Бастард рода Неллеров. Книга 11 (СИ) - Усов Серг

— Я могу заранее узнать, о чём вы сообщите совету?

— Сам пока не знаю, — Эдгар откинулся в кресле и посмотрел в сторону окон, за которыми дождь так и не прекращал моросить. — У моей непутёвой сестрицы есть ещё чуть больше двух часов, чтобы принять условия и дать клятву в их исполнении перед ликом Создателя в присутствии его высокопреосвященства. Если да, то получит обруч и трон, пусть окончательно разрушит Кранц, ну, а если нет, я уже сказал, что тебе предстоит сделать. Только постарайся всё организовать незаметно. На совете помалкивай. А то, сам знаешь, какие у нас есть умники, способные улавливать малейшие оттенки. — тут дверь кабинета приоткрылась и показалась седая голова секретаря канцелярии. Эдгар ему зло бросил: — Я же сказал, Отто, меня не тревожить, пока мы с виконтом не закончим!

— Извините, государь, там ваша сестра прибыла, — протиснулся старик внутрь кабинета. — Принцессу очень сложно удержать, вы же знаете.

Жестом руки Эдгар отпустил начальника тайного сыска. На данный момент они всё основное обсудили.

— После совета ещё раз зайди, — распорядился, когда виконт Виктор поднялся. — Пусть зайдёт, — сказал секретарю.

Хельга была у него редкой посетительницей, да и вообще они встречались лишь на редких совместных семейных трапезах, да на увеселительных мероприятиях — балах, выездах на охоту или в королевскую ложу амфитеатра наблюдать за сражениями гладиаторов или травле зверями преступников. И то, принцесса всегда старалась держаться от брата подальше, а когда такое не получалось, вела себя неприметно.

Король с иронией думал об избирательности памяти сестрицы. Свой матери она простила участие в убийства отца, которого единственная во всём Кранце любила, или во всяком случае обиду не показывала, а вот обоих своих братьев, и коронованного Эдгара, и пустышку Теода, всегда обдавала волнами открытой неприязни, хотя младший-то к смерти Петра Третьего вообще никак причастен не был.

Но сейчас Хельга вошла с намёком на улыбку, пусть и чуть ироничную, и не разодетой в разноцветные и пышные шёлка по последней моде, усыпанная множеством драгоценностей, а в скромном синем приталенном платье длиной почти до пола и с несколькими, наверняка артефактными перстнями.

Главное же, что удивило Эдгара, это взгляд сестры — острый, какой-то оценивающий, совсем не похожий на те глуповато-лукавые, которые он привык у неё видеть. Странно даже, когда эта тупая сорока успела так измениться? Или он что-то упустил в ворохе постоянных проблем?

— Дорогой брат, — Хельга чуть склонила голову в качестве приветствия и тут же вздёрнула подбородок. — Извини, если я тебе помешала, но у меня есть серьёзный разговор. Ты позволишь? — махнула она рукой в сторону стоявшего у противоположной от окон стены широкого дивана и не дожидаясь ответа направилась к нему и села.

Конечно, возражать против столь непочтительного поведения принцессы король не стал. Та и не то ещё могла себе позволить. Помимо скорбного ума у Хельги не хватало такта и воспитанности.

— С чем вдруг пожаловала? — Эдгар с ухмылкой смотрел на гостью из кресла, хотя ему хотелось бы видеть её красивую голову на плахе. Увы, нельзя. А ведь она действительно красива, оценил её будто впервые увидел. Да вообще, ему казалось сейчас, что он видит совершенно незнакомую прежде сестру. — Разве тебе больше не к кому обратиться за советом? С нашей матушкой, я знаю, поругалась, так его высокопреосвященство всегда рад тебе помочь.

— Дорогой братик, — в тон ему стала говорить Хельга. — Я вовсе не за советом или помощью пришла. У меня есть к тебе предложение.

— Даже так? Предложение? А Марк Праведный и королева Матильда знают об этом?

— Нет. Зачем? Я пришла сюда как та, кто попал в сложное и неприятное положение, пришла к тебе, у кого ситуация ещё хуже, и нас обоих, уверена, обоих, совершенно не устраивает то, чего там мыслят кардинал и королева-мать. Вот я думала, думала…

— Надо же, сестрица, и о чём ты думала? О том, какие платья введёшь в моду, когда сядешь на трон? Спешу тебя разочаровать. Я его не собираюсь освобождать добровольно. Нет согласия на мои условия — нет и моего согласия на отречение.

