Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

Но нет, ныть они и не думали. Всю дорогу подкалывали друг друга, ставили подножки и перешучивались, причем делали все это на удивление тихо, ведь лес не то место, где стоит орать и привлекать к себе внимание. Продвигались довольно быстро, ребята среди деревьев ориентировались уверенно и явно ходили здесь далеко не в первый раз. Правда иногда им наскучивало подкалывать друг друга и тогда они приставали ко мне с вопросами.

– Слушай, а ты правда строитель‑практик? – Тарн обернулся, придерживая копье, чтобы не цеплялось за ветки. – Построишь мне баньку? Как у Кейна, только лучше!

– Думаешь, вонять меньше будешь? – Фальк даже не обернулся, но ухмылку я и со спины разглядел. – Скорее баня провоняет, и считай, зря строили.

– Это я‑то воняю⁈ – Тарн притворно возмутился. – Да я после любого ручья чище тебя в лучшие дни!

– Ага, рассказывай, ты в ручье белье полощешь, а не моешься.

– Да не воняю я! – не унимался Тарн.

– Ну конечно не воняешь. Я с тобой общаюсь только потому, что нос у меня сломан и нюха почти нет, – Фальк пожал плечами и даже не повернулся.

– Вот поэтому ты кстати и хреновый охотник, – нашелся Тарн.

– Нюхать звериное говно в нашей команде это исключительно твоя задача, – Фальк похлопал товарища по плечу и пошел дальше, а Тарн замолчал, видимо подбирая достойный ответ, но так и не подобрал.

Шли, шли, и спустя пару часов пришли к месту, где на карте была обозначена лиственница. Я по дороге поглядывал в книжку, пытался читать на ходу, но получалось откровенно так себе, буквы прыгали перед глазами от каждого шага, и половину прочитанного приходилось перечитывать заново. А в какой‑то момент поднял взгляд от страницы и не сразу поверил своим глазам.

Ага, теперь понятно, почему Герда нарисовала лиственницу именно так, с толстым стволом и раскидистой кроной. Просто в прошлый раз мне попался саженец, и я его еле одолел, а настоящая взрослая лиственница выглядит совсем иначе.

Если без преувеличений и вполне скромно, то эта раз в пять больше прежней. Ствол в два обхвата, черная лаковая кора блестит на солнце, а ветви раскинулись метров на пятнадцать в каждую сторону и свисают, как у плакучей ивы, только каждая из этих ветвей способна переломить человека пополам. Земля вокруг ствола пустая, ни травинки, ни кустика, только корни едва заметно шевелятся в рыхлой почве, ожидая, когда какой‑нибудь дурак подойдет поближе.

– Ну что, руби дрова! – хохотнул Тарн, а Фальк подхватил смех.

– Всё, посмотрел, теперь можем домой идти, да?

– Ага, как же. – усмехнулся я в ответ, – Я уже валил такую, только она поменьше была, – задумчиво осмотрел еще раз дерево. – Тут надо просто свой подход найти…

– Поменьше, – повторил Тарн и покосился на ствол, который был шире его раза в четыре. – Ну‑ну.

Стоял и прикидывал варианты. В прошлый раз я завалил лиственницу окружающими деревьями, подрубил три или четыре ствола и уронил их на нее крест‑накрест, и это сработало, потому что саженец оказался недостаточно мощным, чтобы скинуть с себя такой вес.

А вот здесь, сдается мне, этот фокус уже не пройдет. Деревья вокруг растут на почтительном расстоянии, ближайшие метрах в двадцати, а те, что поближе, недостаточно крупные. Да и будь они крупными, эта тварь просто сбросит их ветвями и продолжит спокойно стоять, а я буду выглядеть глупо, и самое обидное, что охотники это запомнят и будут рассказывать всей деревне.

Ладно, думаем дальше, вариант обрубить корни постепенно, устроить подкоп, в принципе рабочий, но сколько на это уйдет времени? И корни ведь будут сопротивляться, они подвижные и хватательные, лезть к ним с топором занятие для любителей острых ощущений, а я свои ощущения предпочитаю тупыми и безопасными.

