Развод с драконом. Я сведу тебя с ума! (СИ) - Винсент Юлианна

Больше всего я ненавидел, когда ситуация начинала закручиваться в тугой узел и я сам того не желая оказывался в его эпицентре.

Но сейчас хуже всего было то, что в эпицентре этой дурацкой ситуация была Даша и Элариан.

Честно говоря, я сам не понял в какой момент этот мелкий и вредный дракон стал для меня так важен.

Возможно, тогда, когда я увидел, с каким трепетом о нем заботиться и переживает Даша.

При мыслях о Даше все внутри заполнялось теплом. Давно я не чувствовал подобного. Казалось, что вообще никогда не чувствовал.

Все, что было связано с ней сводило меня с ума. От невероятности происходящего, от чувств, которые накрывали меня словно какого-то юнца, от того, что я был более, чем уверен, что больше никогда не смогу полюбить. А оказалось, что до этого я и не любил вовсе.

Вероятно мое неопределенное состояние передалось и Аластору, потому что он внимательно посмотрел на меня и с серьезным видом. Даже в драконьей ипостаси он оставался инквизитором.

— Всё в порядке, Дар, — голос друга был как всегда спокоен, но я чувствовал напряжение, исходящее от него. — Наша разведка работает безошибочно. Риджина с дочерьми спряталась в старой заброшенной шахте к северу от города. Вряд ли они ждут нас в гости, так что мы точно успеем.

Мы летели на приличной скорости, рассекая ночной воздух над лесом. Земля внизу была непроглядной тьмой, лишь изредка проступали силуэты древних, сгорбленных деревьев. Я кивнул, не поворачивая головы. Другого и быть не могло. Но нервы все равно были натянуты, как струны.

Меня не покидало странное чувство подвоха и я не мог от него избавиться. Словно не хватало какой-то части для полноты картины — это заставляло действовать вслепую и неимоверно злило. Но я обещал Даше и Аластору больше не совершать необдуманных и импульсивных поступков.

— Да, успеем, — мой голос звучал ровно, как всегда. — Но мне все равно кажется, что мы что-то упускаем.

Аластор лишь фыркнул, соглашаясь. Отчет инквизиции был скуп на подробности. Старая шахта. Место идеально подходило для того, чтобы спрятаться от посторонних глаз и одновременно провести какой-нибудь грязный ритуал.

В воздухе витал запах магии, едва уловимый, но мое чутье не обманывало. Чем ближе мы подлетали, тем сильнее становился этот привкус. Он был неправильным, скверным.

— Надеюсь, у Риджины хватит мозгов не связываться с черной магией, — задумчиво пробормотал я, оглядывая окрестности.

— А я вот уже не надеюсь, — раздраженно отозвался друг.

Вот и она. Заброшенная шахта. Вход, словно зияющая пасть, утопал в густых зарослях кустарника. Ни единого признака жизни. Слишком тихо. Слишком спокойно. И немедленно вызвало подозрение.

Мы приземлились и обернулись, настолько бесшумно, насколько это могли сделать два огромных дракона. Достали из поясных сумок заранее приготовленную одежду и уже через полминуты в полной боевой готовности пробирались ко входу в шахту.

— Будь осторожен, — предупредил я Аластора, перед тем, как нырнуть в темноту проема. — Сдается мне, что здесь не все так просто, как кажется.

Он только кивнул, а его руки уже приготовились создавать атакующие плетения. Мы вошли внутрь. Воздух здесь был спертым, пропитанным запахом сырости и чего-то едкого, словно застоявшаяся магия.

Наши шаги гулко отдавались в каменном коридоре, хотя мы старались ступать бесшумно. Внутреннее чутье подсказывало, что зря мы отправились сюда вдвоем, но было уже поздно.

Внезапно, откуда-то сверху, раздался щелчок и вход обрушился за нашей спиной, завалив нас камнями и пылью. В тот же миг из боковых проходов выскочили фигуры в черных плащах, сжимая в руках зачарованное оружие. И это была явно не Риджина с дочерьми.

— Друзья, что-то вы припозднились, — раздался знакомый до зубовного скрежета, надменный голос, разносясь эхом по коридору. Из тени выступил мужчина, его черные глаза горели нескрываемой ненавистью. — Мы вас уже заждались!

— Кейран! — процедил я сквозь зубы.

