Таверна на прокачку (СИ) - Ковальчук Олег Валентинович

В голове пронеслись полузабытые образы сегодняшнего сна. Что-то конкретное вспомнить не удалось, но внутри стали разливаться горечь и страх.

Причём это снова была реакция Макса. Меня совсем не пугал треск веток, он напоминал мне костёр в походе — шашлыки, гитара, разговоры — сплошная романтика.

Но у Макса с огнём были связаны другие ассоциации, которые он прятал в глубинах памяти.

Что ж, если что-то вспомню, это поможет восстановить картину его прошлой жизни. Если нет — тоже ничего страшного, буду строить свою новую жизнь без оглядки на скелеты в шкафу Макса.

Я жевал оставленную для меня лепёшку, погружённый в раздумья. Мария подошла и, секунду поколебавшись, положила передо мной пирожок. Легко коснулась моего плеча и вернулась к очагу.

Я смотрел на внезапный подарок судьбы. Похоже, вчерашний разговор между Виктором и Марией не прошёл даром.

Меня этот жест и подношение поразили до глубины души. Это что же, она стала ко мне лучше относиться?

Отложив лепёшку я откусил пирожок — ого, с капустой!

Тёплая благодарность разлилась по телу, как дружеские объятия.

Меня опять захлестнули чувства подростка. Показалось, что Макс готов расплакаться. Вот бедолага. Как же парня шпыняли, если простое угощение так его растрогало. Но разводить сантименты было некогда.

Я быстро сжевал пирожок и запил водой. Лепёшку тоже съел.

Пока жевал, мысленно перебирал стратегический запас.

У меня осталось два цветка бодрянки.

Со вчерашнего дня новых специй найдено не было. Причём вчера, по пути к Альберту я что-то замечал в лесу, а на обратном пути из-за чёртова крысоволка напрочь позабыл об этом.

Похоже, сегодня без бонусов за кулинарию. Бодрянка и самому пригодится. Утреннего бонуса и оставшихся цветков как раз хватит до ночи. Ну, а ночь всё решит. Судя по сообщению системы, нужно всего лишь добраться до ста процентов укрепления тела. А если не получится… Такое я даже допускать не буду. А потом, когда выполню основную задачу, можно будет и запасами озаботиться.

В который раз себя настраивал, что прогресс укрепления тела сейчас в приоритете. Кулинарию прокачивать хочется, но это успеется. Главное сейчас — выживание. Причём по возможности за счёт честной работы и тренировок, а не мордобоя.

Однако и обманываться не стоило.

Даже если сейчас полдня тупо мотаться по залу с подносом, то к обеду даже половину от оставшегося количества не наберу. Нужна физически более тяжёлая работа, иначе я не успею.

Хлопнула дверь, и в таверну вошла пара первых посетителей.

Ранние пташки.

У Марии ещё только разгорается очаг, им придётся подождать. Я выглянул в зал, посмотрел на вошедших. Внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.

Первым шёл тощий охотник, с чёрными блестящими волосами. Два шрама на щеке. Глаза бегают, обшаривая зал таверны. Я уже видел этот безумный взгляд недавно — когда он схватил меня за шиворот и требовал подать еды «удачливым охотникам».

Вторым вошёл его приятель, с кустистыми бровями и неопрятной бородой. Это он показывал мне голову крысоволка в мешке.

Виктор круто с ними обошёлся. И вот они вернулись. Причём именно сегодня, когда хозяин уехал.

Поборов мандраж, я вышел в зал и поприветствовал их, стараясь, чтобы голос не дрожал:

— Здравия вам, завтрак скоро будет готов.

— Хозяин где? — вместо приветствия басом спросил усатый. — Разговор к нему есть.

Он положил руку на пояс, где красовались новые ножны.

Намерения у парочки вполне прозрачные. Пришли выяснять отношения.

Плохо, что сейчас слишком раннее утро. Еще не известно когда придут Сыч и Коготь. А ведь они должны защищать таверну от буйных посетителей.

— Осталось нерешённым одно дельце, — дребезжащим голосом поддакнул тощий.

Я не успел ничего ответить. Дверь снова открылась, и в таверну вошли ещё шестеро мужчин в кожаных куртках.

У каждого меч на поясе, а рожи такие что ясно сразу, кирпича просят… вернее на драку нарываются. У меня аж волоски на руках дыбом встали.

Тощий и усатый отступили в сторону, пропуская товарищей.

