Эти спутанные узы - Райан Лекси

– Без силы от нее нет никакого толка! – кричит Себастьян.

– О да. – Финн раскачивается на каблуках. – Если бы ты только знал, что так будет.

– Даже если бы я подозревал, – говорит Себастьян, раздувая ноздри, – я дал бы ей это зелье.

Мое сердце сжимается. Это правда? Пожертвовал бы он ради моего спасения властью над двором теней – или это говорит его гордость?

Грудь Себастьяна вздымается, и когда он закрывает глаза, я вижу, как он снова сдерживает свой гнев. После нескольких долгих, размеренных вдохов он говорит Финну:

– Как ты знаешь, разорвать узы не так-то просто. Даже если… – Сглотнув, он находит мой взгляд и удерживает его. – Даже если бы мы оба этого хотели. А я, разумеется, не хочу. Придумай что-нибудь еще.

– Тебе больше нечего мне предложить, – говорит Финн.

– Придумай что-нибудь, – рычит Себастьян. – Поскольку Абриелла в любом случае не хочет быть твоей суженой. – Это он говорит с немалым удовлетворением. – Так что просить ее заключить узы спорно.

Я сглатываю. Я могу не знать, в какую игру играет Финн, но это не значит, что я не могу играть в свою собственную.

– А что, если Себастьян просто порвет наши узы? – спрашиваю я Финна. – Разве этого не будет достаточно?

– Нет, – рявкает Себастьян. Он на мгновение закрывает глаза, затем качает головой, и когда он снова заговаривает со мной, его голос звучит мягче: – знаю, ты думаешь, что хочешь этого, но это не обсуждается.

Финн прикладывает палец ко рту, обдумывая мой вопрос.

– Есть ритуал – старый, который мои бабушка и дедушка по материнской линии использовали во время войны. Он позволял одному суженому на время передать узы кому-то другому. Понимаешь, когда во время войны пары были разделены и один суженый оставался дома, а другой отправлялся воевать, нужно было защитить того, кто остался дома, от боли и страданий, которые второй испытывал на передовой. Передача уз может защитить суженого, если воин попадет в плен, поскольку узы часто использовались против рейдеров, чтобы заставить их раскрыть конфиденциальную информацию. Поэтому несколько жриц создали ритуал, который позволяет временно перенести узы от связанного к кому-то другому.

– Концепция… мне знакома, – осторожно говорит Себастьян.

– Тогда ты знаешь, что это возможно и что у меня нет возможности использовать это, чтобы навсегда забрать твою связь с Абриеллой.

Себастьян складывает руки на груди.

– Почему?

Финн пожимает плечами:

– Люди за воротами – не единственная проблема. Как я уже упоминал, я работал над тем, чтобы мой народ был защищен дееспособной армией, на случай, если я не верну корону. Теперь эти силы ждут наготове под командованием генерала Харговы.

– Орда Проклятых, – шепчет Себастьян, и в его голосе слышно что-то вроде благоговения. – Она и правда существует?

Финн усмехается:

– Они, может, и почти невидимы, но они правда существуют. В какой-то степени они доверяют мне, но больше доверяют власти короны. Если мы с Абриеллой посетим их как суженые, мы сможем убедить их присоединиться к Рейдерам и твоей гвардии – чтобы единым фронтом выступить против любых будущих нападений Благого двора.

– С Абриеллой могу пойти я, – говорит Себастьян. – Мы уже суженые. И корона у меня.

Финн поднимает бровь и некоторое время молчит.

– Проблема заключается в том, что если мне они доверяют в некоторой степени, тебе они не доверяют совсем. И, как ты уже говорил, корона в ее нынешнем состоянии бесполезна.

Себастьян смотрит на меня и долго удерживает мой взгляд – так долго, что я понимаю, что он пытается что-то сообщить.

В тот момент, когда я опускаю свой щит, меня с головой накрывает чувством ревности и страха. Он боится, что если сделает это, то потеряет меня. И что если он этого не сделает, то потеряет королевство своего отца.

– Мне нужно это обдумать, – мягко говорит он.

