Злодейка предпочитает дракона (СИ) - Шаенская Анна

— Король наполовину инкуб. У него мощная устойчивость ко всем видам внушений, хотя он сам владеет ими в совершенстве, — ответила Лиса. — Но в целом ты права, если долго держать Эдуардо в отключке и петь каждую ночь в течение двух-трёх недель, то даже ему можно внушить что угодно.

Думаю, в этом смысла больше, чем травить его. По книге король давно и тяжело болел. Наверное, его просто методично обрабатывали и промывали мозги, но что пошло не так после Полуночного бала? Почему заговорщики резко сменили тактику и убили его? Или случайно ошиблись с дозой снотворного?

— Аша, а тебе не кажется, что Амаранте в последнее время катастрофически не везёт? — задумчиво протянула я.

— Подозреваешь, что это она призыватель? — насторожилась Лиса. — Да ну… нет, слабовата она для таких финтов.

— Тогда кто? Не королева же? — я устало зевнула.

Спать хотелось немилосердно, я отключалась на ходу. Но тяжёлые мысли всё равно не давали покоя.

Беатриче не может быть призывателем, ведь она давно замужем. А та девушка, из-за которой сражались драконы, была в свадебном платье. Или… она не призыватель?

Я невольно поёжилась. Как бы не вышло, что дева в разорванном платье это… я.

— Эй, ты чего? — фыркнула Лиса.

— Размышляю.

— И как успехи?

— Плохо.

— Значит, спать пора, — решительно объявила Аша. — Так Дурман всегда говорит. Если плохо думается — иди спать!

— В этом что-то есть, — я невесело усмехнулась.

Хотела ещё разузнать у Лисы о предстоящей дуэли и просить совета, но она клялась, что к утру связь между нами окрепнет и мы сможем общаться мысленно. Так что отложим обсуждение. Поговорим, пока буду собираться и ехать до опушки.

— Пошли спать, — повторил дух, — утро вечера бодрее…

— Мудрее.

— Тут кому как повезёт, — фыркнула Аша, — о гостях не беспокойся, я сигналки расставила. Но после визита генерала пару дней должно быть тихо.

Надеюсь… Главное, чтобы и сам Леон больше не приходил.

Возможно, сказывалась усталость. Но мне совершенно не нравилась буря эмоций, которую дракон будил в моей душе. Ещё когда читала книгу, чувствовала особую связь с ним. А сейчас всё стало гораздо хуже.

Не знаю, как долго смогу врать ему. Быть Реджиной рядом с другими не так сложно, хотя мне всё равно не нравилось лгать настоящим людям, а не таким же актёрам, играющим свою роль.

Но едва ко мне приближался Леон, маска леди Альтис осыпалась пеплом. Не спасали ни актёрский опыт, ни талант, ни осознание, что от этого спектакля зависит моя жизнь.

Он — угроза! Нужно держаться от дракона как можно дальше. Любой ценой, пока не стало слишком поздно.

Леон Веласкес

— Помимо стражи в саду были три фрейлины: леди Лавьер, леди Орсель и леди Тьеви, — доложил помощник. — Они прогуливались неподалёку, но не приближались к королевскому крылу и ничего не видели.

— Они прогуливались вместе?

— Нет. У леди Лавьер кружилась голова из-за духоты, она отдыхала в беседке у пруда. А госпожа старшая фрейлина и леди Тьеви гуляли по оранжерее. У Орсель тяжёлая бессонница, но принимать зелья она не желает…

— Я знаю.

Марион блуждала по саду каждую ночь, Тьеви часто сопровождала её. Но обе слишком умны, чтобы опуститься до подобной глупости и бросить в окно Реджины камень.

Да и Амаранта не казалась сумасшедшей. Воспитанница архиепископа расчётлива и невероятно хитра. Я не сомневался, что в саду она находилась не просто так. Слишком часто в последнее время у неё кружилась голова. И, что важнее всего, кружилась она как раз накануне странных и загадочных происшествий.

Я пробежался взглядом по списку магов, оставшихся после бала в гостевом крыле. Никто из них не покидал своих покоев и не вызывал подозрений. Никто, кроме принцев.

— Прикажете пригласить леди на допрос? — уточнил Джеймс.

— Нет. Возвращайся на пост. Дальше я сам разберусь.

Едва остался один, отложил бумаги и направился к небольшой жаровне. До рассвета ещё три часа, но сон мне не светил, а пить зелья перед дуэлью запрещено.

