Хозяин моста (СИ) - Гельт Адель

Доехали незаметно: быстро и недалеко.

Гном Дори, гоблин Куян, человек (вроде бы как) Ульфович и другие официальные лица встретили меня где попало — не то, чтобы у ворот или на крыльце Правления, но просто по пути. Ульфовича, вон, вообще пришлось доставать из домика, он в нем, видите ли, спал! А нечего тут: Глава вернулись, требовать изволят!

— Мы все сделали! — сиял кхазад Зубила, и я сразу понял, что именно.

— Кран пригодился? — уточнил я просто на всякий случай.

— И экскаватор еще, — кивнул Дори.

— А это еще зачем? — удивился я.

Перед внутренним взором, как вживую, предстала картина — гиблемота достают из болота экскаваторным ковшом… Как кусок мяса из супа ложкой!

Встряхнулся. Жуткое видение кануло в Лету.

— Чтобы не вылез, — умудренно заявил гном. — Вот, значит.

Это мы дошли с ним до края нового котлована: вернее, старого, но раза в три глубже предыдущей версии.

— Когда успели? — я спросиол не просто так. Мне, как Главе, очень было нужно знать — на что способны мои подчиненные, с какими силами и в какой срок.

— Разделение труда. Сам же учил, товарищ Босс! — ответил вместо гнома гоблин.

Слушайте, а ведь работает — воспитание-то.

До нормальной коммуны нашему поселку еще как до империи Хань на карачках тылом вперед, но основы — вот они, усвоены! Взрослыми, прошу заметить, людьми — а значит, с детьми будет еще ловчее. Вырастим поколение юных коммунаров — сервитут содрогнется!

Сделали все правильно.

Сначала маги жизни обступили яму с тварью на дне и ввергли ту в неглубокую седацию — единственно, чтобы не усыпить насовсем. Внутри самой ямы копошились стропальщики — заводили под гиблемотово брюхо сразу три крепчайшие цепи. В это самое время хмурый экскаваторщик вовсю орудовал ковшом, расширяя и углубляя бывший будущий школьный котлован. Веселый крановщик — докуривал и лез в кабину автокрана.

Гиблемот был извлечен из ямы, прямо тем же краном погружен в котлован, разбужен и — на всякий случай — накормлен досыта. Сработали идеально: то ли потому, что работами руководил кхазад Зубила, он же гном Дори, то ли — поскольку никто не мешался со своим ценным мнением. Ну, вы поняли, о ком это я.

— Не ты ли, друг мой Дортенштейн, — я зачем-то решил обострить, — буквально третьего дня жаловался на страшную загруженность и нехватку ресурсов? И что я вижу: такой расход, такой расход!

— Есть немного, — кхазад вздохнул. — Но тут ведь как… Для начала, ты сам велел взять кран!

— Ага, — согласился я. — А где кран, там экскаватор. Где экскаватор — там… Ну не знаю. Трубоукладчик? Траншеекопатель? Свайный копёр?

— А что, можно? — глаза гнома горели неземным восторгом. — Особенно этот, который свайный… Парни просили, для мостов!

— Ты хотел сказать «для моста»? — уточнил я, немного холодея внутренне.

— Не, для мостов, — почти отмахнулся гном. — Сам же и спросишь, завтра, например.

— Если есть «для начала», то должно быть «потом», — напомнил я.

А нечего расслабляться! Глава внимателен и бдит!

— Потом, — кивнул гном, — это же хобби! В нерабочий день, по личному почину!

— Амортизация, — пришлось напомнить. — Казенных средств производства. А?

— Да что тебе, жалко, что ли? — Дори было не остановить.

Да, я знаю, у кхазад такой характер. Помните шутку про то, что лучший отдых — это смена деятельности? Так вот, это не шутка и это про них. Бородатые коротышки разных степеней бородатости и коротышечности отдыхать неспособны органически — плюс требуют того же от всех, кто вокруг, да еще удивляются, не встретив понимания!

— Хорошо. Найди мне еще одну полезную причину, и пойдем уже в кузницу.

— А что там? — интересно ему стало. Еще бы! Мне вот тоже…

— Найдешь — пойдем, — сурово посулил я.

— А… Это… Гиблемот — крайне полезен в хозяйстве, — нашелся гном, и добавил совсем по-троллиному: — Так-то.

— Правильно говорить — «в народном хозяйстве», а так… — шуточно согласился я.

