Системный рыбак 6 (СИ) - Шиленко Сергей

— «Ты»⁈ — от этого короткого слова воздух вокруг нас мгновенно раскалился. — Практик жалкой стадии закалки тела смеет обращаться ко мне на «ты»? Я не посмотрю на то, что у тебя сильный наставник, за подобное неуважение к заместителю главы секты полагается преподать урок провинившемуся.

На её левой ладони вспыхнул небольшой шар пламени, но от него шёл такой жар, что свечи на соседних столах начали оплывать.

По залу прокатилась волна паники. Кто-то вскрикнул, по полу заскрипели ножки отодвигаемых стульев, музыка вновь оборвалась. Я почувствовал на себе десятки взглядов, и в каждом из них читалось неутешительное «он покойник».

Игнис за своим столом удивлённо погладил бороду.

Я же даже не шелохнулся. Совершенно не обращая внимания на паникующих людей и бушующий жар, просто поднял правую руку. Браслет из белоснежной духовной нити на её левом запястье дрогнул, узел, который не развязывался триста долгих лет, плавно распустился сам собой.

Беллатрикс замерла на месте, потрясённо глядя, как один конец нити, сорвавшись с её руки, полетел прямо к моей ладони и мягко лёг на кожу, надёжно соединяя нас двоих.

Смертоносное пламя на её руке дёрнулось и потекло по этой нити прямо ко мне. Используя технику «Дыхание горна», я спокойно втягивал в себя этот огонь, направляя его в ту же область груди, где спало фиолетовое пламя.

Через несколько секунд ладонь женщины погасла, а невыносимый жар в зале сменился приятной прохладой.

Беллатрикс стояла совершенно оглушённая и смотрела на своё опустевшее левое запястье, где теперь виднелась лишь тонкая белая полоска незагорелой кожи.

— Как⁈

— Это моя духовная нить, — я смотрел на неё, и что-то внутри меня смягчилось. Жёсткость, которую я носил как броню все эти недели в новом мире, вдруг показалась ненужной. — А ты, смотрю, всё также легко выходишь из себя, Белка, совсем как тогда, в кочегарке.

При слове «Белка» она вздрогнула всем телом. Гнев ушёл, оставив после себя что-то другое. Растерянность? Недоверие? Страх поверить? Её взгляд метнулся к моему лицу. И чем дольше она смотрела, тем более обескураженной выглядела, будто отчаянно пыталась узнать кого-то близкого, но не находила знакомых черт.

А потом Беллатрикс взглянула в мои глаза и замерла.

Уж не знаю, что именно она там увидела. Может, тот же спокойный, чуть насмешливый прищур, с которым я когда-то лежал посреди пара в купальнях, объясняя ей физику взрыва масла и воды, может, поварскую серьёзность, с которой готовил ей шакшуку наутро после катастрофы, а может, и что-то ещё.

— Иви? — прошептала она почти беззвучно, так тихо, будто боялась спугнуть судьбу или ошибиться.

— Ив, — мягко поправил я.

Воцарилась тишина. Зал исчез, музыка пропала, гости и шум голосов растворялись в пустоте, остались только её изумрудные глаза, широко распахнутые и очаровывающие своей магической чистотой.

Её рука поднялась так медленно, будто двигалась сквозь воду, пальцы коснулись моей щеки, осторожно, почти невесомо, словно она боялась, что я рассыплюсь от прикосновения.

— Я искала тебя триста лет… — её глаза заблестели, от влаги нежно подрагивающей в освещении ресторана. — Обшарила каждый уголок, перевернула камни и библиотеки, допросила сотни Ивов… — она осеклась и сглотнула. — Где ты был всё это время, и почему у тебя теперь совершенно другое лицо?

— Это моя настоящая внешность, — я накрыл её ладонь своей. — Не думал, что ты ищешь меня столько времени. Если бы знал…

Фраза оборвалась, потому что я действительно не представлял, что бы сделал. Да и что можно сделать, когда твоя душа проваливается на триста лет в прошлое, а потом возвращается в тело, которое ещё даже не родилось?

Глава 10

Она на мгновение прикрыла глаза, уходя куда-то вглубь себя, и в этот момент я вспомнил одну важную деталь, относившуюся к тем временам.

