Предок. Ллиатароэн Ллаиширэ. Алые волосы плеснули в воздухе. Колыхнулись широкие рукава. Нагрелись на мне знаки рода. Кольцо и кулон.
– Я всё помню, – негромко сообщил мне Оллеар. Рыжий был задумчив и серьёзен, – это новый путь. Новая грань дара. Послушай меня, Льяна. Это действительно важно!
Окно громко хлопнуло. На него приземлилось пушистое существо с желтыми бусинками глаз. Оно напоминало белку-летягу – если бы у той была бирюзовая шерсть, лысая морда, уши как у спаниеля и клюв вместо носа.
Пока я думала – орать или бить – или и то и другое, существо скосило на меня глаз, мотнуло клювом и важно проскрипело:
– Господин Черная Дл... – прокашлялось. Почесалось. Махнуло игриво-желтым хвостом. Потом завертелось вдруг, разглядывая себя в стекле.
– Кхм, – откашлялась я.
– Кис-су заело! Я готовлюсь! Нервничаю! Р-речь говорю! – Выдохнула стеснительная инфернальная тварь.
– О том, под каким соусом хочешь меня съесть? – Хмыкнула тихо.
– О том, что лорд Мориан Кайто желает пригласить вас на прогулку и напоминает о том, что пришла пора исполнить уговор! Сегодня вы предстанете в роли его невесты! – Торжественно свернул речь остроклювый.
Киса? Это имя – или так, к слову пришлось? Тварька по имени Киса – прелесть несусветная.
– Вот оно как, – прижмурился Олли.
Удивлённым этот невыносимый маг точно не выглядел.
Скорее – удовлетворённым.
– Мне собираться прямо сейчас? – Уточнила с лёгкой иронией.Ну, Моршеррр твою ж Черную Длань! Устроил спектакль!
– О, Мор проснулся! Понял, что невеста – это не только тело у алтаря и нужная галочка для получения наследства, но и сокровище гнезда, алмаз сердца и ласковая коброчка для почесывания и одаривания вниманием! – Заверещал со стола Ишти.
Мыш гордо выгнул спинку и выпятил пузо – завидовал. Ревновал! Как же, хозяин его поменял на какую-то облезлую тварь непонятного происхождения, да как он мог!
– Послушайте, а если бы я сегодня была занята? Чем-то срочным? – Хмыкнула с лёгкой иронией.
Понятно, что моровы дела всегда важнее. И где-то этот даже правда.
– Зная, что вы будете излишне недовольны, лесса, тирлес Мориан настоятельно советовал мне напомнить, что встреча с лордом Сейлиром ещё впереди! – Выпятив клюв, оскорбленно каркнул птиц. – И всё, что он делает – делает в ваших интересах!
– Иди, – вдруг сказал Олли.
Друг прислонился к стене, скрестив руки, и наблюдал за нашим безобразием с величавой невозмутимостью.
– Я и пойду, – оторвалась от географии Дагоша, а именно – Наагшата, территории нагов.
– Третье испытание будет скоро. – Чему-то кивнул младший Даласский, – но лучше... – Я впервые увидела на лице этого человека такие эмоции.
Неуверенность. Какую-то почти детскую ранимость. Желание... чего? Закрыться? Промолчать?
– Говори уже, – вздохнула.
Тварюшки замерли, молча таращась на нас. Где-то бил хвостом недовольный почесом Лустайя.
– Тайлинэ обратилась к своему отцу. И много любопытного наговорила ему о тебе, помимо многочисленных жалоб на безопасность академии. Она считает, что ты можешь быть отступницей фэйри, беглянкой из проклятого клана. Потомком тех, кто поддерживал заговор против Владыки. Но укусить Си-Шаона себе дороже пытаться. А вот ты... – Друг вздохнул. Сердце сжалось.
Глава 8.2.
– Не знаю точно, о чем шла речь, но весточка дошла до дяди. – Продолжил тихо Олли.Дядя ректор. Вассал Владыки. Точно, это я помню.– Нет, – рыжий сдул прядь с лица и невесело хмыкнул, – дядя ничего о тебе никому не передавал, он не доносчик. Но Тайли накрутила отца, тот отправил сведения дальше, за спиной дяди, с просьбой о проверке...
В комнате воцарилась тишина. Олли не стоило опасаться волшебных существ и ставить лёгкий щит от прослушки – те получили от Моршерра приказ хранить все секреты Палача. Даже такие, как я с отцом-заговорщиком. Но вот ведь что интересно.
Ведь не маленькая ты уже давно, Льяна Тхи, а все равно – больно. И гадко. Наверное, поэтому в прошлый жизни я предпочитала ни к кому не привязываться.
