Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 11 (СИ) - Ло Оливер

Ветер взвыл, поднимая тонны пыли. Камни сорвались с мест, превращаясь в лавины, сметающие все на своем пути. Застывшие реки потекли, выходя из берегов бурными потоками. Я сломал печать статики, заставив мир вращаться. Мир пришел в движение, хаотичное и неукротимое.

Бог Застоя метался среди камнепадов, не в силах остановить хаос, который разрушал его привычный порядок. Его суть была нарушена, он потерял контроль над собственным домом, а потом и свою жизнь.

Третий — Бог Жадности. Его Домен был сокровищницей. Бесконечные залы, забитые золотом, драгоценностями, душами, запертыми в кристаллы. Это был лабиринт алчности.

Я пришел туда и просто открыл двери. Разрубил замки, сломал печати, разрушил стены хранилищ. Я выпустил все, что он копил тысячелетиями. Души улетели на свободу, растворяясь в свете. Золото превратилось в пыль под ударом моей воли. Драгоценности рассыпались песком.

Он остался королем руин, сидящим на горе мусора. Нищим на троне из черепков. Впрочем, недолго. До того момента как его существование не оборвалось.

Вернувшись в свой Домен, я чувствовал странное, глубокое удовлетворение. Хлоя права, я малость подобрел с того момента, как вернулся из мира демонов.

Слухи поползли мгновенно.

Боги болтливы, а новости о падении собратьев распространяются быстрее лесного пожара. Весть о том, что случилось с троицей захватчиков, разнеслась по Пантеону, обрастая пугающими подробностями.

Домен Дариона Торна — запретная зона. Человек, ставший Хранителем — табу. К нему нельзя лезть. Его нельзя трогать. С ним можно только договариваться, и то, если ты готов платить вперед и соблюдать его правила.

Я добился того, чего хотел. Покоя. По крайней мере, со стороны богов, которые теперь сто раз подумают, прежде чем косо посмотреть в мою сторону.

Вечером я сидел на веранде, доедая пиццу, которую принес с собой из Доминуса. Тень грыз корочку, довольно урча и виляя хвостом. В голове крутилась мысль. Она возникла внезапно, пока я наблюдал за тем, как быстро восстанавливается земля в месте, где стояли порталы в миры богов.

Мой Домен выдержал вторжение трех богов. Он адаптировался, менялся, защищался. Он реагировал на мою волю, становясь идеальной ловушкой и идеальным полигоном. Ткань реальности здесь была гибкой, послушной мне, но при этом невероятно прочной.

— Слушай, Кебаб, — обратился я к мечу, висящему на стене, — а ведь это гениально.

— ЧТО ИМЕННО, ГОСПОДИН? ПИЦЦА С АНАНАСАМИ? Я ВСЕГДА ГОВОРИЛ, ЧТО ЭТО ИЗВРАЩЕНИЕ, НЕДОСТОЙНОЕ ДАЖЕ ДЕМОНА! НО ЕСЛИ ВЫ ПРЕДЛОЖИТЕ КУСОЧЕК, Я ГОТОВ ПЕРЕСМОТРЕТЬ СВОИ ВЗГЛЯДЫ!

— Нет. Это место. Это идеальный тренировочный лагерь.

Я встал, подошел к перилам и посмотрел на созданный мною полигон. Скалы, лес, река. Все это было декорациями, которые я мог менять по щелчку пальцев.

В мире Ориата мои люди были сильными, смелыми, но смертными. Одна ошибка, один пропущенный удар, и человека нет. Мы теряли опытных бойцов, теряли талантливых новичков, и каждый раз это была невосполнимая утрата. И поэтому я часто чувствовал, что чего-то в этом не хватало.

Но здесь…

Здесь можно умереть тысячу раз и встать снова. Здесь можно довести себя до предела, перешагнуть его, сломаться и собраться заново. Здесь можно отрабатывать приемы, которые в реальном мире считаются самоубийственными, пробовать тактики, которые никто не рискнет применить в бою насмерть.

Может, конечно, менталочка немного пострадает, но это же мелочи на фоне того, что можно стать лучше себя прежнего!

— Эй, блохастый, — я посмотрел на Тени. — Как думаешь, наши ребята готовы к настоящему аду?

Пес поднял голову, посмотрел на меня умными глазами и коротко гавкнул. В его взгляде я прочитал: «Ты садист, хозяин. Но им это пойдет на пользу».