Он засовывает руки в карманы и шагает к дверям тронного зала. Он останавливается, прижимая к ним ладонь, и поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

– Абриелла, у меня назначена встреча, но через два часа я буду обедать в столовой. Надеюсь, ты присоединишься ко мне. Нам нужно многое обсудить. Надеюсь, ты будешь довольна отчетом.

Когда я поднимаюсь на самую высокую башню дворца, мне впервые удается увидеть толпу людей за дальними воротами.

Почему-то я не удивлена, увидев там Финна. Он стоит, глядя, как протестует его народ. Когда он поворачивается ко мне, на его лице я вижу беспокойство. От мужчины, который смеялся в лицо Себастьяну и противоречиво относился к судьбе двора, не осталось и следа. На его месте был принц теней, который скорее умрет, чем увидит падение своего двора.

– Не смей больше так делать, – тихо говорю я. – Я – не товар. И не его вещь, так что он не может меня передать. Меня нельзя обменять, продать или…

– Очевидно, я это знаю, – говорит он, играя желваками.

– Какая же ты скотина. Ты и не хотел, чтобы я на протяжении всей встречи пряталась в тенях. Ты знал, что я разозлюсь и выйду из них. Это было частью твоего плана.

– И он сработал, – пожимает плечами он. – Если бы ты с самого начала меня поддерживала, он бы подумал, что мы сговорились – что ты в курсе, какой у меня план, – и с подозрением отнесся бы даже к временному соглашению.

– Я не понимаю, какую ты ведешь игру.

Выражение его лица становится каменным.

– Я говорил тебе с самого начала. Для меня важнее всего мой народ.

– И чтобы защитить свой народ, тебе нужно каким-то образом заключить со мной узы?

– Мне нужны ответы, принцесса. Мне нужно встретиться с Верховной жрицей, а она не будет обязана встречаться со мной без силы трона моего отца. И так получилось, что эта сила у тебя.

– Ты уже объяснил, что тебе нужно, чтобы я была с тобой на встрече с Верховной жрицей. Но зачем тебе нужны узы?

Его взгляд становится жестким.

– Может быть, я просто не хочу, чтобы они были у него.

– А тебе разве не много сотен лет? Почему ты ведешь себя как избалованный ребенок, который не хочет делиться своими игрушками?

Его губы растягиваются в самодовольную ухмылку, а взгляд, когда он медленно оглядывает меня, полон чистого злого умысла.

– Я не считаю тебя игрушкой, принцесса, но если ты хочешь поиграть, достаточно всего лишь попросить.

Мои щеки заливает румянцем смущения, но я отказываюсь отступать.

– Еще чего.

– Когда ты не блокируешь Себастьяна, он может чувствовать, где ты находишься, благодаря узам. А я не доверяю ему настолько, чтобы раскрыть местоположение священного храма нашей Верховной жрицы.

– А все, что ты говорил о том, что мне нужно убедить этого твоего генерала объединить силы с легионами Себастьяна?

Финн хмыкает.

– Удобный предлог. Орда Проклятых генерала Харговы подчиняется своему командиру, а генерал Харгова подчиняется мне. А корона и ее сила тут значения не имеют. Он уже разместил свои легионы в Гоблинских горах для защиты границ. И если я хочу, чтобы они продолжали защищать их вместе с воинами Себастьяна, мне нужно всего лишь встретиться с генералом. До полномасштабной войны с королевством золотой королевы остались считаные недели, а может, дни. Я не могу понять, почему она еще не напала, но это только вопрос времени. Может быть, она не знает или не понимает, в каком плохом состоянии находится двор. – Он пожимает плечами. – Настоящая причина, по которой мне нужно, чтобы ты пошла со мной к Жрице, заключается в том, что она скажет мне, как найти портал, чтобы добраться до Мэб.

– Я думаю, что нельзя играть с ними в такие игры, – говорю я. – Себастьяну не плевать на Неблагой двор. Он только что сказал…

– Меня не волнует, что он говорит, – раздраженно выдыхает он. – Верховная жрица не может отрицать силу, которой ты обладаешь. И когда ты спросишь, где находится портал в Подземный мир, клятва, которую она дала Мэб, заставит ее ответить тебе как части трона Великой королевы. Страшно подумать, какую информацию ее может заставить выдать Себастьян, если он будет знать, где ее найти.