Кейран Хорт — сын заклятого врага моего отца и мой когда-то хороший друг. По крайней мере, я так думал. Скользнул задумчивым взглядом по его фигуре — для того, кого я проткнул насквозь своим собственным мечом, он был слишком жив и более чем здоров.

— Я смотрю, — язвительно проговорил мужчина, — ты не особо мне рад, дружище! А что так? Не ожидал увидеть меня живым?

— Рад? — я слегка склонил голову, изображая задумчивость. Мой взгляд был ледяным, в нем не было и тени удивления, только скука. — Кейран, я думал, ты уже давно кормишь червей своей подлой тушей.

Внутренне я ощущал, как по спине пробегает холод. Он был жив. Это означало, что либо он невероятно силен, либо за ним стоит кто-то, кто владеет магией, способной воскрешать мертвых. В любом случае, это не сулило ничего хорошего.

— Ты же знаешь, — неопределенно пожав плечами, заметил Кей. — Мне всегда было сложно оправдывать чужие ожидания.

— Да-да, — кивнул я, соглашаясь. — Мужественность и хорошие манеры — это не твое. Ты больше по части подлостей и интриг. И как я посмотрю, смерть тебя ничего не научила — ты все тот же.

— Ты всегда был высокомерен, Дариан, — Кейран сделал шаг вперед, его голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Кичился своим благородным происхождением. Ты всегда получал всё. Даже Селесту. Мою Селесту!

Имя «Селеста» ударило меня, словно разряд тока, но я не позволил ни одному мускулу дрогнуть.

— Твою? — я поднял бровь, демонстрируя полное недоумение. — Кейран, ты так же жалок, как твой сумасшедший папаша. Селеста выбрала меня. Прими это, как мужчина. Хотя… ты же не знаешь, как это.

Аластор рядом напрягся, его пальцы уже светились синим от готового плетения.

— Принять? — Кейран издал короткий, гортанный смешок, полный боли. — Легко говорить о принятии, когда столько лет живешь не зная правды.

— Что ты несешь? — опасно прищурившись, спросил я.

Хорт зло рассмеялся мне в лицо.

— Я был так зол на тебя за то, что Селеста отказалась разводиться с тобой, — плохо скрывая отвращение, прошипел Кей. — Я не мог понять ее, ведь мы любили друг друга.

Я понимал, что сейчас он скажет, что угодно, чтобы вывести меня из себя, поэтому старался спокойно реагировать на это заявление.

— Но в тот вечер она заявила, что если я не перестану настаивать на своем, — пустился в дальнейшие объяснения Хорт. — Она запретит мне видеться с сыном.

— С кем? — не понял я, чувствуя, что перестаю справляться с нарастающим гневом.

— Да, дружище, — грустно усмехнувшись, ответил Кейран. — Ребенок, которого ты считал своим, на самом деле был моим сыном.

Эта ложь была грязной, отчаянной, рассчитанной на то, чтобы выбить меня из колеи.

— Ложь, — процедил я опасным, низким голосом, похожим на предупреждающий рык. Я сделал шаг к нему, и Кейран инстинктивно отшатнулся. — Жалкая, отчаянная ложь. Ты пытаешься оправдать свое ничтожество, Кейран? Не трать мое время. Селеста никогда не посмотрела бы на тебя.

— Ты всегда был слишком самонадеян, — фыркнул мне в лицо Хорт. — И поэтому не видел дальше собственного носа. А еще ты слишком много времени проводил на работе. А женщины не любят, когда их надолго оставляют одних. Они начинают скучать.

Я сжал кулаки до побелевших костяшек, казалось, что сам себе сейчас сломаю пальцы, до того мне хотелось разорвать на части этого подонка, но какая-то часть меня все еще отказывалась верить его словам.

— Я был так зол, — продолжал Кей. — Что решил, что твоя смерть будет решением всех моих проблем. Хотел взорвать тебя к чертовой матери и даже установил взрывчатое плетение на твой рабочий экипаж…

Двенадцать лет. Авария. Внутри меня вспыхнул пожар, который я гасил годами. Но я не мог дать ему волю. Не сейчас.

— Ты? — я произнес это с таким презрением, что Кейран вздрогнул. — Это был ты?

— Я! — его глаза горели безумием, он наслаждался моментом, когда мои старые раны кровоточили. — Я убил своего сына, пытаясь убить тебя! Так что я себя уже наказал, а теперь пришло время наказать и тебя!