Хозяйка бродячего цирка (СИ) - Семина Дия

— Сожалею, оно никого не волнует. Завтра вас перевезут под домашний арест в дом вашей тётушки минимум на три месяца. Это в ваших же интересах, и ваш, так называемый жених, должен понимать, что, отпустив вас, он поступит мудро. Но знаете, что самое странное?

Я в бешенстве. Меня уже ничего не удивляет, я ловлю себя на мысли, что начинаю продумывать побег.

— Извините, но мне странным кажется всё.

— Я тоже медиум, не такой сильный, как вы. Однако сейчас я наблюдаю вас, разговариваю, задержался дольше, чем планировал. Но я совершенно не чувствую в вас каких-либо способностей. Вы совершенно обычная.

— Это было временное явление после падения, теперь я, как вы сами сказали, обычная. И тем более, значит, неопасная для общества, отпустите меня, если я что-то хорошее сделала, нельзя же меня за это наказывать.

Его густые брови поднялись в недоумении.

— Впервые встречаю барышню, которая воспринимает богатую жизнь аристократки, как наказание. Однако не мне решать вашу судьбу. Свой отчёт я завтра предоставлю заинтересованным в вас людям. А пока поправляйтесь, вам понравится богатая жизнь.

Встал со стула, ещё раз взглянул на меня и вышел.

— И чем интересно, я заслужила такое пристальное внимание со стороны царской семьи.

Несколько бесконечных минут приходила в себя от новости, все мои планы коту под хвост.

Но хотя бы циркачи за меня получат приличный выкуп. Ух Алмазов взбесится.

Думаю о чём угодно, лишь бы не о Грише.

После правды после того, как я увидела себя на операционном столе, я понимаю, что верность и любовь — это единственное, что мне нужно.

— Нет уж! Я просто так не сдамся! Лучше смерть!

— Что вы сказали?

Поднимаю голову и вижу новенькую санитарку. Слишком уж красивую, для такой работы. Поначалу приняла её за призрака, но девица очень реалистичная. Я уловила тонкий аромат духов.

— Ничего, я сама с собой. Вы что-то принесли? Лекарство?

— Да, ваше самочувствие вызывает тревогу у общества, доктор посоветовался со светилами лекарских наук и решил дать вам самое прогрессивное лекарство, чтобы избежать ухудшений.

Она проворно выставила с подноса красивый стакан с чистой водой, всыпала порошок и размешала.

— Пейте, и утром вы себя не узнаете!

Если бы не её улыбка…

Я бы выпила. Но я вдруг вспомнила последний свой вечер на злосчастной яхте и подругу.

Глава 27

Чернов

После неприятного разговора с адвокатом события вихрем закружились вокруг Кирилла Борисовича, посыпались разного рода сообщения о срочных платежах, долговые расписки и прочие каверзы от кредиторов. И самое неприятное: требование от какого-то нового адвоката Адель, освободить дом, так как оснований для нахождения в доме фон Ливен, у господина Чернова нет. И ещё приписка, личного характера, что прокуратура перепроверит завещание.

Вот эта новость заставила нервничать, дело серьёзное, подделка такого документа грозит тюрьмой. А Мазур вроде как открестился. Он, подлец, так завернул, что это, мол, идея и пасквиль, и вообще неприязнь исходит от заинтересованного в наследстве — господина Чернова, он-де и обвиняет Адель Андреевну в колдовстве, сам будучи лишённым наследства.

— Вот подлец! Открестился. Теперь его дело, сторона, он всего лишь перо, коим я исправил завещание и написал подлый донос! Теперь моя репутация в этом деле погрязла так, что проще утопить и с концами! — перемежая приличное негодование с пошлыми эпитетами, Кирилл не стерпел и грубо выругался.

Стоило закрыть рот, дверь тихонько открылась, и на пороге появилась Зинаида. Красивая, миниатюрная шатенка, с яркими глазами, и таким чувственными губами, что Кирилл невольно улыбнулся, захотелось скорее прильнуть к ней, обнять и забыться в страстных ласках, как это обычно с ними случается после встреч и совместных развлечений.

— Ах, душа моя! Как ты вовремя, только что узнал о плачевном состоянии дел. Не представляю, как далее жить. Похоже, что мне самому предстоит уехать в провинцию. И срочно утренним поездом уезжаю.