На следующий день я собрал ближний круг в особняке. Хлоя, Зара, Брина, Леон. Они выглядели удивленными, получив срочный вызов, но пришли без опозданий.

— Собирайтесь, — сказал я, оглядывая их. — Мы идем на пикник.

— Пикник? — переспросила Зара, подозрительно прищурившись и скрестив руки на груди. — С тобой это слово обычно означает резню, взрывы или путешествие на край света.

— В этот раз почти угадала. Мы идем в мой Домен. Тренироваться.

Я открыл портал. Золотистое сияние осветило комнату. Они вошли с опаской, но с любопытством, чувствуя исходящую оттуда силу.

Когда они оказались на поляне перед хижиной, я не стал тратить время на экскурсии и объяснения красот местной природы.

— Правила просты, — объявил я, вставая перед ними. — Это мой мир. Здесь вы не умрете. Точнее, вы будете умирать, будет больно, страшно и очень неприятно — это я вам гарантирую на сто процентов. Но вы вернетесь. Прямо сюда, на эту поляну, целыми и невредимыми, но с памятью о каждой секунде своей смерти. Правда, замечательно?

Я щелкнул пальцами, и ландшафт вокруг изменился. Лес стал гуще, темнее, деревья обрели хищные очертания. Из земли вылезли острые каменные шипы. В небе появились грозовые тучи, и пошел тяжелый, холодный дождь.

— Ваша задача — выжить. Пройти через полосу препятствий, убить всех монстров, которых я создам, и добраться до финиша. Я буду менять условия на ходу, адаптируя их под ваши слабости.

— И что будет, если мы не справимся? — спросил Леон, положив руку на меч. Он выглядел спокойным, но я видел напряжение в его плечах.

— Вы умрете. И начнете сначала. И так до тех пор, пока не пройдете идеально, разумеется, — по-доброму улыбнулся я.

Я создал первого монстра. Огромного теневого голема, точную копию того, что был в Ава-Лоре, только быстрее, сильнее и злее.

— Начали!

Это было жестоко. Я не давал им поблажек. Я хотел, чтобы они стали лучшими, и знал, что для этого нужно пройти через огонь. Да, безусловно, каждый был апостолом. И они даже справились с полубогами, но тем не менее… Никто не знает, что эти божки придумают снова. Я бы хотел, чтобы каждый из моих союзников представлял для них угрозу.

Леон умер первым. Он попытался атаковать голема в лоб, переоценил свои силы и был раздавлен каменным кулаком. Его тело исчезло во вспышке света и тут же появилось рядом со мной, целое, но дрожащее от фантомной боли.

— Какого хрена⁈ — заорал он, ощупывая грудь, проверяя, целы ли ребра. — Я чувствовал, как ломаются кости! Я чувствовал вкус крови! Я думал, ты просто преувеличиваешь!

— Боль настоящая, — напомнил я, откусывая кусок пиццы, которую захватил с собой. — Привыкай. Страх смерти — лучший учитель, но здесь он не парализует тебя навсегда.

Брина продержалась дольше. Она использовала лес, пряталась, стреляла издалека. Но я натравил на нее стаю быстрых тварей, адаптированных к поиску в укрытиях, и они загнали её в угол. Она погибла, сражаясь до последнего.

Зара сожгла пол-леса, устроив настоящий огненный шторм, но сама сгорела от магического отката, когда я увеличил плотность маны в воздухе до критической. Это был урок контроля, нельзя полагаться только на мощь.

Хлоя была самой упорной. Она чувствовала резню и была ее частью. Почти дошла до конца первого этапа, но попалась в гравитационную ловушку, которую я создал в последний момент.

Они умирали и воскресали. Снова и снова. Кричали, ругались, проклинали меня. Но с каждым разом они продвигались на шаг дальше.

Они учились на своих ошибках мгновенно, потому что цена ошибки была понятной и ощутимой. Они начали координировать действия, прикрывать друг друга, использовать свои сильные стороны.

Через неделю они изменились.

Их движения стали экономичными, идеально выверенными. Страх смерти исчез, уступив место холодному расчету. Они научились работать в команде, понимая друг друга без слов. Они перестали быть просто сильными одиночками и стали единым организмом.

Я смотрел на своих товарищей по команде и понимал: это работает.

— Кайден! — я связался с партнером через ретранслятор. — Готовь списки.