Герцог не оставил без внимания ни одну кладовую. Он заглядывал в каждый закуток приюта. Я терпеливо ходила рядом с ним, ожидая момента, когда ему самому надоест все это и он прекратит свои поиски.
И вот мои мольбы были услышаны.
— Что ж, вы оказались правы, леди Аннабель, — остановился он в коридоре на первом этаже. — Прошу меня простить, что я пытался обвинить вас.
— Ничего страшного, — буднично ответила я. — Вы переживаете за своего родного человека. В такие моменты не думаешь о чувствах других. Я провожу вас, — указала я по направлению к выходу.
— Прежде чем уйти, я бы хотел извиниться перед постояльцами приюта за доставленные тревоги и неудобства, — и герцог улыбнулся. — Лично. Я рад, что мои подозрения оказались беспочвенными.
Пришлось соглашаться. Открывая двери столовой я молилась только о том, чтобы леди Мари там не оказалось. Надеюсь, домовой достаточно умен, чтобы дождаться момента, когда герцог покинет приют и только после этого привести герцогиню ко мне в кабинет. С ней нам предстоял долгий разговор.
В столовой тут же прекратились разговоры, стоило нам войти. Я пробежалась глазами во всем и выдохнула, не обнаружив за столом леди Фарлинг. Между тем герцог прошел вперед и начал говорить. Постояльцы приюта слушали его внимательно.
— Еще раз приношу свои извинения, — лорд Брайтвуд слегка склонил голову и развернулся ко мне лицом. — Проводите меня, леди Аннабель?
Он протянул руку, согнув его. Я не успела коснуться его локтя, как герцог резко изменился в лице. Эдгар цепким взглядом прошелся по столу, как совсем недавно делала это я. Он прищурился, и в уголках его глаз образовались тонкие линии морщин. Что ему не понравилось?
— Постойте, — герцог медленно приблизился к столу. — Все постояльцы уже здесь? — спросил он, не отводя глаза.
Я была сбита с толку его вопросом, но все же подтвердила, что все присутствующие в приюте на данный момент сидели за столом.
— Тогда поведайте мне, почему приборов больше, чем жильцов?
В столовой наступила тишина, нарушаемая только падением столовых приборов. Кто-то выронил вилку на пол, у кого-то ложка выпала из рук в тарелку, у третьего на стол. Я пробежалась глазами по столу. Перед каждым были свои приборы, и тарелки их не пустовали. И вот мой взгляд зацепился за приборы, которые были чистые. Даже салфетка нетронутая. И я продолжала стоять и смотреть на эти самые приборы, не зная, что ответить герцогу.
Острый взгляд Его Светлости я кожей чувствовала на себе. Дружелюбность графа испарилась.
— Леди Аннабель, для кого же эти приборы? — медленно повторил он свой вопрос.
Мое сердце упало и замерло где-то в район пяток. Язык не слушался. На лицах постояльцев начала проступать паника.
— Это мое место, Ваша Светлость, — выпалила я. — Я иногда разделяю трапезу вместе со всеми, чтобы выслушать их предложения.
— Ваше место? — переспросил герцог. — Вы же понимали, что проведете со мной достаточно долгое время и все равно попросили поставить вам приборы? К тому же, трапеза началась без вас. Да и каши не осталось. И судя по всему, это место ожидало кого-то другого. Ведь утром вы уже выпили кофе и не собирались завтракать. Пустая чашка и крошки на вашем столе лишь подтверждают мои слова. Значит, сегодня это место предназначалась не вам, Аннабель, — шагнул он ко мне. Теперь лицо герцога оказалось в опасной близости от моей. — Я устал от этой игры. Где она?
Я завороженно смотрела в глаза лорду Брайтвуд, не зная, как выпутываться из сложившейся ситуации. Сказать, что я согласна стать его любовницей? Так он точно отвлечется от поисков.
Меня спас скрип двери. Герцог проигнорировал противный звук, продолжая сверлить меня глазами.
— Я здесь, Эдгар, — услышали мы женский голос и разом повернули головы. — Но я не вернусь с тобой в особняк. И ты не посмеешь забрать меня с силой. Я остаюсь здесь.
Глава 26. Где правда, а где ложь?
Глава 26. Где правда, а где ложь?
Аннабель Хэдли
— Ее Светлость герцогиня Марибэль Фарлинг Брайтвуд! — прогремел герцог, стоило нам шагнуть в мой кабинет.