Простонал и так жалостливо взглянул на Зинаиду, что у девицы вздрогнули ресницы, и на щеках проступил румянец.

— Так ли всё ужасно? Ты не женишься на этой? — и улыбнулась, тем самым сдала себя полностью, не плачевное состояние дел её волнует, а свобода любовника.

— Нет! Эта подлая, дешёвая женщина никогда не станет моей женой! — очень ярко выкрикнул и на последней фразе «оступился», не виновато, а слишком внимательно взглянул на Зинаиду, надеясь, что она не проведёт параллели между собой и Адель.

— Как я понимаю. Наследства ты тоже не получишь? Все твои усилия канули в Лету. Остались только крохи?

— Да, это и крохами-то стыдно назвать, Андре Фёдорович слишком хитёр оказался. Слишком. Потому и собираюсь за границу.

— Ах! Каков ты, оказывается. Альпы, для тебя провинция? — девица жеманно улыбнулась, и несколько раз ударила кружевными перчатками по ладони, всегда так делает в моменты неистовой злости. Впрочем, сейчас она сдерживается.

— А как же. Провинция и есть. Но Адель слишком подлая. Она разбазарит всё то, что…

— Всё, что осталось после тебя? Не притворяйся, я тебя слишком хорошо знаю, слишком хорошо. Не будь я ученицей твоей маменьки, то, наверное, поверила бы в то, что ты расстроен отменой брака. Но эта гадина, шлюха цирковая тебе нравится. Ты её хочешь! Ведь так?

Зинаида сделала шаг навстречу и так пристально посмотрела в глаза, что Кириллу пришлось отступить. Точно, как маменька когда-то смотрела, вытягивая правду из непоседливого сына. Такая же ведьма.

— Ты хотел от меня избавиться?

— Упаси Бог. Без тебя я как без рук. Твои дельные советы всегда выручают, ты благословение моей матушки. И хватит меня пытать. Ты прекрасно знаешь, что я не могу на тебе жениться. Теперь нужно найти новую богатую дурочку, моих средств хватит ненадолго. Служба ничего не приносит. Проклятая Адель написала замораживающий документ. Без её подписи ни один вексель не будет принят в работу банком. По сути, я теперь банкрот.

— Ты прибедняешься, зная тебя, не верю, что ты прихватил только на чёрный день.

Чернов поморщился, не желая выдавать тайну своего «кошелька», попытался закрыться, не позволить любовнице увидеть реальное положение дел и сразу перешёл к стенаниям:

— Не успел. И самые жирные дивиденды с акций, и рента, всё поступает на счета через два месяца. Ангел мой, не сердись, ты прекрасно понимаешь, что мои дела и твои дела как небо и земля. Я пытаюсь действовать в рамках несправедливого закона.

— Какой ты, однако, праведник. Я столько для тебя сделала, и ты меня сторонишься? У меня к тебе новость.

Показалось, что непростой разговор свернул, наконец, на безопасную дорожку.

— Новость? Ты выходишь замуж за своего тайного покровителя?

— Нет, наоборот. Его жена узнала о нас, и мне грозит неприятное общественное порицание, уже столкнулась сегодня в салоне с косыми взглядами и неприятным шёпотом в свой адрес. Так что, это великолепное ландо с четвёркой и браслет — мои отставные. И ты теперь обязан на мне жениться, чтобы спасти репутацию. Это не обсуждается. Я же для тебя тоже сделаю приятный момент, который мне ничего не будет стоить.

— И какой? — Кирилл напрягся.

— Уберу с твоей дороги последних конкуренток за наследство. Ты женишься на мне и тем спасёшь и себя. Никто не посмеет сказать, что ты вообще был заинтересован в Адель. А через три месяца ты станешь последним наследником покойного барона.

— Как у тебя всё просто.

— Да, у меня только так. И, кстати, мой бывший любовник не переживёт этой ночи, а его жена, горько пожалеет о том, что натравила на меня этих светских клуш. Они и тебя бы затравили, женись ты на падшей циркачке. По себе нужно выбирать пару, милый мой! По се-бе! Спасу тебя, а после в Лозанну, ах, мечтаю увидеть настоящие горы. Готовь документы, прямо сейчас начинай. Наша прогулка отменяется.