Детальки начали возвращаться. Одна за другой они влетели обратно. Большая часть залетали в кольцо.
— Его нет в Широково, — озвучила Лора.
— А за стенами?
— Болванчик проверил периметр на километр за стеной. Пусто. Ни магических следов, ни физических.
Я убрал Болванчика на запястье и откинулся на спинку стула. Федор просто испарился. Хотя, чего я вообще за него беспокоюсь? Он взрослый, самодостаточный человек на территории другого государства. Кто тут главный, того и обязанности.
— Может, ушел вглубь Дикой Зоны? — предположил я.
— Может, — кивнула Лора. — Но оно тебе надо?
Мне это не нравилось. Совсем не нравилось.
* * *
Телефон завибрировал, когда я шел обратно в спальню.
На экране: «Романов П. П.»
— Доброе утро, Петр Петрович, — ответил я, остановившись у окна в коридоре.
— Здравствуй, Михаил. Не разбудил?
— Нет, я уже позавтракал и провел разведку местности. А вы?
— А я не ложился, — хмыкнул он. — Документы, сам понимаешь. Работа царя она такая…
Я усмехнулся. Петр Петрович принял страну в том состоянии, в котором оставил ее отец. А Петр Первый, при всех его талантах, после себя оставил столько бумажной работы, что новому царю впору было нанять еще одного себя.
— У меня к тебе просьба, — Романов помолчал секунду. — Мать хочет с тобой повидаться.
— Катерина?
— Да. Она хочет увидеть всех. Тебя, Эля, Валеру, мисс Палмер. Если возможно, сегодня вечером в Кремле. Я все организую, не переживай. Только приезжайте.
Мне показалось, что в его голосе что-то дрогнуло. Очень похоже, что это тщательно скрываемая тревога сына, который понимает, что времени у матери немного.
— Конечно, — сказал я без раздумий. — Буду к вечеру. Свяжусь с остальными.
— Спасибо, Михаил. Вас встретят. И… не говори матери, что я звонил с утра. Она считает, что царям положено нормально спать.
— Договорились, — улыбнулся я.
Положил трубку. За окном тянулся заснеженный парк, а за ним серая громада стены Дикой Зоны, уходящая к горизонту.
— Лора, свяжись с Элем, Валерой и мисс Палмер. Сегодня вечером мы в Кремле.
— Уже отправила сообщение Элю. Он согласился. Валера спросил, нужно ли надеть галстук? Мисс Палмер написала «Ок».
— Скажи Валере, что галстук не обязательно, а вот штаны крайне желательно.
— Передала, но он обиделся.
* * *
КИИМ.
Столовая.
После занятий.
Столовая гудела. Сотни студентов расселись по длинным столам, гремели подносами и вилками. Наша компания заняла привычный стол у дальней стены. Дима справа от меня, Антон слева. Напротив Фанеров и Виолетта. Перед Фанеровым стояли две тарелки супа и три котлеты.
— Женя, ты за троих берешь? — хмыкнул Дима, кивнув на его поднос.
— Растущий организм, — невозмутимо ответил Фанеров, орудуя ложкой. — Бердышев, не лезь не в свое дело.
— Тебе двадцать лет.
— Я, кажется, сказал, чтобы ты не лез не в свое дело!
Виолетта тихо хихикнула, прикрыв рот ладошкой.
Я ковырял котлету и чувствовал на себе взгляды со всех сторон. Студенты за соседними столами то и дело косились в нашу сторону. Кто-то фотографировал, даже не скрываясь.
— Смотри, это Кузнецов…
— Тот самый? Царь Сахалина?
— И он реально тут учится?
— Миша, ты как местная достопримечательность, — усмехнулся Антон, попивая компот. — Третья группа за сегодня фотографирует.
— Скоро памятник поставят, — добавил Дима. — Прямо у входа в столовую. «Здесь обедал царь. Котлета была так себе».
Я фыркнул.
— Ладно, пока меня не отлили в бронзе, у меня новость. Сегодня вечером я уезжаю. Прием в Кремле.
Все разом уставились на меня.
— Романов пригласил? — первым среагировал Дима.
— Его мать. Катерина хочет повидаться. Так что после ужина не ищите.
— Ого, — Фанеров даже перестал жевать. — А мы?
