Дакар держался.
Он отступил к соседнему камню, чтобы не получить удар в спину. На самом деле такой магии я еще не видела – он работал на ближней дистанции, постоянно меняя щиты на атакующие плетения, причем, большая часть их была заготовлена заранее. Он не подпускал к себе врага близко, вынуждая магов мешать друг другу и атаковать не в полную силу. А еще я увидела, что часть пришлых магов не стали принимать участия в этом бою, а по тропе начали подниматься наверх, на склон холма, где мы вчера проводили обряд.
Там источник. Сильный источник. Если они смогут с ним «познакомиться», то, пожалуй, нам не справиться…
Я незамеченной выскреблась из своего убежища. Надо было взлететь, но как? Грифоны прыгают с разбега со скалы. Где взять скалу и разбег?
Плотненько прижимаясь к камню, даже распластав крылья, я полезла вверх, каждый миг ожидая, что меня заметят и походя шарахнут огнем или молнией… но не заметили.
Отсюда было прекрасно видно бой. Вот Дакар – лопатками прижался к скале. Уже не атакует, но отбивается эффективно. На него наседают четверо, с приличного расстояния. А вон его сумка, почти рядом с комом моей одежды. Из сумки торчит…
Кинжал торчит! Прадедушкин. Обсидиановый Клык.
Забыв, что надо бояться и что моя ящерка раньше никогда так не делала, я оттолкнулась от каменюки, расправила крылья и поняла, что меня держит воздух. Что можно чуть подвернуть крыло и плавно спланировать на сумку… или на голову врага?
Нет, на сумку. Это важней!
Подхватив обеими передними лапками кинжал (ох, и тяжелый!) я метнулась с ним к Дакару, подпрыгнула – оу! Так тоже можно! Замахала крыльями… шлепнулась в песок.
Нет, рано пока так взлетать!.. прижать крылья плотнее. И!
Бегоооом!
Главное, чтоб никто не наступил еще. Такие огромные люди. Ноги. Песок в воздухе.
Вот он, камень Дакара. Атака огнем! Ой, поджарят! Быстрее! Наверх, по камню… быстрей, перебирай лапами, ящерка, пока не испекли!
Я никогда в жизни так не бегала и никогда так не ползала. Даже когда убегала от сапога отчима. И задерживаться наверху не стала – разбежалась, и вниз. Вот он, ректор. Мелькнуть мимо плеча, сунуть в руку кинжал. Не промахнулась, поймал! Ура!
Поймать чуть не у самой земли поток воздуха. Каким-то образом взлететь.
А вот и знакомый отзвук магии!
Ура, Дакар снова может атаковать врага. А мне что делать? Быть здесь, или как он велел – убегать и прятаться? Или лететь к учебке, чтобы предупредить? Но он же сам всех там предупредил!
Или к источнику?
Меня не то, чтобы не заметили, просто, мне кажется, не поняли, что за летучие мыши тут снуют. Отмахнулись огненным хлыстом, не задели.
И я решилась лететь к лагерю. Звать помощь.
Ящерицы не умеют оглядываться на лету. Я смогла окинуть поле боя взглядом, только когда добралась до ближайших деревьев. Хотелось кричать от обиды: новообретенные крылья были еще слишком слабы. Они попросту устали и не хотели меня держать. Им нужен был отдых.
Снова получается, что я ничего не смогла сделать и ничем не помогла. Надо было сразу, как он сказал! Сразу. Еще ящеркой. Через «не могу». Просто взять и добежать до проклятой учебки. Просто обернуться, поднять там всех. Позвать на помощь. А теперь что?
Когда я наконец туда посмотрела, Дакар лежал на песке, на груди расплывалось пятно крови, а эти, пришлые маги, стояли к нему слишком близко. Кто-то из них даже попинал его ногой. Проверяют, живой ли? Глупо.
Я бы закричала от горя. Но ящерка не умеет кричать. Совсем она у меня бесполезная. Я бы их всех разорвала на части, будь я хоть немного крупнее.
И только уже налетев и вцепившись когтями в голову мага, который пинал Дакара, я поняла, что все это время не сидела на месте, не улепетывала, и даже не звала на помощь.
Я возвращалась. Я (или память тела моей маленькой ящерицы?) жаждала мести, крови и смерти. Я даже забыла, что крылышки устали и болят.
Выдрав приличный кусок волос вместе с кожей, я вцепилась в лицо.