Воздух сгустился. Тьма всколыхнулась. Жадный голод души. Ярость. Желание просто свернуть шею одной говорливой дуре и смотреть, как потухают медленно её глаза – оно как будто принадлежало не мне.
Исконно древнее и яркое чувство полыхнуло костром. Мир засиял иными красками. Вырвал шипение из груди.
Печет. Так печет.
На плечо опустилась рука. Знакомого. Близкого. Друг. Свой. Жрать – не стоит. И все равно хотелось – ударить.
– Новость может дойти до ушей Владыки. Слишком серьезны были последствия последнего заговора. Тогда едва не пострадала супруга тирлеса Сейлира, а к ней от относиться настолько трепетно, что головы предпочитает открутить превентивно, – в темных глазах друга жило понимание, – я ничего не стану спрашивать у тебя, Льяна Тархи. Хотя я вижу кое-какие нестыковки в твоём происхождении и твоей истории. Зато я знаю, что редкая изумрудная эршера, – косой взгляд на уже подкрасившего шерсть в оранжевый Ишти, – была долгие годы спутником господина Палача. Если тебе нужна будет моя помощь или поддержка – только скажи.
Оллеар замолчал. Крепкие руки мужчины, не мальчишки, прижали меня к себе. Я слышала, впитывала ровный стук сердца вэрда.
– Спасибо, – хрипло шепнула. Сухая надменная стерва во мне затихла, растворилась.
Глаза щипало.
Я резко выпрямилась, не давая себе шанса на слабость. Сжала руку друга.
– Беги уже, покорительница тварей больших и малых, – коротко хохотнул Оллеар, – как видишь, и я могу ошибаться, – бросил друг напоследок – и вышел.
Оллеар умел хранить секреты. И сам был порой закрытой шкатулкой. О том, как он отнёсся к предательству Тайли, юноша не сказал ни слова.
Подумать только, до чего я дожила! Завела себе тварек, тренируюсь с призраком, борюсь с приступами голода энергата и трясусь от мысли о том, что Владыка всё узнает. Хотя тот же Дайнар Тень Владык меня терпит.И дальше будет терпеть – никуда не денется. Мы же хорошие, славные, зелёные и почти пушистые феечки. Особенно, когда спим зубами к стенке.А Тень Владык...
Это просто он с отцом ещё близко не познакомился – ядовито протянула часть меня. Отец не умел прогибаться. И молчать. Зато умел феерически быстро, как по волшебству, испоганить отношения с теми, с кем не стоило бы. Тоже талант!
Я торопливо одела одно из своих лучших платьев, которое приобрела в городе в последнюю вылазку. Шелк морских мастериц, кружево нимичи, певучих крохотных рачков со дна моря, подручных морского народа, и пуговицы из редкого здесь золотого жемчуга.
Не знаю, зачем его взяла.
В голове всё мешалось. Почему Моршерр Декерет избегает меня? Палач Владыки не из тех, кто станет бегать от девушки. Скорее, обычно все бегают от него самого.
Что мне делать, если в дело так внезапно ввязались чувства? Если я выспалась по уши? Хотела видеть хищное бледное лицо, слышать шёпот, тонуть в чужой силе, пить его могущество, восхищаться его живым умом, изобретательностью и решениями.
В той жизни, на Земле, я так и не смогла никого полюбить.
– Дрянь! Высокомерная и самоуверенная. Как будто весь мир у твоих ног, а тебе всё мало! – Голос мужчины доносился сквозь годы.
Кажется, это был мой первый муж. И последний. Больше я замуж не вышла. Тогда.
Платье мягко скользнуло по телу, лаская кожу. Бытовая магия. Совсем простая, мне она давалась с трудом, но на пуговицы хватило.
Не обращая внимания на взгляды адепток, я поспешила из общежития прочь.
Очень сложно держать себя в руках, когда тень хочет рычать на весь мир.
Мой предок Шаан'Соэн многое рассказал мне об энергатах. И их полукровках с фэйри.
– Мы менее подвержены злобе, гневу и ярости, чем исконные тени. Кровь леса уравновешивает, но это не значит, что обучение юного энергата проходит легко, – качнул головой предок, – ты будешь постоянно ощущать пустоту в сердце. Будешь желать мести, если тебя оскорбят, будешь скора на расправу, полюбишь схватки – или интриги – это уже зависит от натуры. Главное для взрослого энеграта – не позволить ребенку разрушить весь мир вокруг, пока он справляется со своей магией. Впрочем, это справедливо для всех магов. И я за этим прослежу. На тренировках ты будешь сбрасывать энергию, и...
