Скандал у алтаря. История униженной невесты (СИ) - Васина Илана

— Вы вне опасности, Ваша Светлость, — докладывает он, тяжело дыша. — Все противники повержены. Среди наших воинов трое тяжело ранены.

— Где дракон?

— Убрался восвояси, миледи. Поджав свой подлый, трусливый хвост.

— Поместите раненых в экипаж. Мы возвращаемся в усадьбу и... Дарн Ферий, что с эльфом?

На лице управляющего мелькает усмешка. При этом он медлит, будто подбирает подходящие слова. Нервы, и без того натянутые до предела, не выдерживают, и я с досадой бросаю:

— Да ради всего святого, хватит тянуть! Просто скажите, он предатель или нет?!

— Думаю, эльф к нам пришел все-таки по велению своей покойной бабки фэргю...

— Попрошу вас не путать. Пра-прабабки, — раздается сухой голос за спиной дарна. — Все мои бабки были чистокровными эльфийками.

Глава 36

Мой взгляд тут же выхватывает грязевые разводы на белой коже лица и испачканную в пыли тёмную одежду. Подумать только… И этого славного эльфа я всю дорогу подозревала в предательстве! Хотя стоит ли себя винить? Мой инстинкт не выдаёт список врагов в виде распечатанных отчётов.

Встречаю взгляд Элариэля. В зелёных глазах — сплошное спокойствие, будто мы чаёвничаем на светском мероприятии, а не находимся на поле боя.

— Насколько я поняла, именно вам мы обязаны капитуляцией дракона, — обращаюсь к нему.

— Я, кажется, уже объяснил, — он снисходительно пожимает плечом. — Вы обязаны этим моей пра-прбабке.

— В таком случае, могу ли я отблагодарить ее, удвоив вам жалование за последующий месяц?

— Вы платите мне достаточно. Просто позвольте быть рядом, пока опасность не минует.

Я киваю, и на этом мы сворачиваем разговор, потому что в просторный экипаж кареты заносят двух пострадавших воинов, из ран которых обильно сочится кровь. У третьего — бородатого брюнета, кажется, Михаэля, обожжена рука и часть торса. Вид вблизи ужасающий, а от запаха обгорелой плоти перехватывает дыхание. Тем не менее, мужчина, стиснув зубы, отказывается слезть с коня, и это его мужество однозначно вызывает уважение.

Стоит карете тронуться, быстро отрываю от нижней юбки полосы ткани, чтобы перевязать раны истекающим кровью. Главное — дотянуть до дома. Там, среди нанятых мною воинов есть профессиональный целитель.

Так и едем всю дорогу. Пока занимаюсь первым воином, прошу Труди прижимать импровизированный бинт к ранам другого. Как только мы, побитые и помятые, проезжаем сквозь знакомые ворота, вокруг нас начинается суета. Кто-то из слуг несет воду, кто-то помогает устроить пострадавших воинов во внутреннем дворике на лавках, рядом с фонтаном. Кто-то просто охает-ахает.

К счастью, целитель тут же принимается хлопотать вокруг раненых. По его приказу слуга разводит костер и закрепляет сверху котел с водой. Аромат дыма и трав немного перебивает запах крови и обгорелой плоти.

Заметив меня за спиной, с бинтами из чистых простыней, целитель со смешком бросает:

— Не извольте волноваться, миледи. Эти трое еще для вас повоюют. Не сразу, конечно. Может, недели через две, ну, или три — это уж, как получится.

— Все, что потребуется для их исцеления — говорю взволнованно, — дорогие лекарства, люди, неважно что еще… Только скажите дворецкому! Я приказала обеспечить вас всем необходимым.

— Благодарствую. Парочку настоев я бы им прикупил.

Успокоенная диалогом с целителем, направляюсь прямиком в кабинет Рейгара.

Ровным почерком пишу на желтоватом пергаменте послание юристу. Рассказываю о нападении и прошу его начать расследование в отношении дракона. Свидетелей у нас полно, Кринвуду будет не отвертеться.

Он, наверняка, надеялся, что сможет похитить меня, легко устранив всех защитников. Вот только не рассчитал, что среди воинов у меня окажется боевой маг и менталист.

Уверена, в королевстве не много драконов с темной чешуей, так что скоро Кринвуда затаскают по судам. Пусть теперь крутится, как мышь под метлой, доказывая, что это не он подстроил нападение!

