Хранитель Пути Зверя. Том 2 (СИ) - Маревский Игорь

Пора заканчивать нашу битву. Я двумя руками схватил тварь за задние лапы, на удивление, сумел рывком подтянуть к себе и, крутанув, швырнул в обугленный камень.

— Неплохо… — пробормотал я, сам не веря, что у меня получилось.

Вот они результаты моих трудов. Монстр весил килограмм под сто, а может, даже больше, и в обычных условиях при моём телосложении вот так просто швырнуть такую тварь у меня бы не получилось. Камнегрыз пролетел недалеко и ударился о тот же камень, который ранее и сам подпалил. Я не ожидал, что атака нанесёт много урона, и больше среагировал на инстинктах, нежели действительно рассчитывал навредить.

Яогуай вновь открыл пасть и использовал воспламеняющую технику. В этот раз она обожгла мне левую руку, но боли я не почувствовал, а сам огонь не оставил и лёгкого ожога. Движения монстра стали медленнее, а дыхание заметно тяжелее. Значит, он потерял много крови и начал уставать, а я увидел в этом шанс и шагнул ему навстречу.

Отчаянная атака в прыжке стала для него последней. Я вовремя пригнулся, проскользил под ним на коленях и широко рубанул по горлу монстра. Меня обдало потоком крови, но моё запястье вдруг потянуло назад. Оказывается, в конце удара клинок сорвался и застрял у монстра в челюсти. Я быстро вскочил на ноги и со всех сил двумя руками дёрнул на себя.

Фонтан крови, за которым последовал озлобленный вопль, смешиваемый со звериным скулежом, оросил толстый ствол дерева и залил светящиеся грибы. Камнегрыз, оказавшись на холодном камне с половиной своей челюсти, попытался подняться на ноги, но слишком ослаб. Я решил, что не стоить играть с добычей, и нужно закончить его страдания как можно быстрее, но этого не понадобилось.

Вожак стаи посмотрел на меня жёлтым глазом и, один раз моргнув, испустил последний вздох. Именно в тот момент я со всей ясностью ощутил, что действительно шагнул вперёд. Тренировки, упражнения, медитации и блюда — всё это, несомненно, было необходимым требованием для повышения ранга. Однако лишь теперь, когда увидел, на что действительно был способен, я смог полностью осознать, что стал сильнее.

От этой мысли мне захотелось продолжить тренировки незамедлительно. Прямо на месте. Однако разум вовремя сумел охладить разгоревшийся огонь и напомнил, для чего мы здесь оказались. Тело камнегрыза послужит не только в качестве трофея, но и станет необходимой подпиткой для моих тренировок. Но сначала самое главное.

Я подошёл ближе к дереву и остановился почти у самого ствола. Издалека они казались просто святящимися пятнами, но теперь, когда я оказался рядом, стало ясно, что это не обычные пещерные грибы.

Они росли целыми гроздьями, цепляясь за старую кору дерева. Некоторые тянулись прямо из глубоких трещин ствола, будто вырастали из самой древесины, другие же сидели на выступавших из камней толстых корнях.

Шляпки у грибов были широкие и округлые, выгнутые наверх, и на первый взгляд напоминали хрустальные носики чайников. Но стоило присмотреться, как становилось очевидно, что их поверхность живая. Полупрозрачная мякоть пропускала свет, и внутри неё медленно пульсировало голубое сияние. Со стороны могло показаться, будто в каждом из них таился кусочек синего, чистого неба.

Свет, пускай, и был ярким, однако он не слепил даже мои чувствительные глаза. Я отчётливо ощущал, как от них исходила духовная энергия, причём настолько сильная, что не поддавалась сравнению ни с одним цветком или растением, которое мне приходилось находить. Из-за этого края шляпок казались тонкими и практически прозрачными, предавая грибам вид, слегка напоминающий медуз.

Я наклонился поближе и глубоко вдохнул. Пробовать на вкус грибы, находясь в тёмной пещере и окруженный монстрами, не решился. Вдруг меня накроет, как медный таз, и я начну ловить такие приходы, от которых сам прыгну в расщелину или наткнусь на яоугаев.

Однако от самих грибов исходил слабый запах, явно не сравнимый с количеством духовной энергии. Он приятно контрастировал с прохладным воздухом пещеры, и в нём чувствовалась влага и сладковатый древесный сок.