— Ты же алхимик! — ну да, это я сам разрешил Дори говорить мне «ты» — если не на людях — и он совсем недавно начал пользоваться этимправом. — Должен травы понимать!

Травы… Ваня Йотунин, так-то, не тупой, просто дел много, голова загружена всяким. Иногда туго доходит — но не в этот раз. Сочетание трав, алхимии и гиблемота дало догадку — я ее сразу же озвучил.

— Допустим, есть некоторые культуры, — начал я. — Скорее не травы, злаки… Хотя злак — та же трава. Пахать землю под них техникой — нельзя. Даже самой инертной магически, просто вырастет не то и не так.

— А у нас гиблемот! — порадовал меня Дори. — Накормим, поиграем, поедем пахать. Плуг я, допустим, скую.

— Вот что с людями жадность-то делает! — я не удержался от подколки.

— Я, для начала, не людь, — парировал кхазад. — И во вторых, все в клан, все в клан! Я не жадный, я гномовитый!

— Выкрутился, — согласился я. — Идем в кузню.

И мы пошли.

По дороге попался дом Главы. Ну, как по дороге — так-то мы к нему свернули не случайно, но попался же!

— Ээээ… — озадаченно потянул Зубила. — Зачем?

Это я прихватил с собой из дому и шест, и посох.

— Надо, — я сурово сдвинул брови. — Камлать буду, однако.

Ничего не ответил Дори: лишь прибавил немножечко шагу да привел меня вскорости в кузню.

В этот раз стучать в бубен пришлось долго: государь Гил-Гэлад то ли был занят своими делами, то ли изволил хандрить… Не шел на зов, и все тут!

Так казалось всем, кто был в кузнице вместе со мной — кроме Заи Заи, знающего обо мне и моем внезапном предке куда больше прочих.

Всем — это кхазаду Зубиле и троим троллям, имена которых я успел позабыть сразу же после того, как те были мне названы. Невместно, видите ли, Главе помнить всякую сволочь по именам!

На самом деле, это мы с призраком договорились: явился-то мертвый эльф сразу, только не торопился сгущаться. Вот, мол, каких стараний стоит его призвать…

А, проявился!

— Ну? — спросил остроухий царь.

«Зачем ты призвал меня, нерадивый потомок?» — услышали все прочие.

— А вот, — ответил я. — Братан, покажь.

Зая Зая был в курсе: ему, знаете ли, тоже не понравился внезапный упадок героических сил. С одной стороны, гиблемотик остался жив и не покалечен, с другой — а если бы это была настоящая битва? Скажем, с очередным Большим Зилантом?

Мы оккупировали верстак — кажется, слесарный, хотя кому какая разница? Главное, что новая титановая кувалда поместилась на том идеально.

— Молоток, — констатировал эльф. — Большой. Серебристого металла. Платина?

— Откуда, — удивился орк. — Титан, и саронита еще чуток.

— Так, и в чем проблема? — не понял призрак. — Вес, баланс, форма… На первый взгляд все в порядке, на второй — тоже. И потом, если вам нужен оружейник — так бы сразу и сказали. Есть у меня один должник, из Куруфинвингов… Вроде помер уже, можем призвать.

— Откуда призвать-то? Из Валинора, что ли? — хрюкнул шибко образованный кхазад. — С заокраинного запада?

— Ну да, смешно, — согласился Гил-Гэлад. — Если не уметь читать или уметь, но навыком не пользоваться. Я для кого сказал — «Куруфинвинги»? Это на нынешний лад — Феанорычи!

— А, у этих с Намо свои отношения, — покивал гном, — Точнее, никаких отношений, и контактов тоже: в покои Мандоса не зовут, в Валинор — так тем более, и призрак… Извините, пожалуйста. Виноват, дурак, исправлюсь.

Дори отвесил эльфу шутовской поклон… Впрочем, поклониться гном мог и всерьез — с кхазадами никогда нельзя быть уверенным наверняка.

— Нет, оружейник нам не нужен, — ответил эльфу орк. — У самих найдутся. Тут другое. Братан, поясни, а?

Белый урук посмотрел на меня просительно: я сразу же вмешался и пояснил.

— Вот у нас легендарный герой, так? — спросил я царя.

— Допустим, — кивнул призрак.

— Вот оружие легендарного героя. Крепкое, хорошее. Удобное.

— Оружие, — не стал спорить эльф.

— В сочетании эти двое, разумный и предмет, должны работать… Очень хорошо должны. А они — нет.