У меня перехватило дыхание.
— Встаньте, Генерал, — прошептала я, касаясь его плеча. — Семья не считает долги.
Он встал, возвышаясь над нами, как скала.
— Семья, — повторил он, словно пробуя слово на вкус. — Что ж. У нашей семьи большие проблемы.
Он вернулся к столу и ударил по карте ладонью.
— Мы здесь. Нас — шестьдесят человек. Против нас — вся армия Севера, которая теперь подчиняется ставленникам Принца. И армия Центра, которая идет сюда.
— У нас есть Список, — напомнила я, подходя к столу.
— Список, — фыркнул Бай, вступая в разговор. — Бумага горит. И слова горят. Принц скажет, что это подделка. Он герой, спасший Империю от "безумного клана Яо". Народ поверит ему, а не нам.
— Народ поверит силе, — отрезал Яо Чэнь. — Но мы не можем воевать со всей страной. Нам нужны союзники.
— У нас нет союзников, — мрачно сказал Лэй. — Все губернаторы провинций сидят тихо, боясь за свои шкуры.
— Есть один, — вдруг сказал Яо Шэн.
Все посмотрели на него.
— Кто? — спросил Яо Чэнь.
— Старый Волк, — Генерал указал пальцем на точку на карте, далеко на западе, в горах. — Князь Запада, Мужун Фэн. Он ненавидит Двор. Он ненавидит Принца. И он... он мой должник.
— Мужун Фэн? — переспросил Бай скептически. — Этот старый разбойник? Он отделился от Империи десять лет назад и никого не пускает в свои владения.
— Он пустит меня, — сказал Шэн. Его глаза сверкнули багровым. — Или я сломаю его ворота. Мне нужна его конница. С его армией мы сможем пройти маршем до столицы.
— Это риск, — заметил Яо Чэнь. — Мужун непредсказуем.
— У нас нет выбора, — Шэн сжал кулак. — Мы выступаем на Запад. Через три дня.
— Почему через три? — спросила я.
— Потому что мне нужно научиться управлять этим, — Шэн посмотрел на свои руки, по которым пробежали черные искры. — Если я потеряю контроль в походе, я перебью своих же людей.
Он повернулся к брату.
— Чэнь. Ты ведешь людей. Ты теперь голос разума в этом клане. Я — только меч.
Это было признание. Официальная передача власти. Генерал признавал, что он больше не может быть лидером в полном смысле слова. Тьма сделала его нестабильным.
— Я приму командование, — кивнул Яо Чэнь. — Но меч нам нужен острый.
* * *
От лица Яо Чэня
Ночь в крепости была тихой, но спать никто не мог.
Я стоял на стене, глядя на заснеженные горы. Ветер трепал мои короткие волосы. Я все еще не привык к отсутствию тяжелого узла на затылке. Голова казалась легкой, а мысли — ясными.
Сзади послышались шаги. Тяжелые, уверенные.
Шэн.
Он встал рядом, опираясь на парапет. От него исходил холод, даже сквозь меховой плащ.
— Ты хорошо справился, — сказал он, не глядя на меня. — Я горжусь тобой, брат. Я всегда думал, что ты прячешься за маской пьяницы из трусости. А ты прятался, чтобы защитить меня.
— Кто-то должен был делать грязную работу в тени, пока ты сиял на солнце, — усмехнулся я.
— Теперь солнца нет, — глухо ответил Шэн. — Только тени.
Он помолчал.
— Чэнь, я должен попросить тебя об одной вещи.
— О чем угодно.
— Если... — он запнулся, борясь с собой. — Если Тьма возьмет верх. Если я перестану узнавать тебя. Если я снова подниму меч на своих...
Он повернулся ко мне. Его глаза были почти черными, но в них я видел мольбу.
— Ты должен убить меня.
Я замер. Сердце пропустило удар.
— Шэн...
— Обещай мне! — он схватил меня за плечи. Его хватка была железной, причиняющей боль. — Я не хочу стать монстром, который пожирает невинных. Я видел, что Демон хотел сделать моими руками. Кровь, бесконечная кровь. Я не хочу быть таким.
— Мы найдем лекарство, — сказал я. — Мастер Ши ищет...
— Лекарства нет! — рявкнул он. — Это древняя магия крови. Она часть меня теперь. Обещай, Чэнь. Клятвой крови.
Я смотрел в лицо брата. Лицо человека, который воспитал меня. Который был моей скалой. Теперь эта скала трещала, готовая обрушиться.