— Не в этот раз, Женя. Узкий круг.
Фанеров вздохнул с видом человека, которому отказали в добавке, и вернулся ко второй тарелке супа. Кажется, существо внутри него тоже хотело кушать.
Антон поставил стакан и посмотрел на меня своим фирменным спокойным взглядом.
— Миша, кстати, — произнес он. — Завтра приезжают мои родители.
Я приподнял бровь. Визит родителей в КИИМ можно было списать на родительскую заботу, но интонация Антона подсказывала другое.
— Скорее всего, хотят поговорить с тобой, — добавил он. — Отец не сказал напрямую, но я его знаю. Он бы не потащил маму через полстраны просто чтобы проверить, стираю ли я носки.
— Учитывая, что его зелье спасло мои каналы, было бы невежливо отказать, — кивнул я. — Передай, буду рад.
Антон чуть заметно кивнул.
— Передам.
— А мне, — вздохнула Лора за моим плечом, — опять за тебя краснеть перед важными людьми. Хоть бы причесался.
Я сделал вид, что поправляю волосы. Виолетта удивленно посмотрела на мой жест, но промолчала.
* * *
Кремль.
Москва.
Вечер.
Мы доехали до Кремля без происшествий. Зимняя Москва встретила нас морозным воздухом, толпами людей и запахом снега.
Нас было четверо.
Валера оделся прилично: темное пальто, ботинки, даже шарф повязал. Правда, шарф был обмотан так, будто его накручивал пятилетний ребенок с завязанными глазами, но в целом сойдет.
Эль наконец вернулся в человеческое обличье. Высокий, стройный мужчина лет тридцати пяти. Темные волосы, красные глаза спрятаны за тонированными очками. Дорогой костюм сидел на нем безупречно.
Мисс Палмер была в строгом деловом платье с классической сумочкой известного бренда. Выглядела очень стильно и модно.
У входа в Кремль нас пропустили во внутренний двор, даже не проверив документы. Скорее всего это было связано с иностранными номерами.
Петр Петрович Романов стоял в расстегнутом кителе, руки в карманах. Под глазами залегли тени от бессонной ночи, но держался он прямо. Рядом Катя и Анастасия. Обе в длинных черных шубах.
— Добрый вечер, — Романов пожал мне руку. Крепко, по-деловому. — Спасибо, что приехали.
— Не за что, Петр Петрович.
Катя робко улыбнулась и поздоровалась со всеми. Анастасия ограничилась коротким кивком. Валера, который до этого вел себя подозрительно тихо, наклонил голову и с искренним удивлением посмотрел на Анастасию.
— А где твои два телохранителя? Те мелкие девчонки, которые всегда за тобой ходили?
Анастасия приподняла бровь.
— Отпустила их погулять по Москве, — невозмутимо ответила она. — Выходной.
— А кто тогда тебя охраняет?
— Мы в Кремле, — Анастасия посмотрела на него как на ребенка. — Здесь меня охраняет вся кремлевская гвардия.
— Логично, — согласился Валера и повернулся ко мне. — Забавно, что она до сих пор полагается на этих бедолаг.
Анастасия закатила глаза, но я заметил тень улыбки в уголках ее губ.
Романов жестом пригласил нас внутрь. Мы прошли через парадные двери и двинулись по длинному коридору с высокими потолками, расписанными золотом. Катя шла рядом с отцом, то и дело оглядываясь на нашу компанию.
* * *
Царицу мы нашли в просторной комнате с видом на ночную Москву. Мягкий свет, тяжелые шторы, кресла вокруг невысокого стола. На столе стоял чайный сервиз с вазочкой печенья.
Она сидела в кресле у окна. Домашнее платье, палантин на плечах. Выглядела она спокойной и приветливой. Улыбка, прямая спина, ясный взгляд. Все, как подобает царице.
Но Лора видела другое.
— Миша, — тихо сказала помощница, встав рядом. — Она очень плоха. Давление скачет. Температура выше нормы. Энергетические каналы нестабильны. Организм работает на износ. Она держится на чистой силе воли.
Я коротко кивнул, стараясь ничем не выдать того, что знаю.
— Добрый вечер, Катерина Алексеевна, — первым поздоровался я, слегка наклонив голову.
