Самогонное зелье графини из трущоб (СИ) - Лисина Василиса

— Да, — вздыхает Лейла. — Будто сговорились! И почему сейчас, когда мы стали жить лучше? Все только получили надежду, а всё опять идёт наперекосяк, будто высшие силы не хотят, чтобы мы выбирались из этой нищеты…

— Не преувеличивай. Это не высшие силы, это месть второго принца, — хмурюсь я.

— Это ещё хуже, — расстраивается Лейла. — Кто мы и кто он? Он нас раздавит! Нет, почему второму принцу вообще до нас есть дело?

Я сболтнула лишнего. Думаю, ничего страшного, пусть Лейла знает врага в лицо, просто не распространяется о нём слишком уж сильно. Я кратко рассказываю ситуацию с таверной и подначиванием народа на бунт.

— Виолетта, ты ведь графиня, — поднимает на меня с надеждой взгляд Лейла, — Ты ведь можешь что-то придумать?

Если у остальных не будет денег, моя лавка тоже понесёт убытки. А даже если я привлеку клиентов побогаче, как подсказывал мне Силас, то всё равно ничего хорошего не выйдет. Здесь, в трущобах, от безысходности снова начнёт процветать преступность. И получится, что все наши усилия пропали зря.

— Обязательно придумаю, — говорю я Лейле.

Я просто обязана это сделать. Решить проблему на корню. А для этого…

В итоге я так и не придумала, как решить проблему полностью, но зато нашла временное решение. Сетевой маркетинг! Этот мир пока не знает о нём.

Продажа с рук на руки никак не контролируется. Если нет больших объёмов, то это считается личным делом граждан и не облагается налогами. Женщины побогаче продают надоевшие платья, сбывают украшения, а мелкие ремесленники обмениваются товарами. Так что может сработать.

Мне не очень нравится сетевой маркетинг сам по себе, но зато это может помочь нам сейчас. В основе продукции будут реально работающие мои зелья, а все, кто начнёт распространять их вместе со мной, однозначно будут в плюсе. Никакого обмана.

Вечером я собрала в лавке всех желающих. Пришли только женщины, потому что мужчины не захотели торговать скляночками. Первым делом я презентовала им свои зелья, дав “пробники” — в самых маленьких баночках, что я нашла.

Затем расписала плюсы работы на меня и перспективы: несложная подработка, богатство, уважение… В общем, как обычно и рассказывают, когда хотят заманить в сетевой маркетинг, но с поправкой на этот мир. Когда я пообещала, что их дети каждую неделю смогут есть сладости, половина присутствующих уже готова была подписать контракт.

— Поздравляю вас, — сказала я всем пришедшим, когда объяснила суть. — Все присутствующие здесь могут стать членами золотого клуба сразу же. Это редкая возможность. Всем новым участницам придётся добиваться этого звания.

Глаза у присутствующих загорелись на словах про золото, на что и был мой расчёт. Нужно сделать так, чтобы им захотелось работать, а золотой клуб не только звучит красиво, но и даёт преимущество — больший процент с каждого проданного зелья.

Какое-то время я трачу на объяснения о золотом, серебряном и медном клубах. Из лавки все вышли с набором пробников, лично отрисованными мной брошюрами и мотивацией на работу.

У каждой из жительниц трущоб есть хотя бы одна знакомая из районов получше. Рано или поздно по цепочке моя сеть распространится по городу. И второй принц точно не сможет контролировать женские разговоры.

Но всё же мне лучше будет заручиться поддержкой Силаса. И не помешают связи в знатных кругах. Получается, мне надо…

— Лейла, — зову я помощницу, пока она не ушла. — Можешь рассказать мне обо всех, кого знаешь. У нас в трущобах есть бывшие ремесленники, толковые люди? Кто угодно, кто мог бы принести пользу, если бы ему кто-нибудь помог?

— Конечно, есть. Из-за налогов многие торгуют из-под полы, и только на заказ. Тот же Гих — кузнец.

Я записываю за Лейлой, а потом прошу её узнать больше. Всё это пригодится в разговоре с Силасом. Если мы действительно поднять трущобы, надо сделать так, чтобы этот район меньше зависел от остальных. Нужно развивать лавки, производства и услуги именно здесь.

