— Я. Понятно. Объясняю? — разумеется, выслушивать ответный бред в её планы не входило.
— Да мы…!..
— ДА. ИЛИ. НЕТ? — на своей территории Хину легко передавила чужую истерику голосом и с некоторым удивлением обнаружила, что от её стандартного флегматичного спокойствия сейчас ничего не осталось.
Как говорит Такидзиро, норадреналин рванул по венам — захотелось рвать и метать. Возможно, в прямом смысле тоже.
Ещё через секунду она поняла причину — предыдущий рассказ Моэко. Хьюге было чертовски неприятно за случившееся с подругой на парковке. А эти трое, видно по их физиономиям, пришли никак не устанавливать справедливость — они заявились совсем с другими целями.
Как Решетников и предупреждал полчаса тому.
Или они не из-за парковки пришли? А по-другому поводу?
* * *
— Приятно. — Призналась Моэко вполголоса в ответ на полотенце, заботливо наброшенное Решетниковым. — Вот так привыкну — и твоя жизнь резко сменит направление.
— Вы обещали гарем! — молниеносно среагировал логист. — Если контрактные условия не меняются — можем говорить на эту тему дальше. — И наивно захлопал глазами с придурковатым выражением, как делает айтишница Уэки. — Я уже немолод, мне под сорок. Из съёмной квартиры меня выгнали — живу в бассейне между сауной и массажной. От серьёзных отношений не убегаю, особенно с дочерьми олигархов! — Он почесал живот. — Опять же, будет кому ужин варить: японская жена — идеальный повар по определению. Особенно для меня, полукровки.
Хьюга тем временем раскатывала посетителей в тонкий блин — жёстко на собственной территории ставила на место прокуратуру, подскочив для этого из шезлонга и нависая над ними сверху. Всеми статями.
Самый низенький, по виду следователь по важным делам (или общественной безопасности), и вовсе дышал пловчихе в тити, в прямом и в переносном. Также, он не особенно успешно скрывал к ним рефлекторный интерес, хотя и старался.
Нынешние роли в разворачивающемся спектакле они согласовали заранее — Такидзиро каким-то образом угадал перед тренировкой визит прокуратуры и то, как он начнётся. Моэко с ним даже поспорила тогда — она ставила на полицию.
«Министр внутренних дел идёт на взлёт, с учётом услышанного — скорее всего будет ускорение взлёта. Сюда придут омивари-сан, не прокуратура», сказала якудза.
Но победил в диспуте, как сейчас выясняется, Решетников.
Через пару минут фигуральный дым от сольного выступления Хину рассеялся, прокурорские отчасти присмирели.
— Ни о каком разговоре между нами наедине, в более подходящем месте, в другой обстановке, — Моэко спародировала собеседника тоном, — не может быть и речи. Или беседуем тут и в этом составе, или одно из двух.
— Что? — машинально выдал низенький, загипнотизированный полушариями Хьюги перед носом.
— Альтернатива: жду от вас официальную повестку, с именем и должностью вызывающего, с живой печатью прокуратуры. И вручена мне она должна быть предусмотренным законом образом, не под дверь ночью засунута.
Чиновники переглянулись — такой вариант их явно не устраивал:
— Вам бы лучше не доводить до официоза. Знаете, поговорка есть: не хотите по-плохому — по-хорошему будет хуже.
— Вы мне сейчас угрожаете? — уточнила адвокат спокойно.
Происходящее настолько рвало все шаблоны, что у Моэко внезапно вспыхнула парадоксальная эврика: а ведь не факт, что они из-за тех, дворцовых.
— Здесь мы задаём вопросы! — средний не додумался ни до чего лучшего.
Кстати, на хозяйку бассейна он тоже таращился добросовестно. Последнее от пловчихи, разумеется, не укрылось:
— Здесь вы можете только гневно сопеть, краснея от возмущения, — ровно ответила она. — Пока я вам позволяю. Вы не у себя в офисе, а у меня в гостях. Как хозяйка заведения, я пока не получила ни-ка-ких свидетельств того, что ваш визит сюда хоть сколь-нибудь официален. НЕ ЗАСТАВЛЯЙТЕ МЕНЯ ЖАЛЕТЬ ОБ ЭТОМ МОЁМ ШАГЕ ВАМ НАВСТРЕЧУ. Это последнее предупреждение, третьего не будет. — Хину без эмоций посмотрела на озабоченных прокуроров и упала спиной обратно в шезлонг.