Я повесил на пояс шенбяо, достал короткий нож Кори и принялся аккуратно собирать добычу. Одна гроздь — один маленький мешочек. Раз за разом, стараясь резать как можно ближе к основанию и попутно замечая, как прокачиваю навык обращения с ножом. Семь, восемь, девять. За пять аккуратных гроздей он скакнул на три уровня, и мне захотелось больше.

Однако остальные грибы были либо съедены, либо содраны, раздавлены и обслюнявлены камнегрызами. Жаль, но буду надеяться, что собранных пяти гроздей будет достаточно для того, что задумал Яо Ху.

Когда с грибами было покончено, убрал их в рюкзак, осмотрел тело убитого зверя и, сделав несколько глотков воды, принялся разделывать тушу. Как только нож коснулся грубой кожи зверя, под ногами в щелях послышалось шуршание, переросшее в долгий вопль.

Камнегрызы не оплакивали убитого вожака, нет. Их вой звучал словно похоронная сессия или наоборот, фанфары тщеславия. Они не нападали не потому, что боялись меня, а потому, что уважали мою силу и победу одного практика над другим. Ведь, в конечном счёте, это и есть Путь. Как говорил Демонический Лис: «Либо ты убиваешь яогуая и становишься сильнее, либо он убьёт тебя и станет ещё на шаг ближе к Небу и бессмертию».

Таков Путь любого практика, и таков мой путь, по которому теперь иду.

Глава 14

Я ещё раз оглядел плато и прислушался. Вернулась тишина, прерываемая редкими завываниями мелких камнегрызов, а в воздухе всё ещё стоял запах смерти. Тяжелый и гнетущий металлический привкус, остававшийся на кончике языка, навис над пещерой, и со стороны могло показаться, будто стены наблюдали за тем, что собирался сделать дальше.

А я не спешил. В битве с яогуаем мне пришлось не только измазаться в его крови, но и попробовать её на вкус. Я стоял над тушей поверженного врага и терпеливо ожидал начала реакции. Какой реакции? А именно той, которая свалила Уголька и Кори. Они стояли на несколько ступеней выше меня, и поэтому их организмы сопротивлялись дольше.

Не то чтобы мне хотелось свалиться с температурой и начать пачкать собственные штаны, вот только от моего желания мало чего зависит. Хворь срубала серпом. Первые симптомы у Уголька проявились менее чем за час, а ещё через несколько минут он лежал в лихорадке и жевал собственные губы.

Во мне пока ничего подобного не проявлялось. Я даже не чувствовал слабости, лишь небольшая усталость после битвы и лёгкое адреналиновое похмелье. Заражена была только кровь тулонов? Если и так, то мне нечего опасаться, но если всё же что-то подхватил, то сейчас лучше бежать к выходу, пока не срубило наповал.

Я попрыгал на месте, переступил с ноги на ногу, будто пытался утрамбовать внутренние органы и понять, всё ли со мной в порядке, и пришёл к выводу, что пока ещё жив. Отлично, пусть так и остается. Хоть грибы и были собраны, в пещере у меня остались незаконченные дела, так как нефритовый диск по-прежнему настойчиво пульсировал светом.

Ладно, раз с этим разобрались, пришла пора приступать к сбору трофеев.

Вблизи зверь казался ещё крупнее. Широкая грудная клетка, толстая шея, тяжелые лапы с когтями, которые с лёгкостью разрубали даже камень. Кровь уже начала медленно густеть на шерсти и сползать тёмными полосами по телу монстра.

— Ну что, дружище, — тихо пробормотал я, вытаскивая нож Кори. — Ты хорошо сражался и заслужил моё уважение. Обещаю, что поступлю с твоим телом, как следует.

С этими словами я перевернул тушу на спину и провёл пальцами по надутому желудку. После закалки тело стало заметно сильнее, и когда упёрся ногой в бок зверя и потянул на себя переднюю лапу, туша тяжело перекатилась и стукнулась о камень.

Однако дальше начались настоящие трудности.

Шкура у яогуая оказалась толстой и жёсткой. Местами кончик ножа упирался и отказывался срезать даже шерсть. Такую выборочную закалку мне уже приходилось встречать, и тогда пришлось немало попотеть, чтобы добраться до тех крох мяса. А здесь? Туша минимум в сто килограмм и намного сильнее тех крыс, на которых охотился в горах.