Я не мог солгать ему.
Достал кинжал и полоснул себя по ладони.
— Клянусь, — сказал я, глядя ему в глаза. — Если ты уйдешь во Тьму и не сможешь вернуться... я остановлю тебя. Своей рукой.
Шэн выдохнул, и его плечи опустились.
— Спасибо.
Он отпустил меня и посмотрел на небо.
— Ли Юй... она удивительная женщина. Береги её. Она — якорь. Для тебя. И, может быть, даже для меня. Когда я хотел убить тебя на пирамиде... её голос был единственным, что пробилось сквозь красный туман.
— Она такая, — улыбнулся я. — Заноза в заднице, которая спасает жизнь.
Шэн хмыкнул. Первый раз за вечер.
— Иди к ней. Не трать время на разговоры с полудемоном.
Я кивнул и пошел прочь со стены. Но сердце мое было тяжелым, как свинец.
Я дал клятву убить брата. Надеюсь, боги будут милостивы и мне не придется её исполнять.
* * *
От лица Ли Юй
Яо Чэнь вернулся в нашу комнату поздно, и он был мрачнее тучи.
Я не стала задавать вопросов, просто подошла, сняла с него плащ и обняла.
Мы стояли у огня, молча, слушая дыхание друг друга.
— Мы идем на Запад, — наконец сказал он. — К Князю Мужуну.
— Я знаю, — я прижалась щекой к его груди. — Я слышала легенды о нем. Говорят, он обедает сердцами врагов.
— Тогда они с Шэном найдут общий язык, — невесело усмехнулся он.
Он отстранился и посмотрел на меня.
— Ли Юй, этот путь будет еще тяжелее. Западные горы — это дикие земли. Там закон — сила.
— Я не боюсь, — ответила я. — Пока ты со мной.
Он поцеловал меня в лоб.
— Я должен тебе кое-что показать. То, что мы нашли у Жреца.
Он достал из-за пазухи небольшой черный камень, похожий на осколок обсидиана. Он был теплым и пульсировал слабым светом.
— Что это? — я протянула руку, но он отвел её.
— Не трогай. Это «Камень Памяти». Жрецы используют его для записи ритуалов. Мастер Ши смог расшифровать часть.
— И что там?
— Там запись разговора Принца со Жрецом, до ритуала.
Яо Чэнь сжал камень в кулаке.
— Принц не просто хочет трон. Он хочет открыть Врата Миров. Он верит, что Демон Войны даст ему бессмертие, но Жрец смеется над ним за спиной. Жрец говорит: «Когда Врата откроются, первым, кого сожрет Демон, будет тот, кто его призвал».
— Значит, Принц — тоже пешка? — ужаснулась я.
— Да. Но он этого не знает. У нас мало времени, Ли Юй. Шэн — это ключ. Пока он жив и контролирует себя, Врата закрыты. Но если он умрет... или если Тьма поглотит его полностью... он станет ключом, который откроет дверь для всей армии Ада.
И тут я кое что поняла.
— Поэтому Шэн просил тебя убить его, если он сорвется.
Яо Чэнь вздрогнул.
— Ты слышала?
— Я знаю твоего брата, и я знаю тебя.
Я взяла его лицо в ладони.
— Мы не дадим этому случиться. Мы найдем способ исцелить его. В западных землях есть древние монастыри. Есть шаманы. Мы перевернем каждый камень.
— Ты веришь в это? — спросил он с надеждой.
— Я верю в нас, — твердо сказала я. — Мы — семья Яо. Мы не сдаемся.
Яо Чэнь улыбнулся — устало, но тепло.
— Идем спать, жена. Завтра мы начинаем поход, который войдет в легенды. Или станет нашей могилой.
Мы легли в узкую походную кровать, укрывшись волчьими шкурами. За окном выла вьюга, но здесь, в круге света от угасающего камина, было тепло.
Я закрыла глаза, думая о завтрашнем дне.
Запад, дикие земли, князь-разбойник, и Демон, живущий в теле Генерала.
Скучать не придется.
— Спокойной ночи, Кровавый Демон, — прошептала я в темноту, обращаясь мысленно к Шэну, который боролся со своими демонами этажом ниже. — Держись, мы тебя не бросим.
И мне показалось, что где-то глубоко в недрах скалы, в ответ раздался тихий, благодарный рык.
Глава 18
От лица Ли Юй
Мир изменился.