— Кэнсацукaн, вас пинком под жопу, как шелудивых собак, давно на улицу не выбрасывали? — инициативу перехватил Решетников, его улыбка из глумливой неожиданно стала пронзительной. — Из приличного заведения?
* * *
— Я уж думала, до рукоприкладства дойдёт, — Хину вместе с охраной-таки вывела троих визитёров наружу (на правах хозяйки заведения) — никаких вразумительных официальных заявлений прокуроры так и не сделали. Несмотря на. — Такидзиро-кун, ты понимаешь, чего они в итоге хотели? Какова была цель этого воистину странного визита? Смотрится же как бред.
— А они не из-за мордобоя с дворцовыми приходили, — хафу занял её шезлонг, забросил ногу на ногу и сейчас проигрывал виртуальное арпеджио — по очереди соединял пальцы рук перед собой, от мизинца до большого. — Я не разглядел причины, но они явно не из-за драки.
Моэко как раз листала приватный мессенджер, использовавшийся организацией отца как служебный канал связи:
— В точку. — Её лицо выражало крайнюю степень удивления. — Вот только-только доклад прошёл по команде.
— Что там? — Хину, не чинясь, подвинула ногой другой свободный лежак и заняла место рядом с Решетниковым.
— Помните типа, который с не совсем одетыми Уэки и Хаяси воевал в их офисе?
— Да.
— К нему сегодня в рамках профилактических мероприятий наведались наши люди.
—??? — Хьюга вопросительно изогнула бровь и стукнула правым кулаком в левую ладонь, получилось звонко.
— Угу. Наши отработали задачу, — якудза пролистала ленту сообщений дальше. — А через минуту после того, как мы уехали, этого типа застрелили — он шёл по лестнице в квартиру, выстрел сквозь панорамное стекло фасада.
Решетников убрал с лица полотенце, которым было накрылся от света, и выпучил глаза:
— Да ну⁈ Танигути только что пристрелили в подъезде⁈
— Не мы, — Миёси коротко мотнула волосами. — Наши, которые ездили его беседовать, уже в полиции: задержаны по горячим следам. Но Эдогава-кай к стрельбе никаким местом.
— Почему ты узнаёшь об этом лишь сейчас? — поинтересовалась Хину.
— Издержки квадратно-гнездовой структуры. Отдать приказ могу — я и сделала. Но обеспечение (сверху вниз) и отчёт об исполнении (снизу вверх) проходят по каналам в направлении отца, не меня. А папа сейчас не совсем на связи — они в самолёте летели. На спутниковый ему почему-то не позвонили. В норме мне б он рассказал.
— Зачем так сложно? — спросил было Такидзиро, но тут же себе ответил сам. — Чтоб конфиденциально. Дошло. Одно дело — химэ чего-то пожелала сверху, мало ли. Можно спихнуть вообще на розыгрыш в случае дознания. Другое дело — план-фактный отчёт реально сработавшей группы. На тему кому, чего, сколько, при каких обстоятельствах.
Моэко молча кивнула.
— Гормонально активный Дзион-кун, пока тёрся в одном котелке с Уэки-старшим и деятелями из Mitsubishi, что-то прослышал о Проекте. — Заявил метис без перехода.
Подруги переглянулись.
— Дальше — банальное совпадение, — уверенно продолжил. — Твои ему наваляли, Моэко-тян, а другая структура исполнила — чтобы не болтал языком.
— Так просто? — Хину не спорила, размышляла.
— Мы не всё знаем, — хафу исполнился убеждённостью. — Все, кто прямо в курсе Проекта, сто процентов под присмотром. Я не знаю, как технически реализовано — может, через телефон банально слушают.
— Как реализовано, нам расскажет Ута. Если понадобится, — машинально заметила пловчиха. — Но ты продолжай, продолжай.
— Да всё. Танигути сперва попал в обойму — потом своей выходкой на этаже IT сам себе сплёл лапти. Такой токсичный персонаж никому не нужен — в верхней структуре его непредсказуемости банально испугались.
— Получается, я напрасно сегодня посылала к нему своих людей? — Моэко искренне огорчилась. — Его бы всё равно хлопнули? Свои же? Потому что размахивающие пенисом налево-направо дегенераты в таком серьёзном деле не нужны и опасны?