Откуда‑то справа доносится журчание ручья… Можно сделать отвод воды, направить под корень и устроить непрерывный избыточный полив. Корни либо захлебнутся, либо почву размоет, ведь они постоянно шевелятся и рыхлят грунт, а значит вода будет уходить быстро. Как следствие дерево потеряет опору и упадет само. Вариант рабочий, но опять же долго, может неделю провозиться, а через две недели жилы уже будут здесь, и тогда к лиственнице вообще не подойти.

Постоял еще пару минут, перебирая в голове возможные подходы, и каждый упирался в одну и ту же проблему: времени нет. Родилось несколько мыслей, но каждую надо проверять, причем не здесь, а дома, в спокойной обстановке, с расчетами и экспериментами в безопасных условиях. Стоит просто признать, что повалить лиственницу прямо сейчас не получится, и всё, спокойно двигаться с этой мыслью дальше.

– Ну что, ладно, пойдем, – кивнул охотникам, и мы двинули в глубь леса.

Перешли через ручей по камням, тропа пошла на подъем, начался пологий склон холма, и под ногами все чаще стали попадаться выходы каменных пород. Земля сменилась щебнем, потом снова землей, деревья стали реже, а подлесок гуще. Шли еще где‑то с час, а охотники по дороге рассказывали истории из своих похождений.

То белку вспомнят, которая кидалась в них шишками и в итоге победила, хотя они, конечно, и не пытались по ней попасть. То дерево знакомое встретят и расскажут, как сидели на нем, когда напоролись на стаю волков, а потом пришел медведь, прогнал волков, и убегать пришлось уже от него. Историй у них было много, и лес они знали прекрасно.

А потом на склоне холма я увидел деревья, которые не спутаешь ни с чем. Листья крупные, размером с ладонь, причем с хорговскую, по форме напоминают липу, хоть бери да подтирайся, по размеру самое то. Но по краю каждого листа тянулась кайма острых колючек, так что с подтиранием идея откровенно паршивая. Впрочем, здесь все особые растения какие‑то подлые, это я уже усвоил.

Подошел ближе к стволу первого дерева, посмотрел внимательнее, но трогать не стал, разумеется. На вид обычный, тонкая гладкая кора, ничего примечательного, за исключением мелких бугорков по всей поверхности, расположенных довольно густо, от самого основания и до нижних ветвей.

– Ты это… Руками только не трогай, помнишь? – проговорил один из охотников.

– Помню, конечно, – кивнул я.

Охотники на самом деле провели инструктаж на полпути и наперебой рассказывали факты об этом дереве, хотя в основном разговор уходил куда‑то не туда. Но суть я уловил: не трогать ствол, не лезть к корням, и если полезут шипы, стоять подальше.

Подходить вплотную не стал, но увидеть своими глазами, как работает защита этого дерева, все‑таки захотелось. Сходил за палкой подлиннее, вернулся и ткнул ей по стволу. Не прошло даже мгновения, как из каждого бугорка выдвинулись острейшие шипы, одни по диагонали вверх, другие вниз, третьи вообще вбок, и за долю секунды гладкий ствол превратился в огромного, ощетинившегося во все стороны ежа. Палка, которую я не успел убрать, оказалась проткнута насквозь в двух местах, и теперь висела на шипах.

А на моем лице расплылась такая улыбка, что Тарн с Фальком переглянулись и синхронно отступили на шаг. Ну а чего вы думали, ребят? Я тут материал новый нашел, который нам всем ой как нужен…

Присел, потыкал дерево палочкой еще пару раз, ну и запустил анализ, все‑таки он пока никогда не подводил и стоимость в единичку основу, как по мне, вполне приемлема.

[Анализ объекта…]

[Анализ завершен]

[Объект: Шиполист обыкновенный. Взрослое дерево]

[Материал: плотная светло‑серая древесина, структура волокон умеренно упорядоченная]

[Прочность древесины: средняя]

[Прочность шипов: повышенная. Шипы формируются из уплотненных волокон с минерализованным наконечником]

[Вместимость Основы: низкая]

[Особые свойства: реактивная защитная система. При физическом контакте или воздействии Основы древесина выдвигает шипы из подкорковых камер. Механизм срабатывания: расходует запас Основы, накопленный в сердцевине ствола. В срубленном состоянии защитная реакция сохраняется до полного истощения запаса]

[Токсичность: умеренно присутствует в листьях. Сок на поверхности шипов обладает слабым раздражающим эффектом]