Свое письмо запечатываю печатью мужа и вручаю управляющему, который едва успел смыть кровь с лица и глотнуть воды.

— Передайте, пожалуйста, господину Дюрэ лично в руки. Это срочно.

— Разумеется, миледи.

Когда он уезжает, с минуту я шагаю по комнате, а потом спускаюсь к Лии. Подстёгиваемая бурлящим адреналином, иду так быстро, что за мной едва поспевает стража.

Во мне бурлит злость.

Пока эта девица молчит, страдают невинные люди. Если раньше я, каюсь, поддавалась жалости, то отныне она никакого сочувствия от меня не увидит! Заключение за решетку, строгая диета и кошмары больше не кажутся мне достаточной мерой в ее адрес.

— Выбирай прямо сейчас, — сердито бросаю девчонке, помятой и растрёпанной, апатично лежащей на деревянном настиле. — Или ты на моей стороне, или ответишь за каждое свое преступление по полной.

— Что случилось? — бормочет та испуганно, привставая.

— Дракон напал на меня посреди бела дня в черте Филандиса. Есть выжившие свидетели. Ему конец, дорогуша, так что не советую покрывать проигравшего. Если прямо сейчас ты докажешь свое желание сотрудничать, тебе не отрубят руку за воровство и не отправят на каторгу.

Воровка бледнеет еще сильнее.

— Но как же… Это невозможно. Если бы дракон напал на вас, то никто бы не выжил… Кроме вас.

— Никто и не выжил бы, не найми я в последний момент менталиста и боевого мага. Пока последний стрелял в дракона магией, менталист спутал ему сознание, — развожу руками и усмехаюсь. — Твой дракон не ожидал такого сюрприза!

На лице девицы отражается внутренняя борьба. Ее грудь бурно вздымается, она кусает губы, глаза бегают по сторонам. До сих пор Лия делала ставку на свою верность Хозяину, уверенная в том, что он непременно одержит победу надо мной, беззащитной, юной аристократкой, и щедро её вознаградит. Но теперь оказалось, что несокрушимость Кринвуда была лишь иллюзией, как и беззащитность аристократки.

Нашла коса на камень.

Как и следовало ожидать, осознав, что Кринвуд сдал свои позиции и вот-вот проиграет, Лия тут же проявляет удивительную пластичность сознания. С тяжелым вздохом она выдает:

— В спальне Хозяина есть декоративная ниша справа от очага. Я заметила… случайно... Если передвинуть золоченую статуэтку над очагом, то задняя стена ниши отъедет и откроет тайник.

— Что в тайнике?

— Я не знаю… Я же случайно увидела….

— Что в тайнике? — говорю еще строже.

— Там достаточно доказательств, — говорит она, зло сверкнув глазами, — чтобы король отправил на казнь своего Главного Советника.

Глава 37

Следующие несколько дней пролетают в каком-то хаосе, будто в сумбурном сне. Господин Дюрэ, вечно под охраной, полностью погружён в юридические дела. А мне остаётся только сидеть дома — и, к сожалению, на то есть веские причины.

Первая причина — у ворот нашей виллы постоянно крутились какие-то подозрительные типы. Будто ждали, когда я выйду, но стоило стражникам сделать шаг в их сторону — сразу растворялись в переулках. В основном это были худощавые мужчины в потёртых плащах, скрывающие лица под капюшонами. Некоторые явно пытались казаться обычными прохожими, а другие даже не утруждали себя этим — просто стояли, скрестив руки, и сверлили ворота взглядом.

Вторая — и, пожалуй, главная причина, по которой я оказалась запертой в доме, — мне до сих пор не сделали пропуск в тюремную башню. Казалось, с каждым чиновником, хоть как-то связанным с этим вопросом, происходило что-то странное. Один вдруг серьёзно заболел, другой тянул время и обещал заняться бумагами «завтра», третий и вовсе потерял готовый документ, и господину Дюрэ пришлось начинать всё сначала. Чем дальше, тем больше это напоминало чей-то тщательно продуманный саботаж.

Ужасно хотелось наведаться к Эредару во сне и отплатить ему за палки в колеса — ведь в этой неразберихе ясно ощущалась рука судейского администратора.

Вот только с магией у меня тоже начались серьезные проблемы. Каждый раз, когда я во сне приходила в подземелье, Рейгара там не было. Я находила его вещи — ещё тёплые, хранившие его запах, — подбирала их, сжимала в руках. Казалось, он вышел на минутку и вот-вот вернется.