом деле был таким опасным человеком, то граф Ланже не стал бы просить меня сюда приехать.

Неподалеку от мельницы была большая кедровая роща, так что тот повод, что я придумала для визита сюда, выглядел вполне убедительным.

Я не стала подъезжать к самому зданию, а остановила лошадь в нескольких десятках метров от него. Я привязала вожжи к остаткам изгороди, которая прежде, должно быть, огораживала пастбище.

Выйдет ли Лабарош на улицу, когда увидит нас? И каким он окажется? В фильмах маги всегда выглядели как-то по-особенному — седые волосы и длинная борода, специфическая шляпа и посох в руках.

Но когда на крыльце примыкавшего к мельнице дома появился мужчина, ничего подобного я не увидела. Это был самый обычный не молодой уже человек в хорошей одежде и явно благородного происхождения — с таким достоинством он держался. Но ни шляпы, ни посоха, ни волшебной палочки у него не было.

— Здравствуйте! — поздоровалась я с ним.

А Дженни сделала милый книксен.

Он не счел нужным ответить на приветствие и только сухо спросил:

— Что вам угодно, сударыни?

И голос у него тоже был самый обыкновенный.

— Простите, если мы вам помешали, — сказала я. — Мы приехали сюда за кедровыми шишками. Надеюсь, если мы станем собирать их вон в том лесу, вы не станете возражать?

— Кедровые шишки? — удивился он. — Мне кажется, их следовало собирать пару месяцев назад. Но если вам так угодно, то, пожалуйста, собирайте.

Он развернулся и зашел в дом. А нам с Дженни не оставалось ничего другого, кроме как взять тару и действительно пойти за шишками.

Мы пробыли в лесу не меньше часа. Шишек тут действительно было много, и мы быстро наполнили и корзину, и мешок. За это время из дома никто не выходил — ни сам маг, ни мальчик.

Возможно, если бы мы тут провели целый день, мы бы и увидели его высочество, но задерживаться в лесу надолго я не решилась. Скоро день начнет клониться к вечеру. А мне хотелось бы добраться до дома до темноты.