— У вас обычная простуда, мадам Лиза, — заметил Смерть, внимательно разглядывая меня. — Холодный каменный пол, холодный ветер на похоронах… Признаться, после того, как вы несколько часов ползали по камням и совершенно не заботились о собственном здоровье, другого результата я бы не ожидал.
Я несколько мгновений смотрела на него, пытаясь осмыслить услышанное. Ведь ещё совсем недавно мне казалось, что я умираю, а теперь Смерть с таким спокойствием рассуждал о простуде, словно был обычным доктором, которого вызвали к заболевшей даме.
— Простуда? — переспросила я, едва ворочая пересохшим языком. — То есть я… я просто простудилась?
Он слегка повернул мою голову, проверяя, насколько горячая кожа возле виска, а затем вновь приложил ладонь ко лбу. Я невольно прикрыла глаза. Мне было стыдно признаваться даже самой себе, насколько приятно оказалось его прикосновение. Особенно после того, как я едва не умерла от ужаса, ожидая, что сейчас он заберёт мою душу.
— Да, мадам. У вас жар, слабость, воспалённое горло. Совершенно обыкновенная простуда, — сообщил Смерть, продолжая осмотр с таким видом, словно имел полное право находиться возле моей постели. — Учитывая ваше отношение к собственному здоровью, я даже несколько удивлён, что вы продержались так долго.
Я с облегчением выдохнула. Значит, дело было не в договоре? Не в том, что оставшееся время закончилось? Неужели я действительно просто заболела?
Но стоило мне подумать об этом, как появилась новая, совершенно отвратительная мысль.
— Значит, я умру от простуды? — простонала я, чувствуя, насколько обидно звучат эти слова. — После всего, что со мной случилось? После Смерти, ритуала, воскрешения мужа… Я умру от какой-то несчастной простуды?!
Смерть приподнял бровь. Я заметила, что он явно собирается что-то сказать, и поспешила продолжить, пока не услышала очередную издёвку.
— А можно умереть от чего-нибудь менее обидного? Ну хоть от чего-то приличного! Ещё скажите, что я соплями захлебнусь во сне! Представляю, какая замечательная получится последняя страница моей жизни!
Он рассмеялся.
Причём совершенно искренне, не пытаясь даже скрыть удовольствия. Его ладонь наконец оставила мой лоб, а я с досадой обнаружила, что без неё стало заметно жарче. Смерть выпрямился возле кровати, всё ещё улыбаясь, и несколько мгновений рассматривал меня с тем самым выражением, с каким прежде перелистывал страницы моей жизни.
— Вы мне только что подали чудесную идею, мадам, — признался он, явно наслаждаясь собственными мыслями. — Знаете, иногда мне становится скучно. Люди удивительно редко проявляют изобретательность, когда дело доходит до последних страниц. Поэтому порой я позволяю себе придумать особенно необычный финал.
Глава 61. Когда вы дышите
Я уставилась на него.
Мне вдруг стало совсем не до смеха. Значит, мало того, что это чудовище читало мою жизнь, оно ещё и могло выбирать, как именно я умру? А ведь я только что собственным языком подсказала ему совершенно отвратительный вариант!
— Погодите… — прошептала я, стараясь понять, насколько серьёзно он говорит. — То есть финал книги пишете вы?
Смерть посмотрел на меня с неподдельным удивлением, словно вопрос был настолько очевидным, что он даже не ожидал его услышать.
— А кто же ещё, мадам Лиза? — поинтересовался он, поправляя безупречную манжету чёрного камзола. — Разумеется, я. Вы пишете свою жизнь, принимаете решения, совершаете поступки, а когда истекает отмеренное вам время, я ставлю последнюю точку. И порой позволяю себе немного поработать над заключительной строкой. Так что я не только читатель, но иногда ещё и писатель.
Он произнёс последнее с заметным удовольствием. Я же невольно представила маленькую книгу в тёмном переплёте, которую он держал у себя на коленях во время нашей предыдущей встречи. Тогда я пыталась определить по количеству страниц, сколько мне осталось жить. Теперь выяснялось, что этот безобразник способен ещё и по собственному усмотрению выбрать окончание!