За окном уже совсем темнеет, но Лейла говорит, что доберётся до дома сама. Она прощается и выходит, но только я собираюсь закрыть за ней дверь в лавку, как та распахивается сама. В нос ударяет запах гари, а на моём пороге стоит Розалия собственной персоной.

— Наконец-то все ушли, и ты осталась одна, — тычет она в меня пальцем.

Глава 47

— Значит, ты пыталась поджечь мой дом? — хмыкаю я.

Вопрос риторический. Ароматное появление Розалии запустило цепочку ассоциаций и навеяло мысли о лесном костре и шашлыке.

— Убери этот мерзкий запах! — говорит она, — Иначе ты пожалеешь!

Она показывает мне какие-то бусы, от которых так и веет чем-то потусторонним. Магия, и неслабая, наверное. Но мой дом тоже полон магии, а ещё у меня есть Шерри.

Я пытаюсь повторить одно из заклинаний, которому учила меня Шерри. Получается не очень хорошо, но Розали отбрасывает назад. Похоже, мой удел — зелья. Интересно, смогу ли я их использовать когда-нибудь как атаку?

— Сама напросилась!

Розалия разрывает бусы, и они рассыпаются, падают на пол. Каждая бусина вспыхивает огнём, но я чувствую, что это ещё не всё. Наверняка здесь замешана ещё какая-то нехорошая магия.

— Я приберу здесь, хозяйка, — появляется Шерри.

— А-а! Что это за зверь? — кричит Розалия. — Убери его!

И не стесняясь формирует заклинание огня. Я не могу позволить ранить фамильяра, поэтому хватаю в одну руку первый попавшийся пучок трав, а во вторую — метлу. Будем действовать проверенными методами, а не магией!

Шерри гасит огонь бусин, которые уже начинают прожигать доски на полу. А я метлой сметаю их, прямо под ноги Розалии. Пучком трав бью её по щекам, чтобы привести в чувство, а потом руке, гася огонь. Правда, огонь не гасится, но зато поджигаются мои травы, создавая густой дым. Розалия кашляет, а я успеваю отпрянуть.

— Шерри, свяжи её.

Миг — и лежащая в углу верёвка сама оплетает тело Розалии. Главное — неожиданная атака. Преступница задержана, огонь погашен магией белочки, теперь остаётся только вызвать стражу. Непонятно только, на что рассчитывала Розалия…

— Ого, смотрю, вы уже сами справились, — слышу я голос Силаса.

Он в виде Джеффри появляется на пороге и оглядывает лавку. Несколько тонких прядей прилипли ко лбу — он торопился. И я снова рада его видеть.

Смущает только одно: как он понял, что я в опасности? Или это совпадение, или Силас следит за моим домом.

— Я забираю эту леди, — говорит он, брезгливо поглядывая на Розалию. — Печально, до чего докатилась дочь такой прославленной семьи.

— Не тебе судить, наёмник, — огрызается рыжая. — Это всё из-за ведьмы! Всё пошло наперекосяк из-за неё! Меня чураются, знатные леди смотрят на меня с сожалением и даже не скрывают этого! От меня пахнет, принц устроил проверку отцу, и рыцари перевернули наш особняк! Мой любимый стал холоден и не разговаривает со мной!

— Кошка бросила котяток, это ведьма виновата, — мрачно комментирую я. — Ещё скажи, что я была не права, когда выжила после вашего отравленного вина.

— Было бы лучше, если бы ты давно сдохла! — в гневе рычит Розалия.

А потом понимает, что она сказала. Рыжая прямо меняется в лице и с опаской поглядывает на “наёмника”, чтобы понять, насколько опасно было признаться при свидетеле. Меня прям подмывает шепнуть ей, что Джеффри — принц, чтобы увидеть реакцию. Но я молчу, только позволяю себе слегка улыбнуться.

На лице принца отражается что-то, что я описала бы как холодный гнев. Он спокоен, по взгляду сразу становится ясно: Розалии будет несладко.

— Ребята, заберите её, — кидает он кому-то через плечо. — Обращайтесь бережно, леди есть что рассказать. У неё, похоже, полно разных историй, в которых она участвовала…

Его голос, полный угрозы, заставляет рыжую притихнуть. За спиной Силаса появляются, словно две тени, ещё двое наёмников. Они быстро и бесшумно берут Розалию под белы рученьки и уводят.

— Ты в порядке? — спрашивает принц. — Нигде не ранена?