— А вам мало?
— Мало.
— В таком случае, кто может засвидетельствовать, что это я совершала сделку?
— Потерпевшая сторона, семейная пара, уважаемые люди.
— Они уважаемые люди, а я, значит, фигня на палочке? Их слово против моего, месье капитан! Если уж мы тут взялись кидаться обвинениями, мне тоже есть, о чем заявить. Позавчера ночью ко мне вломился мужчина. И, честно говоря, до последнего я была уверена, что это были вы.
— Лисетт, — над столом проявилась чеширская улыбка, — я знаю, что искал ночной визитер.
Джастин моментально приобрел хищный вид.
— Я тоже догадываюсь, — выдал он. — А посмотрите-ка мадемуазель Алиса, не пропали ли у вас бумаги с завещанием. Вы их где хранили?
Как Наташа с Ариной не пытались пробиться вместе с нами в дом, Джастин их совершенно бесцеремонно выпроводил, пообещав лично доставить пса.
Едва две женские фигурки скрылись из глаз, я перешла в наступление, наплевав на всякую вежливость:
— И что это было? Ты почему на меня нападал? Знаешь же, что печать украла не я. И не настоящая Алиса. Ты же сам допрашивал ее под эликсиром правды. А потом и меня за компанию.
Капитана мои нападки не смутили. Не было в его глазах ни неловкости, ни чувства вины. Только чистый азарт.
— Я должен был убедиться, что ты тут не причем.
— Убедился?
Мне хотелось ему врезать. Жутко, до зуда в костяшках кулака. Так меня еще никто не обижал зазря.
— Теперь да.
Джастин вернул себе обычную улыбочку и подставил мне локоть.
— Прошу.
— Обойдешься, — я нервно заправила за ухо выбившуюся прядь и пошла к дому. Сама. Без поддержки.
Он тут же пристроился рядом. Принялся насвистывать незнакомую мелодию, вызывая во мне раздражение. Правда, вскоре это чувство сменилось любопытством.
— Думаешь, у меня таки стащили завещание?
— Уверен.
— А зачем?
— Глупый вопрос. Там же все документы на дом, на питомник. Ты что, их даже не удосужилась изучить?
Я от досады закусила губу и покачала головой. Что за отвратный талант постоянно выставлять меня дурой? Как он так умудряется?
О! Еще и добить решил своей прямолинейностью:
— Я уже молчу о том, что ты не убрала бумаги в сейф.
К закушенной губе добавился горячий румянец. Я опустила глаза, пробормотала мысленно: «Я даже не знала, что у меня этот сейф есть. Но тебе об этом не скажу».
Вслух же выпалила другое:
— Дейс уверяет, что в дом мог попасть только тот, кого магия питомника считает своим. Тот, кто уже не раз приходил ко мне.
— И кто к тебе приходил? — Джастин резко притормозил, взял меня за плечи и заглянул в глаза вопросительно.
— Ты, — я сделала паузу, но никакой реакции не дождалась. Вынужденно добавила: — И Максим. Все.
— А почему ты думала именно на меня?
— Потому что Дейса засадили в магическую клетку. В такую же, как ты сделал тогда для Матильды.
— Пффф, — этот звук сопровождался хохотком, — каждый, кто имел дело с фамильярами, умеет создавать такие клетки.
— Я не умею!
— Ладно, справедливости ради уточню, почти каждый. А тебя я научу. Чуть позже. Сегодня мне некогда.
Мы замолкли и какое-то время шли в тишине.
— Значит, это был Максим? — Как мне не хотелось в это не верить, но других вариантов не осталось.
— Совсем не факт, — не поддержал моей уверенности Джастин. — Если мошенники смогли надеть твою личину, когда продавали питомник, почему бы им так же не обмануть и дом? Это мог быть кто угодно, Лисетт.
Я окончательно растерялась.
— И что теперь делать?
Джастин словно невзначай приобнял меня за плечи, зашептал успокаивающе:
— Для начала выясним, на месте ли твои бумаги. Если нет, я вызову сюда своих ребят. Пусть они обыщут дом и снимут магические следы. А потом уже будем думать, что дальше.
Он вновь остановился, взял меня пальцами за подбородок.