— Прошу вас, только не от простуды, — простонала я, закрывая лицо забинтованными ладонями. — И уж точно не от соплей! Я ведь просто от испуга ляпнула!
— Мадам, вы удивительно легкомысленно обращаетесь с предложениями, — заметил Смерть, и я услышала, как в его голосе снова появилась насмешка. — Особенно в разговорах с существом, которое имеет возможность воплотить в жизнь любую фантазию.
Я отняла руки от лица и посмотрела на него с таким возмущением, на какое только была способна в своём состоянии.
Он снова улыбнулся.
— Вы сейчас специально меня пугаете! — пожаловалась я, пытаясь устроиться поудобнее на подушке. — Вам ведь нравится смотреть, как я боюсь!
— Не стану отрицать, что ваши реакции доставляют мне удовольствие, — охотно признался Смерть. Он задержал взгляд на моём лице и добавил уже спокойнее: — Но в данный момент у меня нет причины закрывать вашу книгу.
Мне вдруг стало легче дышать. Я хотела немедленно уточнить, означает ли это, что мне осталось достаточно времени, чтобы поправиться, но вовремя вспомнила наши предыдущие разговоры. Стоило спросить о сроке, и он снова начнёт рассуждать о длине книг, количестве страниц и разнообразии финалов.
А я и без того уже едва не умерла от страха.
Смерть некоторое время смотрел на меня, словно ожидал нового вопроса, а потом произнёс с неприятной задумчивостью:
— Признаться, мадам Лиза, мне пока гораздо больше нравится, когда вы дышите.
Глава 62. Он всё знал
Я невольно приподняла глаза.
Он сказал это настолько спокойно, что я даже не сразу поняла, отчего стало неловко. Ведь совсем недавно я говорила ему, что задыхаюсь, что не могу сделать нормальный вдох, а он сидел в кресле и слушал моё дыхание.
Теперь же произнёс эти слова так, словно признался в каком-то особенном удовольствии.
— Зачем вы вообще слушаете мое дыхание? — спросила я, настороженно разглядывая красивое лицо. — У вас разве нет других занятий? Вы же Смерть. Наверняка кто-нибудь сейчас умирает, а вы сидите в моей спальне и слушаете, как я дышу!
Он не обиделся. Напротив, мне показалось, что мой вопрос его заинтересовал.
— Поверьте, мадам, у меня достаточно занятий, — произнёс Смерть, чуть склонив голову. — Но крайне редко среди них встречается что-нибудь действительно стоящее внимания. Скажем так, ваша жизнь… и та и эта… показались мне очень увлекательными.
Я отвела взгляд. Слова прозвучали странно, почти как комплимент, только мне было слишком хорошо известно, что он подразумевает под интересными историями. Смерть ведь находил занимательными даже похороны моего мужа!
Он знал. Знал, что Игнис мне изменяет. Ещё до сделки!
Я медленно повернула голову и посмотрела на него. Смерть стоял возле кровати, разглядывая меня с таким невозмутимым видом, словно ничего необычного между нами не произошло. А ведь именно он предложил мне отдать половину оставшейся жизни за возвращение мужа. Он видел, как я плакала, как умоляла, как соглашалась на любую цену.
И всё это время знал об Анаид.
— Скажите… — прошептала я, чувствуя, как облегчение постепенно уступает место совсем другому чувству. — А вы ведь знали?
Смерть приподнял бровь, словно вопрос показался ему недостаточно определённым.
— Боюсь, вам придётся уточнить, мадам Лиза, — заметил он, неторопливо расправляя манжету. — Я знаю довольно много. Иногда это даже мешает получать удовольствие от беседы.
Мне захотелось ударить его подушкой. Впрочем, сил на это, пожалуй, не хватило бы, да и сама мысль о том, чтобы швыряться подушками в Смерть, показалась не самой разумной.
— Про Анаид, — выговорила я, чувствуя, как неприятно сдавило горло при одном упоминании этого имени. — Про то, что Игнис мне изменяет. Вы ведь знали?
Он больше не улыбался. Просто посмотрел на меня, словно оценивал вопрос, а потом совершенно спокойно ответил:
