Вместо ответа Исангер выпустил крылья и, скрытый заклинанием, спикировал вниз.
Эйвин
Мерзкую удавку было никак не снять. Раздражённая ощущением, будто мне отрезали пару конечностей и органов чувств, я не сразу уловила, что во дворе началась какая-то суета. Наша охрана спешно покидала пост.
На выходе я столкнулась с взволнованным отцом.
— Королевская армия начала наступление, — он вытер платком пот со лба. — Все готовятся к бою. Я должен ехать туда, ещё не поздно начать переговоры.
Мы с мамой смотрели на него с восхищением и сожалением. Кажется, время переговоров давно ушло.
— Но ведь там опасно! — всплеснула руками мама.
— Я с тобой! — быстро сказала я. — Не спорьте! Я дракон! Я могу постоять за себя и прикрыть папу.
Только сначала найду Исангера и разузнаю, как снять удавку.
Родители, похоже, уже смирились, что их дочь совершенно вырвалась из-под их опеки. Отец лишь расстроенно махнул рукой в сторону экипажа.
Мы быстро ехали по пустым улицам, лишь за городом местами приходилось просить разойтись людей, спешащих на помощь повстанцам. На месте отец попросил меня оставаться в экипаже, но я не послушалась. Как тогда Исангер найдёт меня?
Я не ошиблась. Долгую минуту я растерянно осматривала последние приготовления к сражению. Люди с оружием спешили в ущелье, туда же катили телеги с грузами, рядом торопливо разбивали многоместную палатку медиков. Но уже скоро я почувствовала присутствие дракона. Моего дракона.
Исангер не успел сказать мне ни слова. Рядом с ним тут же появился старший Одарслейв. Люди вокруг не сразу обратили на них внимания, а вот папа мгновенно заметил.
— Надо остановить это! — он бросился к главе клана. — Нам нужны переговоры! Вы сможете передать письмо той стороне?
Белоголовый хмыкнул.
— Кажется, по эту сторону переговоров хотите только вы.
Отец в отчаянии оглянулся.
— Вы видели расположение войск сверху. Что скажете? Кто победит?
Одарслейв устало вздохнул.
— Смерть. Она точно будет сегодня в выигрыше. В ущелье будет бойня.
— Вот! — папа сунул ему конверт с письмом. — Приведите делегатов. Я уговорю наших.
Скептически поджав губы, старший дракон всё-таки взял письмо. Я обнаружила, что нас окружают люди, жадно ловящие каждое слово разговора.
Когда Одарслейв растворился в воздухе, нас взяли в кольцо. Исангер явно был недоволен тем, что я здесь. Он молча сжал мою руку, оберегая от нечаянных толчков в толпе.
— В штаб, — пояснили папе на вопрос, куда нас ведут.
Те, кто руководил восстанием, были на той самой линии обороны, где ожидалось столкновение. По ущелью уже разносился глухой шум — армия Даларны была близка.
— Хватит, Линнфро, — бросил отцу рабочий, знакомый мне по собранию "Чёрного братства". — В Даларне не хотят нас слушать.
— Они послушают, — уверенно заявил отец. — Виттан Четвёртый решил не использовать драконов в битве. Это уже уступка! А где одна, там и другая.
Вдали поднялись клубы пыли, шум, усиливавшийся в последние минуты, стих. Когда пыль осела, стали видны бесчисленные ряды солдат в синей форме.
Прода 45
Эйвин
Прошло несколько напряжённых минут. Королевское войско не двигалось. Миинатцы тоже замерли в ожидании.
Я почувствовала лёгкую вибрацию магии на коже. Должно быть Исангер прикрыл меня защитным заклинанием. Он всё ещё не выпускал мою руку, но стоял немного впереди, как будто закрывая меня плечом от того, что впереди.
Я как раз хотела шёпотом сообщить ему про удавку на руке, как в небе появился Одарслейв. Он приземлился на полосе между двумя войсками.
— Советник короля согласен на переговоры, — крикнул он в нашу сторону.
Папа растолкал окружавших его бойцов, перебрался через насыпь камней и земли и встал рядом с драконом.
Вскоре послышался стук копыт, эхом разносившийся по ущелью. Королевские войска расступились, пропуская наездника в богато украшенном мундире. Когда он спешился, лидеры повстанцев переглянулись и присоединились к отцу.
