Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

Ну вот и подтверждение всему, что рассказывала баба Аля, только теперь с цифрами и деталями. Древесина средней прочности, значит, рубить ствол можно, если добраться до него через шипы, а вот сами шипы повышенной прочности, и без Основы их не возьмешь. Минерализованный наконечник, надо же, природа тут не поскупилась на броню. Зато не ядовитый, и на том спасибо, хотя раздражающий сок на шипах радости тоже не добавляет.

А главное, реактивная защита работает на запасе Основы в сердцевине, и этот запас конечен. Значит, если дерево срубить и подождать, шипы рано или поздно перестанут вылезать, когда запас иссякнет. Ну и, разумеется, если нанести пару накопителей и поглотителей, то этот запас никогда не иссякнет…

– Рубить будем, – обернулся к охотникам.

– Э, не, мы не подписывались, – Тарн сделал шаг назад и для убедительности выставил перед собой копье.

– Подписывались, подписывались, – махнул рукой. – Командир велел со мной погулять, а прогулка подразумевает физическую активность. Но для начала мне нужна палка подлиннее.

Огляделся и нашел молодое деревце подходящей толщины шагах в тридцати от шиполиста, обычное, без сюрпризов. Срубил его в пять ударов, обрубил ветки и получил жердь в полтора метра длиной. Снял топорик с пояса, примерил к жерди и задумался. Если насадить топор на длинную ручку, можно рубить шиполист, не подходя вплотную, и шипы до рук не достанут. Ну, в теории.

– Фальк, у тебя веревка есть?

– Есть немного, но она денег стоит… – он порылся в поясной сумке и протянул кусок. – А тебе зачем?

– Топор к палке привяжу, а то клинья выбивать не охота, больно уж Борн хорошо подогнал.

Привязал топорик к концу жерди, обмотал покрепче, подергал, проверил. Держится, хотя и не идеально, при сильном ударе может соскочить, но для начала сойдет. Размахнулся пару раз для пробы и остался более‑менее доволен, бить можно, хотя замах получается корявый и сила удара не та, что с нормальной рукояти.

– Значит, план такой, – повернулся к охотникам. – Я рублю первый, потом как устану вы рубите, и надеемся, что когда устанут все, дерево уже будет лежать. Хороший план?

– Ты серьезно хочешь, чтобы мы рубили кактус? – Тарн покосился на дерево с нескрываемым сомнением. Странно, конечно, откуда он вообще может знать про кактусы, они же в пустыне растут. Хотя чему я удивляюсь вообще, в этом мире волосатая пиявка наполовину дерево, и кактус посреди тайги явно не самое экзотическое явление по местным меркам.

– Не кактус, а ценнейший строительный материал, – поправил я. – На самом деле, для обороны материал незаменимый, я лучше точно ничего уже не придумаю.

– А, ну тогда ладно, – Тарн переглянулся с Фальком, и оба заметно оживились. Аргумент про жил здесь работает безотказно, потому что жилы касаются всех, и когда дело доходит до защиты деревни, даже охотники готовы помахать топором.

Подошел к шиполисту на расстояние жерди и примерился. Ствол толщиной с мое бедро, может чуть толще, кора гладкая, бугорки едва заметные, а шипы уже успели спрятаться. Вложил Основу в топорик и ударил.

Лезвие вошло в дерево на ладонь, и в тот же миг ствол ощетинился. Шипы полезли отовсюду, длинные, с палец, блестящие и мокрые от сока, некоторые выстрелили так резко, что воздух свистнул. Один чиркнул по жерди, оставив на дереве глубокую борозду, будто когтем провели. Но руки мои были в полутора метрах от ствола, и шипы до них не достали, чего, собственно, и добивался.

– Ну и сволочь, конечно, – выдохнул Фальк, хотя он явно видел подобное уже не раз.

– Тварь не тварь, а рубить надо, – выдернул топор обратно, и из разруба потекла светлая жидкость. Шипы вокруг места удара торчали особенно густо, видимо защищая рану, и следующий удар пришелся прямо по ним. Основа сверкнула по лезвию, хрустнула по минерализованным наконечникам, два шипа отлетели, третий треснул, и топор снова вошел в древесину чуть глубже.

