Вызов (СИ) - Видум Инди

— Уверяю вас, наследственностью людей Вячеслав Львович тоже интересуется, — ничуть не оскорбился Щепкин. — К нему иной раз обращаются за консультацией о возможностях брака между представителями разных семейств. Консультацию он дает исчерпывающую.

Недосказанность я понял совершенно правильно.

— На Анастасию и Родиона прогнозы хорошие?

— Прекрасные. Дети с высокой вероятностью будут при магии.

Я понял, что Щепкиных на сегодня мне достаточно. На месте Анастасии я бы еще раньше сбежал из дома. Потому что родительская любовь бывает окрыляющей, а бывает душащей, когда тебя не воспринимают в качестве отдельного разумного субъекта. Здесь присутствовала вторая.

Валерон, никак не проявивший себя во время беседы, пробудет здесь еще пару часов, а потом заберет 007. И они уже вдвоем отчитаются о том, что смогли узнать и увидеть.

Глава 18

Когда я вернулся домой, меня уже ожидал давешний собачий вор, чуть ли не приплясывая от нетерпения и держа наготове огромный баул, приготовленный под щенков.

— Мне нужны остальные щенки, Петр Аркадьевич, — выпалил он, едва меня завидев на пороге.

— Что, Симуков заинтересовался?

— Я не напрямую с ним переговоры веду, через посредника, — пояснил он. — Посредник сказал, что щенков готовы выкупить всех, но в два раза дешевле, чем взрослого пса. Я сказал, что мы этого подманили и вытащили через ограду.

— А не подозрительно будет, если вы сразу всех остальных передадите?

— Нет. Я сказал, что мы взяли только одного, потому что не были уверены, что такая замена подойдет. А так бы могли сразу всех. Я вон даже сумку под них взял, притворился для наблюдателей приказчиком с образцами товара.

В том, что за нами наблюдали, я и без того знал. Но было удивительно, что и этот тип засек наблюдение за домом. Возможно, наблюдатели рассчитывали понять, что случилось с теми, кто вошел и не вышел. Или готовили новое нападение.

Если я отдам сразу всех, то Валерон непременно расстроится, поскольку пока научил всю троицу только таскать колбасу с кухни. Делали они это организованно: пока двое отвлекали кухарку, третий хватал подвернувшийся кусок и тащил в укромное место, где Валерон честно делил колбасу на всех. По кусочку каждому щенку, остальное — себе, потому что щенкам есть колбасу в больших количествах вредно. В малых тоже, но вознаграждение должно быть. Валерон собирался экстраполировать воровство колбасы на воровство чего-нибудь поценнее, но придется ему обойтись без дальнейшего развития учительского навыка.

Я приказал принести оставшихся щенков, продолжавших тренироваться на кухне даже в отсутствии Валерона и с предупрежденными кухонными работниками. Всё же Валерон успел вбить им в подкорку основные понятия деятельности, которую он понимал единственно правильной: всё, что лежит плохо, должно лежать хорошо в другом месте. Желательно в желудке.

Щенки отчаянно сопротивлялись помещению в сумку, пришлось вору их усыпить — навык такой в наличии имелся. У остальных собачьих воров тоже были интересные навыки. Вообще, хорошо подготовленную команду отправил Симуков за Валероном.

— Ежели у вас еще вдруг щенки появятся, Петр Аркадьевич, будем рады помочь от них избавиться, — довольно сказал переговорщик на прощанье.

Еще бы ему довольным не быть: вместо оговоренной суммы получил в два с половиной раза больше. А возможно, и дальше будет подрабатывать таким образом.

— Сообщу, если появятся, — обнадежил я его.

— Тогда я адрес для связи оставлю?

— У меня есть, — ответил я с насмешкой, глядя, как вытягивается его лицо.

Он серьезно думал, что я оставлю их без присмотра? Валерон проследил за каждым и сообщил мне три адреса на случай, если те решат, что выкуп платить необязательно. Но на свое счастье, воры оказались сообразительными и принесли в полном объеме выкуп, решив со мной не ссориться.

— В который раз убеждаюсь, что княжеские семьи… — начал было он и осекся, поскольку за продолжение в духе «настоящие преступные синдикаты» огреб бы дополнительных неприятностей.

