Романовы. От предательства до расстрела - Хрусталев Владимир Михайлович

Британский посол в Париже лорд Ф. Берти, узнав о революционных событиях в Петрограде и государственном перевороте 1917 года, с удовлетворением констатировал в своем дневнике:

Дорогой читатель, не кажется ли, что нынешняя ситуация в современном мире напоминает в чем-то уже пройденную эпоху? Стоит вспомнить и процитировать строки из воспоминаний великого князя Александра Михайловича, который писал о государе императоре Александре III (Миротворце) и его завете:

Прошел с той поры целый век, но вопросов возникает еще больше, чем ответов. Только тщательное изучение исторических источников позволит раскрыть еще одну тайну XX века.

Княгиня Ольга Палей с гневом упрекала Бьюкенена и Временное правительство еще в одном большом грехе:

Можно не только справедливо присоединиться к протесту и возмущению княгини (ее сын погиб вместе с великой княгиней Елизаветой Федоровной от рук большевиков в Алапаевске на Урале), но и отметить, что правительства Англии и Франции одними из первых официально признали Февральский переворот 1917 года и установление «демократического строя» в России. Английский король Георг V и его влиятельный премьер-министр Ллойд Джордж все сделали для того, чтобы царская семья не попала в Великобританию «до окончания войны», о чем свидетельствует дневник самого кузена царя «дорогого Джорджи».

Позднее было еще поступившее предложение русских дипломатов отправить царскую семью из «новой России» во Францию. Датский историк Бент Енсен по этому поводу написал:

Удивительно, но факт, что союзники по Антанте так быстро забыли заслуги императора Николая II и русской армии в этой Великой войне. Когда во имя спасения Парижа от захвата немцами была принесена в жертву в 1914 году 2-я русская армия генерала А. В. Самсонова, брошенная в срочное неподготовленное наступление в Восточной Пруссии, отвлекшая на себя дополнительную часть войск противника с запада, и тем самым тогда же были спасены от полного разгрома не только столица Франции, но и Английский экспедиционный корпус в Европе. Забыт был вклад в совместную борьбу с внешним врагом специальных бригад русских войск, которые государь направил во Францию и Грецию выручать Антанту. Недаром французский фельдмаршал Фердинанд Фош считал Россию «спасительницей Франции».

Лорд Ф. Берти, давая рекомендации об участи бывшего русского царя, также забыл, что именно государю Николаю II в недавнем прошлом король Георг V вручил фельдмаршальский жезл английских вооруженных сил и заверял в вечной дружбе и верности России, а теперь же поверженной династией Романовых пренебрегали все союзники по Антанте.

Более того, Георг V и английский королевский дом так и не осудили публично бессудное и варварское убийство большевиками Николая II, его семьи и представителей династии Романовых.

Семья Николая II

Многие сторонники самодержавия, оказавшись позднее в эмиграции, выдвигали версию о Февральской революции, а вернее военно-политическом перевороте, как о заговоре со стороны Антанты, но с внешне благовидной целью: якобы предотвращения выхода России из Великой войны и заключения сепаратного мира с немцами (что сделали на самом деле позднее большевики), тогда как в действительности главным здесь было нежелание союзников делиться плодами общей близкой победы (черноморскими проливами и не только ими) и попытка реально воспрепятствовать дальнейшему усилению Российской империи в послевоенное мирное время.

Напомним, что основной причиной устранения с политической сцены Григория Распутина были подозрения англичан о влиянии «старца» на царскую чету якобы в пользу заключения сепаратного мира с немцами. Эти ложные слухи специально подогревались, в том числе лидерами оппозиции, с целью создания революционной ситуации в стране и совершения государственного переворота. К этому делу попытались «подключить» Григория Распутина, государыню Александру Федоровну, сторонников «немецкой партии» и завязать всех одним прочным узлом. Каждая противоборствующая сторона все больше подливала масла в огонь, взаимно обвиняя друг друга во всех грехах. Феномен Распутина и «распутинщины» породил целый поток литературы, особенно в годы революции. Часто, критикуя эзоповым языком Распутина, журналисты и многие политические деятели метили в устои самодержавного строя и в определенный круг властей этого режима. Однако вот свидетельство Анны Вырубовой, на тот момент фрейлины императрицы:

И далее Анна Вырубова (Танеева) в эмиграции с возмущением писала по этому поводу (в воспоминаниях, опубликованных в 1920-х годах во Франции и Америке, которые частично были перепечатаны в последние годы в России):

Джордж Бьюкенен тонко играл на этом в своих корыстных целях и в воспоминаниях откровенно признается, что он был осведомлен о готовящейся ликвидации царского фаворита Распутина раньше других, но не посчитал нужным предупредить официальные власти, а по некоторым сведениям, способствовал этой акции: «За неделю до убийства Распутина я знал о предстоящем покушении на его жизнь» [16]. Более того, некоторые позднее установленные историками документальные факты, а также признания самих иностранных тайных агентов позволяют с уверенностью говорить о причастности к «акции по устранению старца» непосредственно Бьюкенена и представителей спецслужб Великобритании [17].