Я даже голову пригнула, испугавшись того, что мне сейчас на голову что-то упадет. А вот герцогиня даже ухом не повела. Мне бы не хотелось испытывать гнев герцога на себе. Но я не могла оставить этих двоих одних. Да и находясь еще в столовой леди Мари вцепилась в мою руку так, что легче было пройти с ней вместе, чем высвободиться.
— Бабушка! Соизвольте объясниться, что вы тут устроили?
Лорд Брайтвуд смотрел на бабушку грозно, уперев руки в бока. Я же усадила леди Марибэль на диван, а сама встала рядом с ней. Точнее, это она удержала меня за юбку платья. Пожилая женщина то ли действительно боялась внука, то ли просто использовала меня как щит от герцога. Объясняться она тоже не спешила.
— Бабушка, — обреченно выдохнул герцог, откидывая голову назад, словно леди Брайтвуд не впервые испытывала терпение внука. — Что за спектакль ты устроила? — Эдгар шагнул к родственнице, но та испугалась, отшатнувшись от внука.
Герцог замер, я же посмела встать между ними. Мало ли. Его Светлость выругался, не стесняясь ни в выражениях, ни нас.
— Леди Марибэль, — спокойным голосом проговорил Эдгар. — Мы возвращаемся домой. Немедленно. И это не обсуждается. Особняк стоит на ушах. Слуги в беспокойстве носятся по городу в поисках тебя. Пожалей хотя бы их и возвращайся. Что на тебя нашло, бабушка?
— Нет, — ответила старушка и вцепилась мне в руку. — Я не пойду с тобой, Эдгар. Мне и тут хорошо. Я не хочу, чтобы ты снова… — герцогиня не договорила и всхлипнула.
В кабинете воцарилась тишина. Герцог снова выругался и начал метаться по кабинету. Я переводила взгляд с одного на другого и не понимала, чью сторону мне принимать. На лорда Брайтвуд было страшно смотреть. На лице гримаса боли и недоумения. Жалко было и герцогиню. Она смотрела в сторону внука испуганно, а на ее глазах блестели слезы. В моей памяти всплыли те самые синяки, которые прятала леди Мари. Неужели это правда? Ведь герцогиня смотрела на внука со страхом, что невозможно было не поверить.
— Чтобы снова что? — не унимался герцог.
— Чтобы больше не поднимали на нее руку, — вместо женщины ответила я, видя, как ей трудно дается этот разговор.
— Поднимал руку? — изумленно воскликнул Эдгар. Он был потрясен, но не мне ли не знать, какими невинными они могут выглядеть. Сосед сверху тоже каждый раз здоровался, мило улыбался при встрече, а как только закрывалась дверь в его квартиру, превращался в самое настоящее чудовище. — Бабушка, опомнись! Что ты творишь? Какой поднимать на тебя руку? Ты же меня с детства нянчила.Учила ходить, водила за руку. Я бы никогда…
Герцог не договорил, встретившись с моим взглядом. В его глазах я прочитала немой вопрос. Но не могла же герцогиня так искусно играть!
— И вы ей верите? — удивился герцог, обратившись ко мне.
Мой красноречивое молчание говорило само за себя.
— Этого не может быть. Я вижу кошмарный сон и только, — запустив пятерню в волосы, герцог снова начал измерять кабинет шагами. — Я не верю, что все это происходит со мной взаправду.
— Этому тоже не верите, Ваша Светлость? — я взяла герцогиню за руку и закатала ей рукава. — Это действительно кошмар. Мне даже представить страшно, что испытывала Ее Светлость в те моменты.
На худых руках пожилой женщины все еще виднелись синяки. Сейчас они поменяли цвет, став зеленовато-желтыми. Еще пару дней и их совсем не стало бы. Может и хорошо, что герцог появился сейчас. У нас хотя бы были доказательства его жестокости. Герцог замер, глядя на руку герцогини.
— Это не я, — произнес лорд Брайтвуд так тихо, что я едва расслышала его. — Я понятия не имею, откуда у нее эти синяки. Клянусь своим именем и честью, я здесь ни причем. В последнее время бабушка вела себя немного по-другому. Она так хотела меня…
— Значит, я еще и сумасшедшая? — не дав внуку договорить, перебила ее герцогиня. — Чтобы скрыть свою вину, ты готов назвать свою бабушку безумной? О Боги, в кого вы превратили моего внука?