[Основа: 4/20]

Многовато уходит… Каждый удар с вложением Основы жрет прилично, а без вложения шипы просто не пускают, лезвие скользит по ним как по камню. Хотя, возможно, из‑за палки‑удлинителя такой расход, часть теряется пока доберется до лезвия. В следующий раз надо будет подготовить специальный инструмент уже.

– Тарн, держи, – протянул ему жердь с топором. – Бей прямо в тот же разруб.

Охотник принял конструкцию, покрутил в руках, примерился и рубанул. Удар вышел увереннее моего, все‑таки мужик здоровее и замах мощнее, а Основы в удар вложил щедро. Шипы вокруг разруба хрустнули и посыпались, а ствол треснул вглубь еще на пару пальцев.

– А ничего так! – оживился Тарн и врезал еще раз.

Дальше пошла работа. Рубили по очереди, каждый по два‑три удара, и Основы не жалели, потому что без нее и пытаться нечего. Шипы то и дело пытались достать, выстреливая в сторону ударов, некоторые вылезали прямо под рукой, но жердь спасала, и только благодаря этому никто не пострадал.

Через полчаса прорубились через защитный слой шипов, плотную кору и добрались до чистой древесины. А сердцевина и вовсе, оказалась куда мягче, чем я ожидал после всего этого сопротивления, рубилась охотно и без фокусов, шипы на прорубленном участке уже не вылезали, видимо подкорковые камеры были разрушены и выдвигаться стало неоткуда.

– А ствол‑то мягкий, – удивился Фальк, когда его очередь подошла.

Дальше дело пошло быстрее, потому что чем шире разруб, тем меньше шипов его окружает, и наконец дерево затрещало, накренилось и с глухим шуршанием рухнуло в подлесок. Ствол при падении ударился о землю, и шипы на нижней стороне мгновенно вонзились в грунт, так что бревно легло и тут же зафиксировалось намертво, будто пришпилилось к земле десятком гвоздей.

– Ну, поздравляю, – хмыкнул Тарн. – Срубили. А дальше что?

А дальше надо обрубить ветки, так что полез к верхней части, благо ствол лежит и шипы уже не так опасны, да и на ветках они уже не такие длинные, как в основной части ствола. Топорик снял с жерди, взял в руку нормально и начал обрубать ветки одну за другой, вкладывая в каждый удар по капле Основы, потому что на ветках тоже росли свои мелкие шипики и без Основы лезвие по ним просто скользило.

Ветки, кстати, оказались вполне увесистыми и каждая утыкана листьями с колючей каймой. Сваливал их в одну кучу, стараясь не хвататься за колючие места, хотя это было примерно как стараться не промокнуть под дождем. Нашел рядом несколько ивовых прутьев, нащипал их от куста и стянул охапку веток в подобие вязанки. Колючая, неудобная, из нее во все стороны торчат листья и шипастые концы, но связать удалось, и ладно, не до красоты.

Листья тоже стоит изучить, как и мелкие веточки. Все это потом проанализирую в спокойной обстановке, когда вернемся, а пока надо решить задачу посерьезнее, а именно как дотащить это бревно до деревни.

Стоял и смотрел на него, и чем дольше смотрел, тем яснее становилось, что срубить шиполист оказалось самой легкой частью сегодняшнего приключения. Бревно лежало на земле, утыканное шипами, как еж на отдыхе, и каждый шип торчал под своим углом, готовый воткнуться в любого дурака, который решит его потрогать. В руки не взять, на плечи не закинуть, к телу не прижать, потому что проткнет насквозь.

– Ну и как ты это потащишь? – озвучил очевидный вопрос Фальк.

– Думаю, – честно признался я.

– Может катить? – предложил Тарн. – Палками подталкивать и катить по земле.

Подошел, ткнул бревно жердью, и оно предсказуемо ощетинилось. Нижние шипы вонзились в грунт еще глубже, верхние встопорщились навстречу жерди, и бревно встало намертво, будто его кто‑то прибил к земле гвоздями.

– Не покатится, – покачал головой.

– А если обрубить шипы? – Фальк прищурился.

– А зачем нам тогда это бревно будет нужно? – помотал я головой, – Ради шипов и потащим, считай.

Постояли, подумали, и каждый предложил свой вариант, один другого безумнее. Тарн предложил обвязать веревкой и тащить волоком, но веревка по шипам перетрется за десять шагов, да и тащить через весь лес такой плуг – это даже Больд вспотеет.