Вперёд выступил высокий, широкоплечий воин. Его чёрные волосы с лёгкой сединой были стянуты в хвост на затылке, нос тонкий и прямой, борода аккуратно подстрижена. Рядом с остальными он выглядел, как единственный цивилизованный человек среди дикарей. Тёмные глаза внимательно осмотрели пустой зали остановились на мне. Этот выглядел настоящим вожаком банды — слово «охотники» к ним подходило с натяжкой.

— Хозяина позови, — властно бросил он.

Будто по заказу, из кухни в зал вышел Леонид.

Парень подбоченился, стараясь выглядеть внушительно, хотя с рукой на перевязи он смотрелся скорее комично.

Копируя интонации Виктора, Леонид спросил:

— Что вам нужно?

— Я сказал, хозяина позови, сопляк, — повторил вожак, добавив металла в голос.

— Это кто сопляк? — возмутился тут же Леонид. Глаза его расширились, тускло блеснув красным. Он сжал пальцы на здоровой руке в кулак.

Привлечённая шумом, из кухни выскочила Мария, на ходу вытирая руки полотенцем.

Женщина быстро оценила обстановку, обежала глазами охотников, явно узнав парочку, громко охнула. Затем её взгляд переместился на главаря.

— Здравия тебе, Самсон, — произнесла она с наигранным уважением в голосе.

Одновременно с этим, она стиснула локоть Леонида так, что тот охнул.

Не раз я сталкивался с наездами от «братков», которые в моём мире вроде бы остались в девяностых годах, но нет-нет да и появлялись среди бизнес-партнёров. Кто-то по-старинке считал, что денежные вопросы проще всего решить силой. Особенно если явиться бандой из восьми вооружённых отморозков. Тут даже супер-кулаки Виктора вряд ли помогли бы. Может и к лучшему что Сыч и Коготь ещё не пришли.

Мария, кажется, тоже прекрасно понимала сложившуюся ситуацию.

— Виктор в отъезде, — сказала она, отодвигая сына себе за спину. — Но я передам, что ты заходил в гости.

— Не просто заходил. Я желаю прояснить кое-что, — с нажимом сказал Самсон, подходя ближе. — Мои люди говорят, будто Виктор нехорошо отзывался об охотниках. И насмехался надо мной за моей спиной — мол, Самсон не умеет крысоволков правильно бить. — В голосе Самсона звенел сдержанный гнев. — Вот, хотел в глаза посмотреть старому знакомому.

— Что ты, Самсон, — осторожно ответила Мария. — Никогда Виктор такого не говорил.

— Выходит, охотники мне соврали? — Самсон обернулся к молодчикам, которые выстроились в ряд у него за спиной. Он прошёл вдоль образовавшегося строя, заложив руки за спину, и остановился напротив тощего. — Что скажешь, Шнырь? — спросил он.

Тощий замотал головой и воровато кивнул на усатого дружка, который тогда был вместе с ним. Самсон плавно переместился ко второму герою и заглянул ему в глаза.

— Этот Виктор мечи наши забрал, — невпопад сказал усатый, отводя взгляд.

— Мечи, — Самсон вернулся к Марии и вкрадчиво спросил: — Такого тоже не было?

Он сделал паузу, ожидая ответа. Мария сглотнула и пожала плечами.

— И как моим людям охотиться без мечей?

Меня разбирала злость от ситуации беспомощности нашего положения. Будь я таким же мощным, как Виктор, даже слушать бы их не стал! Хотя нет, в одиночку против восьмерых, да ещё опытных бойцов… Это тех горе-охотничков получилось легко выгнать. А тут… Я оглядел пятерых, что пришли вместе с Самсоном, отметил свирепые выражения лиц, широкие плечи, мощные руки, дорогие ножны и удобные рукоятки мечей.

Система высветила характеристики оружия, и я чуть не присвистнул: почти у всех второй и третий ранг. А у лысого бородача с длинными руками кроме меча на поясе висели ножны с кинжалом, ранг которого был скрыт.

Только у тех двоих старых знакомцев, Шныря и Усатого, были слабые мечи первого ранга.

— Охотник без меча — это посмешище, — продолжал между тем Самсон, вновь вышагивая вдоль ряда охотников. — Нам пришлось скинуться ребятам на новое оружие. — Он остановился напротив Усатого и щёлкнул по рукоятке его низкоуровневого меча. — Непредвиденные расходы. Понимаешь? — Он повернулся к Марии и вопросительно поднял бровь.