— Но тебя мне придется посадить под магический арест. Здесь. В питомнике. Не в тюрьме. Только ты не сможешь покинуть территорию, пока ситуация не прояснится. Не обессудь. Дело заведено, ты главная подозреваемая. А единственный аргумент в твою пользу я не имею права разглашать.
Он развел руками.
— Дурацкая ситуация, не находишь?
Я задумалась, предложила с надеждой:
— А ты допроси меня с эликсиром правды. Чего проще?
Джастин с сожалением покачал головой.
— Не выйдет, Лисетт. Тут такая сумма на кону, что мне этот допрос попросту велят засунуть в...
Он запнулся, хмыкнул:
— Пошлют меня с ним, короче, куда подальше. Нам с тобой не повезло с покупателями. Слишком склочная парочка.
— Я бы тоже была склочной, если бы с меня слупили столько деньжищ за пустышку.
— Сами виноваты. — Джастин подал мне руку, помогая подняться по ступеням. — Пожадничали. Купились на дешевизну. Им мошенник предложил твой питомник за половину цены.
В гостиной документов не было. Собственно, я и не надеялась их там найти. Рассуждения Джастина казались совершенно логичными. Но от этого не стало менее обидно. Вот же растяпа!
В гостиной Джастин раскрыл кожаную черную папку и извлек из нее лист бумаги, перо, велел Дейсу принести чернильницу.
— Пиши заявление на пропажу документов, — сказал он. — Нужно все оформить по закону, тогда я смогу дать ход делу. Хорошенько вспомни ту ночь, все вплоть до мелочей.
Я уселась за стол, с опаской глянула на писчие принадлежности, но все-таки окунула перо в чернила. Хоть убейте меня, но таким я не писала ни разу в жизни. И вовсе не уверена, что смогу.
И точно! Вместо буковок на листе бумаги первым делом появилась здоровенная клякса.
Джастин заинтересовано приподнял одну бровь.
— Лисетт, только не говори, что не умеешь писать. Я же видел, ты знаешь грамоту.
От досады я закусила губу и нехотя призналась:
— Я не умею писать перьями. В нашем мире для письма было совсем другое устройство. Там чернила внутри, а не снаружи.
— А-а-а-а, — он понимающе кивнул.
— Мне надо потренироваться...
Я склонилась над бумагой, пытаясь выводить крявые кружки и крючочки.
Джастин какое-то время наблюдал за моими трудами, потом положил руку на плечо и склонился так низко, что коснулся моего затылка.
— Открою тебе секрет, — сказал он заговорщическим шепотом, — что это перо непростое. Его тоже делала Наташа. Самописец, как и твои кисти.
Я чуть отодвинулась, уже понимая, о чем речь, и обожгла его укоризненным взглядом.
— Тебе вообще не нужно писать. — Добил меня капитан. — Достаточно приставить перо к бумаге и мысленно начать диктовать текст. С остальным оно само справится.
Джастин сделал серьезное лицо, но было видно, что он с трудом гасит смешинки. Меня это разозлило.
— А сразу сказать не мог? Я тебе что, клоун в цирке? Забавляется он...
Получила вместо покаяния нахальную широченную улыбку. Швырнула перо на испорченный лист.
— Вот кто ты после этого?
Джастина моя тирада вообще не поколебала.
— Я? — переспросил он и произнес торжественно: — спаситель невинно оболганных девиц! Кстати, мне за заслуги положена благодарность.
— А морда не треснет?
— Нет, — он уверенно покачал головой.
Я прищурилась, пытаясь прожечь в этом непробиваемом чурбане дырку.
— И на какую награду месье капитан рассчитывает?
— О-о-о-о, — протянул он мечтательно. — У месье капитана уйма желаний. Но все их пока не обязательно исполнять. Ограничимся обещанием сходить с месье капитаном в ресторан.
***
Ясное дело, обещание из меня Джастин вытряс. Да и, по правде говоря, мне совсем не хотелось ему отказывать.
Перо легко скользило по бумаге, рождая в девственной белизне слова и строки. Я неспешно диктовала текст и краем уха слушала допрос хранителя.
— Да не запомнил я, кто меня заточил в клетку.
Дейсу было неприятно признаваться в своем промахе.
— Совсем ничего не запомнил? — Джастин прицепился к коту, как пиявка. — Подумай. Быть может какие-то звуки необычные, запахи? Что-то, чего не должно было быть?