Я невольно поморщился. Бой с Алонзо не входил в мои планы, но новость о его помолвке с Реджиной сработала как удар под дых.

Да уж… Если бы ещё вчера кто-то сказал мне, что буду ревновать Альтис, я бы вызвал бедолаге целителя-мозгоправа. Но сейчас от одного воспоминания об искрящихся фиалковых глазах девушки внутри вспыхивало пламя.

— Безумие… — фыркнул, разжигая жаровню и засыпая в джезву кофе.

Крепкий, без сахара, но с корицей. Реджина ненавидела её аромат и пила кофе исключительно с молоком. Пожалуй, стоит предложить ей чашку. Только я заранее знал, что она согласится и… ей понравится.

Потому что это ненастоящая Альтис.

Ночная встреча развеяла последние сомнения, зато породила массу новых вопросов.

Кто прибыл во дворец под видом Реджины? Знает ли королева о подмене? Что-то мне подсказывало, что она и была её инициатором. Вопрос лишь в том, для чего весь этот спектакль?

Но ещё интереснее, куда пропала настоящая Альтис? Я безошибочно ощущал её присутствие и дурманящий флёр магии. Тяжёлый, душный, давящий. Он резко отличался от собственной ауры лже-Реджины.

Её энергия была живой, яркой. И плясала, словно огонь свечи на ветру, вспыхивая алыми искрами и сливаясь с далёкими отголосками тоэйры.

Иногда на её образ накладывалась личина Альтис, как недавно в комнате. Вначале я не сомневался, что вижу именно Реджину. Знакомый взгляд, острый и колючий, полный безмолвного вызова. Знакомые шутки и намёки.

Впрочем, это можно сыграть и подделать, но магию не обмануть. Эта девушка ощущалась как Альтис, мне вновь не хотелось приближаться к ней. На миг почувствовал уже привычный холод и услышал раздражённое рычание зверя.

Дракон унюхал Реджину и отреагировал как всегда: злостью и презрением.

Я почти поверил, что ошибся. Но впечатление оказалось мимолётным, как следы на песке. Лже-Реджина красиво начинала и быстро пасовала, не доходя до края. Ей не хватало грубого напора настоящей Альтис, её безумия и шального желания.

Реджина не умела останавливаться и… никогда не просила прощения!

«Прости… прости меня за всё…»

Перед глазами снова вспыхнуло лицо незнакомки. Её взгляд — опустошённый, полный неподдельной боли. Она была другой, нежной и хрупкой. Той, кого хочется спрятать от всего мира и защитить любой ценой.

Но настоящая Реджина никогда не показывала слабости. Она убила бы любого, кто посмел увидеть её разбитой и неидеальной.

Именно в этот миг всё рухнуло… Образ Альтис вновь рассыпался пеплом.

Это точно не она! Хотя что-то упорно заставляло меня верить ей. Стоило отойти от Реджины, как подозрения размывались, стирались из памяти. Это настораживало особенно.

Но главная странность заключалась в том, как на неё реагировал дракон. Нас обоих невыносимо сильно тянуло к этой чужой и незнакомой Альтис.

И судя по реакции кронпринца и архимага, не только меня.

Вопрос в том, знают ли они, что Реджина ненастоящая?

Я устало потёр переносицу. Как использовать эту информацию пока не представлял. И не мог вызвать лже-Альтис на открытый разговор. Сперва нужно найти доказательства, а ещё выяснить, как со всем этим связана королева и что замышляет Реджина на самом деле.

Сговор с Альфредо уже не казался логичным. Хотя именно это стало причиной, по которой её срочно вызвали во дворец и сделали фрейлиной. Беатриче хотела пресечь вербовку на юге. В противном случае Реджина успела бы переманить на сторону второго принца весь Круг магов.

Будучи непризнанной в высшем свете, она стала королевой теней. Паучиха-интриганка, в чьи сети попали главы уже четырёх магических Орденов из девяти.

Если состояние короля продолжит ухудшаться, Беатриче придётся созвать Совет и всё решит голосование.

Корона, армия, храм, Круг магов, знать, ремесленники. Последние входили в Совет чисто символически и не имели особого влияния. От них ничего не зависело.

Корона — это король и министры. За ней два голоса. То же самое касается армии, храма и Круга магов. Только у знати один голос.