О чём вёлся разговор, слышно не было. После настороженного знакомства разговор шёл сначала напряженно. Но чем дольше он длился, тем более свободными становились жесты, громче восклицания, увлечённее споры.
— Нам пора, — шепнул Исангер.
— Нет, не сейчас.
Я не могла оставить отца, не будучи уверенной в его безопасности.
В конце концов советник короля подозвал командующего войском. Тот отдал зычную команду. Солдаты развернулись. Я, как и все вокруг, во все глаза смотрели на это, всё ещё не веря, что сражения не будет.
Но нет, королевское войско, действительно уходило. Хотя переговоры ещё не закончились, было понятно, что речь уже идёт не о столкновении, а об условиях перемирия.
Большой, высокий мужчина рядом со мной с облегчением выдохнул и сел прямо на землю. Кто-то в толпе утирал слёзы радости. Один из бойцов возле нас снял шапку и вытер со лба пот.
— Хорошо, когда сегодня, оказывается, не нужно умирать, — улыбнулся он мне.
Я ответила ему радостной улыбкой, перевела взгляд на переговорщиков и по спине пробежал холодок. Алвар Одарслейв смотрел на меня, слегка нахмурившись, как будто пытаясь что-то вспомнить. Или кого-то.
Исангер тоже это заметил. Он потянул меня назад, пряча за спины бойцов.
— Незаметно отходи назад и скройся заклинанием, — шепнул он.
— Не могу, — вспомнила я и показала ему край светящейся золотом удавки. — Мне пришлось…
По лицу Исангера было видно, как ему хочется выругаться, но он сдержался.
— Потом расскажешь.
Дракон подталкивал меня назад, незаметно уводя всё дальше, теряясь за спинами людей, орудиями и ящиками. Когда мы скрылись из вида Одарслейва, он схватил меня на руки, набросил скрывающие чары и взлетел.
Я покрепче вцепилась в его шею, чувствуя непреодолимое желание прикоснуться к ней не только руками, но и губами.
— Не надо, — как почувствовал Исангер. — Нам нужно спешить.
Пришлось сдержаться.
Умом я понимала, что наконец-то всё закончилось. Миинат и Даларна, люди и драконы, рабочие и аристократы — будут вести переговоры. Больше не надо переживать за родителей, за Исангера, за знакомых из братства. Но радоваться пока не получалось, потому что оставалась одна, последняя угроза.
Мы приземлились на балконе одного из домов на окраине Вуори. Дракон толкнул дверь и по-хозяйски прошел в комнату.
— Напиши родителям записку.
Он кивнул в сторону письменного стола, сам же достал чемодан и стал что-то в нём искать.
Я обескураженно села за стол, взяла бумагу и карандаш.
— Что писать?
— Что я унёс тебя на край света, — раздался тихий голос прямо над ухом.
Сильная мужская рука бережно сжала моё запястье. Удавка натянулась от каменного лезвия, но её обрывки тут же опали на пол. Я наконец вздохнула с облегчением.
— И что ты обязательно их навестишь, когда будешь носить другую фамилию.
Я уже забыла про письмо. Мне не хотелось ни на край света, ни отпускать его руку.
— Поторопись, — Исангер прижался губами к моей макушке. — Алвар может вернуться в любую секунду.
— Алвар… — я помрачнела, затем взглянула на дракона. — Я хочу убить Алвара. За родителей. За родных. За всех.
— Ничего не выйдет, — отстранённо ответил Исангер.
Я обернулась, глядя ему в лицо.
— У тебя получится. Я же видела, что ты делал с Роганом, как заставил его…
— Ничего не выйдет, даже если я его убью. Смерть не приносит покоя. Ненависть не приносит покоя.
Он погладил меня по волосам.
— Лучшей местью для них будет, если ты выживешь, Эйвин. Прошлое не изменить, но у нас ещё есть немного времени, чтобы сделать будущее таким, как мы хотим. Поспеши.
Я вздохнула, соглашаясь, и наспех черкнула несколько строчек для мамы и папы.
— Куда теперь?
— Отправим письмо с посыльным, — Исангер обнял меня, жадно вдыхая запах, — и в Даларну. К ближайшему храму на пути в мой замок. Туда, где ты наконец-то станешь моей женой.