Чтобы больше меня не провоцировать, он торопливо попрощался и ушел, прижимая к груди баул со щенками. Как быстро у них меняется жизнь…

После ухода собачьего вора (хотя теперь уж, скорее, собачьего жулика) я перед разговором с Лёней решил созвониться с Юрием Владимировичем. В такое время он мог уже вернуться домой, но застал я его всё-таки в конторе, куда позвонил, когда в доме трубку никто не взял.

— Юрий Владимирович, здравствуйте. Лёня вам звонил?

— Что-то опять случилось? — насторожился он. — Здравствуй, Петя. Рад тебя слышать.

— Его последняя поездка в Лабиринт увенчалась успехом, хотя и прошла с осложнениями. Ваш сын теперь маг.

«С осложнениями» я выделил голосом, намекая, что то, что случилось, расскажу при личной встрече.

— Вот паршивец, даже не позвонил, — возмутился отчим. — Что он получил, ты не знаешь?

Разговаривали мы так, поскольку нас наверняка подслушивали. Мне даже показался тихий женский восторженный вскрик. Уверен, информация об удачном Лёнином походе разойдется быстро.

— Сродство к Огню и сродство к механике, — сообщил я. — Из заклинаний только Искра, но это поправимо.

— Прекрасные новости, — оптимистично сказал отчим. — А почему он не сообщил об этом мне?

— Он торопился поставить в известность родителей любимой девушки. Ему опять отказали. Более того, родители подобрали ей жениха, с их точки зрения, куда более достойного. И с хорошей наследственностью. Как мне сказал глава семейства, сам Симуков их консультировал и признал хорошими возможные результаты брака.

Признаться, сарказма я не сдержал, когда рассказывал о евгенических планах Щепкиных. Взбесил меня разговор что с главой семьи, что с его супругой, которые хоть и признавали меня достойным своего общения, но считали Антошу куда более выдающимся представителем княжеского семейства Вороновых. Наверное, Куликовых тоже консультировал Симуков и признал вариант брака Антоши и Маши перспективным.

— Леонид?..

— Совершенно раздавлен, — подтвердил я опасения отчима. — Ему фактически обещали согласие при получении магии, но когда это случилось, заявили, что брака не будет в любом случае, потому что он — не человек их круга.

— Вот об этом я и говорил, Петр… — вздохнул отчим.

— Мне не нравится суета вокруг Лёни, — сказал я, опять выделив голосом слово «суета», чтобы показать нетелефонность разговора. — Предлагаю его убрать из Святославска на пару месяцев, чтобы не наделал глупостей. Мое поместье у зоны — прекрасный вариант. Он сможет развивать механику и получать развитие как маг. Там за ним присмотрят. Я не уверен, что он согласится, но до разговора с ним хотел бы заручиться вашим согласием.

— Он потеряет год учебы… — задумался отчим.

— Это лучше, чем потерять жизнь. Займется самообразованием, выйдет из депрессии.

— В принципе, я не возражаю, Петя. Мне это тоже кажется хорошим вариантом. Дело за ним.

Мы еще недолго поговорили, он осторожно напомнил про обещанную охранную систему для дома, я пообещал приехать к ним на следующих выходных, благо всё нужное для работы у меня имелось, а заготовки для Живых печатей я могу сделать заранее, как и собрать части каменных стражей. А еще я прекрасно понимал, что Юрий Владимирович хочет услышать лично то, чего не было сказано по телефону. Потому что прямо я говорить не мог, но намекнул о том, что случилось что-то серьезное: что в Лабиринте, что у Щепкиных.

После разговора с отчимом я посмотрел расписание поездов, книжечка с которым лежала у меня в кабинете, и отправился к Лёне. На занятия он сегодня не ходил, лежал в одежде на кровати и пялился в потолок.

— Ты говорил со Щепкиными, да? — спросил он, повернув ко мне голову.

— Говорил, — признал я. — Безрезультатно. Лёнь, тебе нужно уехать.

— Смысл? — вздохнул он. — Это ничего не изменит.

— Через несколько месяцев изменится всё, если ты не наделаешь глупостей, — ответил я. — Предлагаю тебе поехать ко мне в поместье и походить в зону.