Принцесса неожиданно резко поднялась, подойдя к столу короля, выдвинула стул и села напротив брата.

— У тебя нет хорошего выхода, Эдгар. Ты так считаешь и решил биться, пока это возможно. Ведь так?

— Я тебя не узнаю. Баронет Митрий случаем не наложил на кого-то другого облик моей сестры? Хотя нет, голос твой, не слышал о плетениях, способных изменять и его. — Эдгар постарался скрыть за сарказмом свои растерянность и вспыхнувший интерес. Что она могла придумать такого? — Ладно, выслушаю, что ты там придумала.

— Да ничего особенного, мой государь. — усмехнулась Хельга. — Давай говорить откровенно, ты прекрасно понимаешь, что ни за старого развратника, о пристрастиях которого рассказывают гадости даже наши не отличающиеся добрыми нравами придворные, я не хочу выходить замуж, ни видеть здесь дядюшку Филиппа с двоюродными братиками. И тебе не просто. Поэтому я предлагаю нам найти взаимоприемлемое решение, которое устроит и тебя, и меня.

— И что же устроит тебя?

— Обруч без всяких условий. Без навязывания мне принца-консорта. Ты знаешь, столица и дворянство королевского домена и не только поддержат меня и так. Тогда дяде останется только отползти в ту нору, из которой он выполз вместе с нашими кузенами. Его сил сейчас еле-еле хватает, чтобы победить графа Борнского. Против большгинства дворянства и денег гильдий ему не продержаться и пары месяцев. Я хочу оставаться свободной в своём выборе будущего консорта…

— Кажется, я даже догадываюсь, кого ты выберешь. — скривился король. — Неллерский бастард? Я прав?

— Я бы об этом только мечтала, брат, — тихо произнесла Хельга. — Дело даже не в том, насколько он могучий маг, а просто, ты не представляешь, какой он замечательный мужчина, пусть и выглядит совсем юным. Только, к сожалению, наша женитьба невозможна по множеству причин. Надеюсь, что пока невозможно. Зато я нашла в нём друга.

— А ведь мне вдруг показалось, что ты поумнела. Ошибся. Друг? Да он тебе всадит кинжал в бок, едва так решит его род. Тебе нужно помнить, насколько непростые отношения всегда были между нами и Неллерами.

— Историю родов королевства мне хорошо преподавали, — пожала плечиками Хельга. — Не знаю, как дальше сложится, и гадать не хочу. Моя позиция тебе ясна?

— Твоя да. Непонятно, что я от такого отречения получу.

— Савор, и замок и город в полное управление…

Король зло расхохотался, прервав Хельгу, и похлопал ладонью по столу, хотя ему вообще не было смешно.

— Спасибо, сестрица, — сказал отсмеявшись. — Ты щедро даришь то, что и так мне принадлежит по праву старшего в роду. Взамен трона мой собственный родовой город. А ты, смотрю, не жадная.

— Пока ещё старшего в роду, дорогой брат. — спокойно ответила принцесса на его сарказм. — Когда объявишь о передаче обруча, старшей стану я. И не смейся, мои предложения ещё до конца не озвучены. Как смотришь на то, что я перед ликом Создателя дам клятву, что ваш с Люсиндой первенец, кем бы он ни был, мальчиком или девочкой, будет объявлен наследником трона первой очереди?

— Что⁈ — вот тут Эдгар сильно изумился. — Ты хочешь, ты имеешь в виду, что. Хочешь сказать, даже если родишь в браке, то ты. Подожди. Всерьёз сейчас считаешь, что я поверю твоим обещаниям? Перед ликом Создателя? Сколько уж предано клятв, данных в храмах. Посмотри на нашего дядюшку, который обещал отцу…

— Отцу, не тебе, — напомнила Хельга. — Но лично я никогда данные обеты ещё не нарушала и нарушать не собираюсь. Дорогой брат, у тебя уже меньше двух часов на принятие решения. Если примешь моё предложение, вам с Люсиндой пожалеть не придётся. Я своё слово сдержу. — она поднялась. — Пойду, а то мать узнает, что мы здесь вдвоём о чём-то говорим, да поди уже знает, прибежит, а я не хочу с ней сегодня вообще разговаривать. До встрече на Малом совете, государь.