— Погоди, у тебя ведь долг жизни передо мной, — я задумался. — Насколько знаю, неоплаченный долг жизни блокирует путь к возвышению, но ты явно не застопорилась на второй ступени. Как?

Беллатрикс моргнула, будто мой вопрос вырвал её из транса.

— Всё верно. Есть много разных концепций помогающих в возвышении, и концепция долгов наиболее часто избираемая практиками праведного пути, — она говорила медленно, подбирая слова. — Я её придерживаюсь, и моя культивация должна была остановиться сразу после твоего исчезновения. Но триста лет назад Небо дало мне отсрочку. По неведомой причине долг как будто поставили на паузу.

Она помолчала, но потом продолжила.

— Благодаря этому я смогла развиваться и достичь того же уровня, на котором находился Броулстар. Однако шестнадцать лет назад путь вдруг закрылся, и теперь я стою в шаге от пятой ступени, но не могу прорваться, — она смахнула невидимую пылинку со стола и усмехнулась. — И только теперь я наконец поняла истинную причину: Небо дало мне эту отсрочку именно потому, что тебя просто не было в этом мире, а значит, и некому было возвращать долг. Но когда ты заново родился шестнадцать лет назад, срок действия отсрочки закончился. Небо поистине справедливо.

Я мысленно согласился с её выводами. Видимо, небесная канцелярия и вправду работала без сбоев, строго соблюдая законы.

Кстати, только сейчас заметил, что всё ещё держу в руке духовную нить. Мысль о том, что нужно сделать, пришла сама: я просто влил в неё немного энергии.

Нить послушно откликнулась, расширяясь и уплотняясь под моими пальцами. Добавил чуть больше духовной энергии, и внутри нити стали вспыхивать мельчайшие точки. Получилась белоснежная лента, мягко мерцающая, словно далёкие блики звёзд.

Мановением руки направил её вверх. Лента послушно взлетела, скользнула к Беллатрикс и вплелась в её волнистые локоны.

— Браслет напоминает оковы, так намного лучше, — улыбнулся. — А что касается долга жизни, остановившего твою культивацию, то не переживай, я обязательно что-нибудь придумаю с его погашением.

Беллатрикс подняла руку и коснулась ленты кончиками пальцев. Её щёки чуть порозовели, хотя она явно пыталась это скрыть. В этот момент она стала похожа на ту юную девчонку из купальни, которая совершенно не умела сдерживать свои эмоции.

Тут я внезапно заметил, что в зале подозрительно тихо, и обернулся.

Все смотрели на нас. Гости застыли, музыканты замерли, даже Молли остановилась, балансируя посреди зала на одной ноге с подносом. Рональд Серебряный Лотос сидел с открытым ртом, Серена выглядела так, будто ей только что сообщили о конце света, а Игнис…

Этот чёртов старик показывал мне большой палец с совершенно непотребной ухмылкой на лице.

М-да, слишком публично всё получилось. Я откашлялся в кулак.

— Белка, думаю, нам стоит продолжить этот увлекательный разговор немного позже. Давай дождемся закрытия ресторана, когда здесь не будет лишних ушей.

— Подожди, — Беллатрикс шагнула ко мне, её лицо снова стало серьёзным. — Кое-что нужно уладить прямо сейчас.

Я приподнял бровь и уже собрался спросить, что за срочное дело у неё ко мне, как вдруг в лицо мне прилетела звонкая пощёчина.

Звук удара эхом разнёсся по притихшему залу. Гости дружно ахнули, Кай сполз под стол, а я стоял в тихом афиге.

— За что⁈

— Ну как тебе ощущения? — Беллатрикс смотрела на меня с непроницаемым лицом. — Настоящая ли это пощёчина или иллюзорная? Считай это моим ответом на то, что триста лет назад ты посмел назвать меня жалкой иллюзией.

А?

Следом в памяти всплыл наш последний разговор в недрах вулкана с фиолетовой лавой.

— Так это всё… было иллюзией?

— Иви, о чём ты говоришь? Какая иллюзия? Я не понимаю… — Белка смотрела на меня широко распахнутыми глазами, в них смешались шок и страх.

— Меня зовут не Иви, а Ив, — перебил я тогда. Она открыла рот, но я не дал ей ничего сказать. — Я бы хотел, чтобы ты оказалась настоящей. Правда хотел бы, но увы…