Рядом что-то заорали. Тот, кого я драла, взвыл. Попытался меня оторвать от своей головы. Я цапнула его зубами за руку – кровь показалась вкусной.
Кто-то еще метнулся ко мне с ножом – я плюнула в него ядом, как плевала в мух раньше. Бездумно, на инстинктах. Попала в глаз.
Этот тоже заорал и вдруг побежал к озеру. Промывать?! Ну, кто следующий рискнет ко мне с ножом?!
Мой «насест» упал на землю и попытался придавить меня с размаху головой, но я перебралась ему на грудь и на этот раз вцепилась в шею. Ну? Кто следующий?
И тут один из этих магов, наверное, командир крикнул с досадой:
– Отходим! Грифоны в небе!
– А с этим что?
В руке у командира был пистолет. Скорей всего, из него Дакара и ранили. А я не услышала, не поняла. Ведь ранили же? Ранили, не убили?
Я снова плюнула ядом. И зашипела.
Оказывается, моя ящерка не умеет кричать. Но вполне себе умеет шипеть.
Рефлекторно их командир отбросил пистолет, вымазанный ядом, вытер руку о штаны. Только размазал. И тут меня схватили – слишком увлеклась наблюдениями. Сзади, под крылья… видимо, сейчас и голову свернут…
Интересно, что тогда? Я вернусь в свое тело, а ящерке достанется мертвое?..
Тот, кого я порвала, хрипло дышал и хватался за кровавую маску, которая у него теперь была вместо лица.
Двое магов его подхватили и потащили к берегу. Еще два тела остались лежать на песке. Остальные… уже в лагере? Дакар вдруг приподнялся и ударил по тому, кто меня держал. Раскаленным воздухом в ноги. Щиты свои маги больше не поддерживали, так что удар оказался и неожиданным, и болезненным.
Меня выронили-выпустили.
Я тут же метнулась к Дакару, растопырила крылья и приготовилась убить любого, кто подойдет.
Впрочем, враги ушли, оставив на берегу два тела из «своих». И нас с ректором.
Глава 17
Форт всадников
Пока Эван и его товарищи из форта бежали к нам, я сочла за лучшее отступить назад, к трем камням, как бы ящерковые инстинкты не требовали отстаивать свою добычу до конца. Если всадники заберут Дакара, то что я здесь буду делать одна?
Насколько серьезно он ранен, и кто это был?
В любом случае, представать голой в обществе десятка всадников с их грифонами, мне совсем не хотелось. Но есть шанс тихонько вернуть себе свое тело, пока они все заняты раненым ректором. Только бы рана была не серьезная! Это ведь он из-за меня свернул в Остошь, из-за того, что хотел побыстрей добраться до источника. Иначе мы еще вчера бы прибыли в форт…
Да-да, а сегодня утром узнали бы о нападении каких-то вражеских магов на учебный лагерь всадников. Никто бы не крикнул по магворку, что надо готовиться к атаке и не отвлек бы на себя половину врагов…
К Дакару подбежало трое, остальные всадники, не теряя времени поспешили к тропе, ведущей в учебный лагерь.
Вернуть свое тело оказалось непросто: ящерка помнила, как ей было плохо и вовсе не хотела возвращаться. Но все же, прошло несколько минут, и я вдруг больно стукнулась головой о камень: вернулась. Невольно вскрикнула. Сразу поспешно притянула к себе вещи, но меня вдруг заметил капитан Эван, обернулся на звук.
Удивленно поднял брови, скинул свой короткий меховой плащ и присел возле меня на корточки:
– Рона? Что здесь случилось? Откуда такие царапины? На вот, держи, укрою…
Плащ был теплый. Мне его хватило умотаться с ногами.
Я осторожно, в кулак, выплюнула какую-то муху. И только тогда смогла ответить:
– На нас напали.
– Это я вижу. Как вы, вообще, здесь оказались то?! Хотя, место романтическое…
Я отвела взгляд. Романтическое…
Не ко времени, но тут же вспомнилось, как он меня обнимал. Как целовал губы, и не только губы. Как его руки гладили мою спину и легонько сжимали грудь, заставляя сердце колотиться с бешеной силой, заставляя меня хотеть большего… и прямо сейчас.
– Прости. Потом расскажешь, если захочешь. Эти… ничего тебе не сделали? Как ты?
